Анетта Молли – Мурад. Любовь для бандита (страница 26)

Люба выскакивает из машины, а я резко срываюсь с места и уезжаю оттуда. Гоню на бешеной скорости, уговаривая себя не возвращаться. Не хочу на её глазах убить его к чертям, а Каю дать обгрызть его лицо.

Приезжаю в бар, выпуская пса. Лея встречает нас, поглаживая за ухом Кая. Тот рад любой ласке, хотя по виду не скажешь. Валится на живот, задрав лапы. Никакого самоконтроля. Рявкаю на него и тот послушно бежит за мной.

На Лее опять этот светлый парик. Разворачиваюсь и стаскиваю его с её головы. Она вздрагивает.

— Чтобы больше не видел! — бросаю его под ноги и ухожу в свой кабинет.

Несколько минут не могу успокоится. Не могу припомнить даже когда последний раз до такой степени выходил их себя. Люба из тех прогрессивных девушек, которые умудряются спать со всеми подряд, не испытывая чувств ни к одному из них?! А что, если к ресторатору испытывает… Чёрт!

Швыряю со стола всякий хлам в стену. В этот момент в дверь стучат.

— Мурад Аскарович, можно к вам? — Гвоздь осторожно высовывается в проём.

— Чего надо?!

— Думал позанимаемся… — мямлит он.

Не вовремя ты, парниша. Совсем нет чуйки на опасность. Распахиваю дверь, беру его за шкирку и тащу на ринг. Кай, думая, что это игра, начинает покусывать ноги Гвоздя. Тот орёт. Зашвыриваю его на ринг.

— Хочешь заниматься? Давай, сейчас посмотрим, чего ты стоишь!

Начинаю наступать на него, а перед глазами лицо ресторатора. Зверею от этого ещё больше. Гвоздь, наконец, начинает соображать, что учитель не в себе немного и пытается встать в стойку, но, ясен красен, ничего не умеет.

Толкаю его на канаты, подлетаю и заношу кулак. Очень вовремя вспоминаю, что мои удары иногда вышибают огромных мужиков на долгие минуты, а тут мелкий парень беззащитный. Гвоздь жмурится, но не убегает.

Опускаю кулак, переводя дыхание. Парень открывает глаза, убеждаясь, что гроза миновала.

— Первое правило, Гвоздь. Никогда не лезь на рожон, если видишь, что точно по щам получишь!

Гвоздь кивает, смотря преданно. Провожу рукой по лицу, как пелену снимая видение в виде наглого лица ресторатора.

— Бери Кая и на пробежку с ним. Он тебе халтурить точно не даст, а потом сразу сюда, — бросаю парню и ухожу к себе.

Спустя час, довольный Кай и Гвоздь, еле переставляющий ноги, возвращаются. Сразу идём с ним к грушам, где тренирую его ещё несколько часов с перерывами.

— Иди, бедолага, там на баре поесть дадут, — говорю, замечая, что ещё немного и Гвоздь хлопнется прямо тут от усталости.

— Спасибо… — мямлит он и вытирая пот со лба, направляется к бару.

Сажусь на маты и открываю бутылку воды. Допиваю и мну её в руке, всё ещё не дав выход бешеной злобе и разочарованию.

— Эй, Гвоздь!

Тот поворачивается, набив щёки.

— Сегодня вечером бой. Приходи, если у тебя ещё остались силы.

Тот кивает, быстро прожёвывая еду.

— С радостью! — произносит он, но вижу, что всё что сейчас хочет — это упасть без сил.

Решаю то, что только после вечернего боя, чтобы дать выход эмоциям и не разорвать ресторатора, поеду к нему и доступно объясню, что к чему. Пусть ищет себе баб в другом городе. И мне плевать, что чувствует к нему Люба. Хоть любовь бешеную. Переживёт.

Время до вечера тянется, как резина, но, наконец, зал полон. Разминаюсь. Куча девок верещит. Тут и блондинки, и брюнетки, и рыжие. Но проблема в том, что не цепляет. Только одна проклятая в мыслях.

Против меня сегодня та ещё машина, выше меня на целую голову. Рад, что всё будет не так просто. Частица физической боли отличное противоядие против лишних мыслей и переживаний.

Порция сильных ударов в голову отрезвляет. Сам не зная почему, бегло оглядываю зал. Удивляет то, что вижу. Люба стоит в первых рядах с паникой в глазах, наблюдая, как сплёвываю кровь. Давно пришла? Чего забыла здесь? По доброй воле заскочила на огонёк, наразвлекавшись с ресторатором? Или опять с ложными обвинениями? Плевать.

Её приход имеет эффект. В два удара вырубаю машину и тот с оглушающим грохотов валится на пол. Рёв толпы и сбитые в кровь кулаки.

Спускаюсь с ринга, но иду мимо Любы. Слишком зол, чтобы видеть и разговаривать. К тому же у меня ещё есть дела. Нужно посетить один ресторан.

Глава 32

Артур убавляет звук музыки с помощью кнопок на руле и смотрит на меня.

— Так и будем молчать? — спрашивает мягко, но чувствую, что это обманчиво.

— А что ты хочешь услышать, Артур? — голову поворачиваю в его сторону.

— Хочу понять из-за чего ты стала резко меня ненавидеть.

Ухмыляюсь, испытывая жгучее желание ударить его чем-то тяжёлым. И он ещё спрашивает!

— Ты предал мою сестру! Ты трус, который сбежал от женщины, носившей твоего ребёнка! А затем сознавшись мне в этом уезжаешь подальше, пока я не успокоюсь!

Артур с силой бьёт по рулю, что я вздрагиваю от неожиданности.

— Я был мальчишкой! Глупым и алчным! Я не живу больше в прошлом, Люба! Я другой человек! И я уехал по делам, а не из-за того, чтобы тебе в глаза не смотреть…

— Другой человек, говоришь?! А у этого другого человека нет правила рассказывать о наличии жены?!

— Бывшей! Бывшей жены, Люба!

Замолкаю и отворачиваюсь снова от него.

— То, что теперь я для тебя персона нон грата не отменяет того факта, что я отец Милки, — спокойнее произносит Артур.

— Это ничего не меняет.

— Что это значит? Я же даже слово не сказал, когда ты без моего ведома решила отправить её в этот задрипанный лагерь! — снова взрывается он.

Медленно поворачиваюсь, не веря своим ушам.

— Что?! А ну повтори! — стукаю его в плечо со всей силы.

Артур тормозит на обочине и поворачивается ко мне.

— Я не хочу ссориться… — произносит он, скользя по мне глазами.

— Повтори то, что сказал!

Артур пытается взять меня за руку, но вырываюсь.

— Не трогай! Запомни вот что — Милана моя дочь! И если…

— Я не собираюсь отбирать у тебя дочь, Люба! — с жаром перебивает Артур. — Я лишь хочу дать ей самое лучшее!

Я выскакиваю из машины, так как начинаю задыхаться. Встаю, сложив руки на груди, смотря на поле. Мне не нравится то, что сейчас происходит. Ощущение словно Артур, так или иначе, может забрать у меня Милану. С его деньгами, связями… А вдруг он захочет отсудить её? От этой мысли становится страшно и не по себе. Если он так сделает, то я вгрызусь в его горло! Я её мать… я…

— Как же мне не хватает тебя, Маша… — шепчу, подняв глаза к небу. — Что мне делать…

Артур подходит сзади, приобнимая за плечи. Дёргаюсь, но он вцепляется, как клещ.

— Люба, я не монстр. Мне не нужны суды, разборки и ссоры. Да я даже без ДНК понял, что она моя. У нас всё может получиться… — тихо произносит последнюю фразу на ухо.

Осторожно голову поворачиваю. Его губы в сантиметре от моих. Артур смотрит, то в глаза мои, то на губы. Замечаю, что ещё немного и он меня поцелует. Резко отстраняюсь.

— Отвези меня, пожалуйста, домой.

Мы садимся в машину и до моего дома едем в тишине. Я в раздрае и не знаю, как быть и что делать. Дать ему опеку и сознаться во всём Милане? Но как она воспримет? Как отреагирует, что её родной отец объявился спустя столько лет? Придётся придумывать историю, так как говорить такую правду невозможно.

Наконец, машина тормозит у подъезда. Собираюсь уже выскочить, как Артур громко выругивается.

— Я планировал всё не так! Кажется, сегодня сделал всё ещё только хуже! Люб, дай мне шанс!

— Шанс на что? — спрашиваю, приподняв бровь.