Анетта Молли – Ты проиграешь, дорогая (страница 27)
— Она не знает, — усмехается Влад, и в его глазах мелькает что-то циничное, почти торжествующее. — Даже предохраняюсь для убедительности.
Я застываю, ощущая, как почва уходит из-под ног.
— Ты говорил, что вы не спите!
Влад опускает глаза.
— Ты свинья! Чёртов эгоист! Ты обманываешь нас обеих! Зачем?! Скажи правду, дай Полине тоже шанс стать счастливой!
Влад молчит.
Кружится голова. Я хватаюсь за спинку кресла, чтобы не упасть.
— Это мерзко.
— Роза, ты перегибаешь, — поправляет он, подходя ближе. — Поля получила то, что хотела — семью, дом, статус. А ты.... — его пальцы скользят по моей щеке, — ты получила меня.
В этот момент я словно вижу Влада без той дымки очарования. Расчетливый, хитрый, беспринципный.
— Ты поэтому так спокойно отнесся к тому, что я принимаю таблетки? Поверил на слово.
Влад кивает.
— А я дура, думала, что ты доверяешь мне. Понял, что я не такая, как твоя Полина, которая специально залетела, чтобы женить тебя на себе, — шиплю сквозь зубы.
— Мне такие сюрпризы больше не нужны, — отрезает. — Но я правда люблю тебя, Роза.
— А обо мне ты подумал? Спросил, хочу ли я детей?
Влад хмурится.
— Хватит истерик. Ты сама все прекрасно понимала с самого начала.
Я резко вырываюсь, отступаю к окну. Перед глазами — его лицо, внезапно ставшее чужим.
— Да, понимала. Что ты эгоист. Что ты лжец. — голос дрожит, но я продолжаю. — Но чтобы настолько...
Я была всего лишь развлечением. Удобной, страстной, безопасной — благодаря его маленькой медицинской тайне.
— Уходи, — говорю я, поворачиваясь к окну.
— Роза....
— Пошёл вон!!!
Влад, которого я знаю, не уйдет. Он будет вымаливать прощение, найдет тысячу слов.
Но настоящий Влад хмыкает и, собрав свою одежду, выходит из комнаты.
Дверь захлопывается.
Я жду, что он вернётся. Жду, что услышу его шаги — быстрые, нервные. Что он распахнет дверь, упадет передо мной на колени, будет целовать мои руки, заглядывать в глаза, шептать что-то о любви, о судьбе, о невозможности жить без меня.
Этого не происходит.
Я медленно сползаю по стене на пол, обхватываю колени руками. Плачу навзрыд. В голос. Рыдаю из-за себя, из-за него, из-за своей любви. Подруги были правы с самого начала.
Кто ты сейчас, Роза? Жертва? Дура? Или.... Или наконец-то проснувшаяся?
Глава 18
Жена
«Цени то, что у тебя есть, Поля. Деньги есть — займись собой, Марусей, своими делами, найди увлечение. Или второго ребёнка заведи, чтобы мужа покрепче привязать! Что ты вцепилась во Влада? Что пристала к нему? Это у тебя от безделья!» — слова матери занозой в голове.
Приезжаю домой.
— Мама! — Маруся бросается ко мне, но я едва могу обнять ее.
— Вот проснулась почему-то, — улыбается Паша.
— Как дела, солнышко?
— Мы с дядей Пашей пили чай с мармеладом! И рисовали!
Паша стоит в дверях кухни, его взгляд сразу читает во мне всё.
— Спасибо, — выдавливаю я. — Ты... ты можешь остаться ещё на чай?
Он кивает, не задавая вопросов.
Укладываю спать Марусю и иду на кухню.
— Он изменяет, да? — прямо спрашивает, протягивая мне чашку чая.
Сжимаю чашку, чтобы согреть ледяные пальцы.
— Я видела их сегодня.
— Что будешь делать?
Снова голос матери эхом звучит в голове: «Привяжи его вторым ребёнком!».
— Я... не знаю.
Паша внезапно хлопает ладонью по столу, заставляя меня вздрогнуть:
— Поля! Ты же не всерьёз думаешь....
— У Маруси должен быть отец! — вырывается у меня.
— Отец? — он язвительно усмехается. — Ты сейчас видела, где этот «отец»?
Я закрываю лицо руками.
— Я не могу....
— Можешь. — Его рука неожиданно накрывает мою. — Ты сильнее, чем думаешь.
Мы ещё некоторое время сидим на кухне. Затем Паша уходит. А через час приезжает Влад.
Входит в кухню. Его пальцы нервно теребят ключи от машины.
— Поля...
Я продолжаю мыть чашку Паши, не поворачиваясь.
— Ты смеешь... — оборачиваюсь, дрожа всем телом, — СМЕЕШЬ приходить сюда после этого?
— Поль, прости.... — произносит. — Я попрощался с ней. Сегодня. Навсегда.
— Да как ты смеешь так говорить!
Всхлипываю. Я была уверена, что он снова будет все отрицать.
Отвешиваю ему пощечину.
— Я это заслужил, — Влад падает на колени, обнимает мои ноги. — Теперь точно все кончено! Я исправлюсь, Поля, родная, любимая. Давай заведем второго ребёнка — скрепим семью.