Анетта Молли – Карим (страница 49)
– Пошла вон отсюда! – гремит Карим, поворачиваясь к залу. – Если кто-либо откроет этой мерзавке двери в своё казино, то пусть дорогу сюда забудет, как и о моей поддержке!
Охрана Карима встаёт позади Кары, не давая возможности убежать. Та кипит от гнева, а глаза бегают. Бросает на меня взгляд полный ненависти. Не понимает, как Карим мог променять её на меня.
– Это всё подстроено! Не верьте тому, что увидели! – высокомерно высказывает она.
Карим показывает охране, чтобы увели. Они подхватывают Кару под руки, ускоряя её уход.
– Я сама идти могу! – возмущается она.
В зале начинаются бурные обсуждения. Карим поворачивается ко мне. Я до сих пор в шоке от происходящего.
– Вот такие у тебя подлые соперницы, – улыбаясь, говорит Карим.
– Ты поверил ей? Хотя бы на секунду? – спрашиваю взволнованно.
– Нет. Я уже понял, какая ты, Стефания.
Внутри всё трепещет от его слов и мягкого тембра. Никакая Карина не сможет испортить этот вечер. Я тянусь к его губам, но не успеваю поцеловать, как к нам подъезжает Тай.
– Какая отвратительная тактика! Эта Кара мне никогда не нравилась! – возмущённо заявляет мальчик.
Он видит, что помешал нам и чувствует неловкость. Мы улыбаемся и отрываемся друг от друга, поворачиваясь к Таю. К нам уже спешат Талгат, Мурад и Вера, торопясь высказать свои комментарии от увиденного.
Конец вечера, на удивление, проходит весело. Мы танцуем, смеёмся и не хотим думать о том, что будет завтра.
Глава 61
Сколько бы не обещал самому себе рассказать Стефании правду сразу после вечера, всё тщетно. Вновь поддался искушению и не смог оторваться от её губ. Ласкал всю ночь прекрасное тело, наслаждаясь тем, как открывается передо мной всё сильнее и сильнее. Не представляю жизни без этой чертовки…
Утром просыпаюсь первым и смотрю на Стефанию. Прижимается ко мне горячим телом и крепко спит. Розовые пухлые губы чуть приоткрыты. Глажу её по лицу, жалея, что не сказал правду раньше.
Через несколько минут просыпается и смотрит на меня, улыбаясь.
– Давно проснулся?
Мотаю головой, поправляя её прядь волос. Стефания ласкается ко мне и от этого внутри будто разъедает кислотой.
– Пошли позавтракаем и поговорим, – говорю, избегая смотреть в глаза.
Она приподнимается и наблюдает за мной.
– Что-то случилось?
Я не отвечаю, а встаю с постели. Стефания продолжает взволнованно смотреть, гадая.
– Встретимся в столовой через двадцать минут, – с этими словами иду в душ, где встаю под прохладные струи воды, чтобы остудить голову.
Внутри есть слабая надежда, что Стефания сейчас придёт, дав возможность оттянуть тяжёлый разговор и вновь ласкать её. Раз за разом. Но её нет. Когда выхожу постель пуста.
Натягиваю на себя одежду и медленно иду в столовую. Никогда не был таким нерешительным и сомневающимся. Ненавижу это состояние. Стефания уже там. Сола накрывает стол, широко улыбаясь при виде меня.
– Доброе утро, Карим Амирович! Тай уже позавтракал у себя! Представляете хотел даже сюда спуститься, но я сказала, что ещё никто кроме него есть не собирается! – весело произносит она.
Видя, что никто не поддерживает беседу, кроме Стефании, которая рассеяно отвечает, Сола быстро заканчивает приготовления и оставляет нас. Я отпиваю кофе, понимая, что кусок в горло не полезет. Стефания тоже не прикасается к еде, а прожигает глазами.
– О чём поговорим? – тихо спрашивает.
Наконец, поднимаю на неё взгляд. Красива, как никогда. Прекрасна, как никто. Недосягаема. Теперь.
– Нужно решить, что делать дальше… – начинаю тяжёлый разговор, но она перебивает.
– Ты хочешь, чтобы я уехала? Это ничего… я понимаю, что… – замолкает, подбирая слова.
– Ты сама этого захочешь, Стефания.
– Но почему? Почему я должна захотеть, Карим? Я не хочу быть… не хочу быть не рядом с тобой! – соскакивает с места и садится рядом. – Почему опять отталкиваешь меня? Или я не та, кто сможет заменить тебе всех остальных? – голос срывается, а глаза краснеют.
Её несчастный вид заставляет меня испытывать терзания. Я беру холодные руки в свои, стараясь уменьшить её переживания. Стефания снова встаёт и прижимается ко мне всем телом. Усаживаю на колени, а по щекам её начинают стекать слёзы. Вытираю их, не зная, как и быть.
– Не плачь, детка. В этот раз всё зависит от тебя, – произношу, затаив дыхание.
Она смотрит непонимающе.
– Что ты имеешь в виду?
– Ты должна сама решить подхожу тебе или нет…
– Я уже всё решила, Карим…
– Не перебивай, а дослушай сначала. Ты многого обо мне не знаешь…
Стефания соскакивает с места, вытирая слёзы.
– Думаешь я не догадываюсь, что за дела ты ведешь? Я не глупая! Я думала о том, смогу ли принять твой образ жизни и деятельности! Вчера, когда ты сказал, что не убил Волка это и стало для меня определяющим! У тебя есть сердце, Карим! Сердце, которое ты усиленно прячешь, но я успела его обнаружить!
Тоже соскакиваю с места и подхожу к окну, уперевшись рукой о стену. В висках стучит кровь от того, что сейчас сказать должен.
– Не делай поспешных выводов. Ты должна ещё кое-что узнать обо мне, Стефания.
Она вновь подходит ко мне, трогая за руку. Поворачиваюсь к ней. Сейчас я навсегда уничтожу то, что сделало меня счастливым.
– А если на моём счету есть сотня забранных жизней.
– У всех есть прошлое… Пусть оно там и остаётся, – быстро отвечает она, тяжело дыша. Щёки красные от волнения.
– А если среди них есть близкий для тебя человек?
В её глазах вспыхивает испуг. Она хватается за сердце.
– Ты что-то сделал с моим братом?!
– Нет.
Её глаза лихорадочно бегают.
– Я не понимаю…
Подхожу и беру её за плечи, прижимая к стене. Ванильный запах. Такой родной и знакомый врывается в ноздри, усиливая мои страдания.
– Два года назад пьяный водитель сбил мою мать и брата. Мать умерла, брат инвалид. В этот же вечер его нашли мои люди и приволокли ко мне. Он не раскаивался и не жалел о случившемся. Быль пьян и весел. Я не хотел знать ничего об это человеке, а лишь уничтожить. Стереть с лица земли, чтобы больше не видеть эту самодовольную рожу, проехавшуюся по моей жизни! – впиваюсь пальцами в её хрупкие плечи, неотрывно смотря в глаза.
– Я не понимаю… – плача отвечает, Стефания.
– Я убил его и приказал выкинуть в бар, в котором он продолжал пить после того, как разрушил нашу жизнь!
В глазах Стефании начинает появляться осознание. Она вздрагивает, отталкивая меня от себя. Я не двигаюсь, крепко держа её.
– Что ты теперь скажешь?! У меня, по-прежнему, есть сердце?! А?!
Стефания снова начинает плакать, а губы трясутся. Она хочет что-то сказать, но не может.
– Я не верю … – произносит одними губами.
– Это правда. Это твой отец два года назад катался пьяный на машине и получил за это по заслугам.
Вижу, как её терзают эмоции. Она снова хочет вырваться и на это раз отпускаю её. Она облокачивается на стол. Спина содрогается от рыданий. Снова хочу подойти к ней, но она останавливает меня.
– Не приближайся ко мне! – говорит в истерике. – Как давно ты понял кто мой отец?!