Анель Ромазова – Люби меня настоящую (страница 3)

Не стала заходить в аудиторию, дожидаясь когда Макар займет свою позицию. Помехи в виде суетящихся студентов мне ни к чему. Мало ли, пропустит какую-нибудь важную деталь.

Все зрители на местах. Дефиле начинается. Вхожу с наигранной легкостью. Скольжу незаинтересованным взглядом, попутно боковым зрением считываю эффект от моего появления.

Вот оно, рыбка заглотила наживку. С удовлетворением смотрю, как провожает меня взглядом, буквально раздевает глазами.

Плыву к своему месту со всей грацией, на которую способна. Эротично изгибаюсь, когда выкладываю учебники на стол, позволяя своим раскошным русым волосам соскользнуть на плечо. Прямо прожигает глазами.

У меня мандраж от близости успеха. Вот так просто и без усилий. Как же все это предсказуемо. Помаши яркой тряпкой и готов.

Макар отвлекается от созерцания прекрасной меня, переключаясь на беседу со своими друзьями. Но мне мало, я еще не до конца утвердила свою победу.

Соня Гордеева появляется как раз вовремя. Ничего не имею против, нормальная девчонка с бюджета. Тихоня, за что и получает от всех кому не лень. Я против стадного инстинкта, но статус обязывает. Цепляю ее колкой гадостью. Извини Гордеева ничего личного каждый сам за себя.

Макар поворачивается, и что-то прежнего восторга я не вижу. Переборщила?! Так, надо собраться и после пар наверстать упущенное достижение.

Пока длится лекция, изучаю жертву. Симпатичный. Я бы даже сказала красивый. Но не в моем вкусе. Если бы можно было выбирать, то его друг Тимофей мне больше нравится. Но это нет. На нем большими красными буквами светится «Запрещено и крайне опасно». Темноволосый, накачанный и жутко сексуальный. Девушек меняет как перчатки. Когда смотрит своими темными глазами, как лазером прожигает. Словно слой за слоем снимает всю обертку и видит меня настоящую. И это очень опасно. Таким вертеть не получится. Пройдется как бульдозер и не оставит ничего после себя.

Объект моих умозаключений, вдруг поворачивается сканируя своими лазерами, по его невозмутимому лицу вообще непонятно о чем думает. Просто наблюдает, слегка прищурившись. Чувствую как краска заливает мои щеки, опускаю лицо скрываясь за занавесом волос. Сердце почему то начинает колотиться. Списываю все на нервозность. Отметая любую мысль, что причина моего замешательства в черных как космос глазах.

После лекций поджидаю Макара на парковке. В пол уха слушаю бессмысленную болтовню Вики и Кати.

Троица спускается к машине, что-то бурно обсуждая. Выжидаю момент и… Медленно, минуя ступеньку за ступенькой, позволяю в деталях оценить мою внешность. Ловлю глазами Макара и стыдливо опускаю ресницы. Движением головы откидываю волосы назад и… натыкаюсь глазами на черный омут. Тимофей смотрит, съедая глазами, ошпаривая. Чудом удерживаюсь и не спотыкаюсь.

Подхожу ближе, нарочно оставляя Тимофея и Кэда за спиной. Концентрируюсь на разговоре, облажаться нельзя. Макар с увлечением ловит каждое слово. Договариваемся поужинать. Называю самый дорогой ресторан, что бы подготовился к тратам.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Только спиной чувствую того кто стоит сзади, как стена большая и горячая. Даже дыхание ощущаю на своих волосах. Мурашки рассеиваются по телу. Слишком близко. Дезориентирует. Смущает.

Сворачиваю беседу, потому что невозможно, жарко от этой близости. Ухожу, стараясь двигаться медленно, плавно. А хочется бежать, куда подальше со всех ног. Потому что дрожу я точно не от серых глаз Макара Лютаева.

Максим сегодня задерживается. Нужно подождать двадцать минут. Захожу в кафе напротив и буквально плюхаюсь на стул.

Когда мы с Макаром начнем встречаться, то мне придется часто видеть Тимофея, общаться с ним. И такая реакция не просто нежелательна, она недопустима. Нужно быть собранной холодной и расчетливой.

Завтра я ужинаю с Макаром, это должен быть высший пилотаж. Увлечь заинтересовать и оставить томится в ожидании ценного приза. Который он получит, только когда будет готов сделать предложение.

Глава 4

Все с Лютаевым идет не так, как я видела в своих мечтах. И казалось бы, оценил модель платья, не предусматривающее ношение нижнего белья. Только не увлечен. Скорее скучает, дожидаясь продолжения вечера в горизонтальной плоскости.

Я же этого совсем не хочу, постараюсь оттянуть момент как можно дальше, желательно после свадьбы или еще позже. Он конечно привлекательный, но я его не хочу. Даже целовать. Знаю, что надо, но себе же врать не обязательно. В этот момент совсем некстати суровые четкие губы Тимофея растянулись в плотоядной улыбке. В моем воображении конечно. Я застонала, мысленно опять же.

Разговор и так не клеился, после того как я затронула святое, футбол которым Макар увлеченно занимался. Но как тут сдержаться, если он заявил, что намерен свободное время тратить на бессмысленную игру, когда можно приумножать капитал. Пыталась реабилитироваться, отмазываясь семейными традициями. Но вечер это не спасло. Макар как-то отстранился и без особого энтузиазма отреагировал на мой отказ поехать к нему.

А ведь в моем плане, он должен был убеждать, прибегая к разным уловкам. Я бы все равно отказалась. Потому что то, что дается легко никогда не ценится. Но моему женскому самолюбию это определенно польстило бы.

И на следующий день он вяло реагировал на мои хитрости. Прикасалась к нему, предлагая обработать раны. Это же намек. И будь он по-настоящему увлечен ни за что не отказался. Я все яснее чувствовала, как Макар утекает из моих рук.

В чем же дело, что я делаю не так. Смотрю с интересом, авансы раздаю, но все в пустую. Не названивает, горя желанием встретиться. Так несколько сообщений и то скупо без эмоций.

Нужно срочно прибегнуть к более активным действиям. Вечером Вика устраивает вечеринку у себя на квартире, приглашены все. Значит и я там должна быть в самом сексуальном наряде, не оставляющем в голове Макара других мыслей, кроме меня в его постели. До нее конечно не дойдет, но поцеловать я себя позволю и намекну, какое вознаграждение ему светит в конце дистанции. Пусть ждет.

Маша ворчит, выдавая мне после закрытия магазина платье. Черное кожаное мини, с ажурной вставкой на спине. Еще чулки и туфли на шпильке.

Добираюсь на такси, врываясь в самый разгар безбашенного веселья. Макара нет. Остается ждать, перебрасываясь незначительными фразами с гостями и самой хозяйкой.

Слишком многолюдно и душно хочется на свежий воздух. Выхожу на балкон и делаю глубокий вдох, наклоняясь через перила.

— Лютый не придет, но это же не повод бросаться с десятого этажа — насмешливая фраза брошенная мужским голосом ошарашивает.

В немом шоке смотрю на того, с кем запрещено говорить и находиться на расстоянии ближе двух метров.

Тимофей встает с кресла и становится рядом. Очень близко. Касаясь плечом.

— С чего ты решил, что я жду Макара? — холодно прохожусь по нему глазами.

— Не так? — поднимает брови в вопросе.

— Мне кажется, тебя это не касается — поясняю с видом деланного безразличия.

— Туманова, обязательно быть такой таинственной — поворачивается, улыбаясь одним уголком губ.

— Я не таинственная, просто не люблю, когда малознакомые люди интересуются.

— Мы не малознакомые, Рита, два года вместе учимся — от этого густого Рита, у меня узел стянулся внизу живота, наворачивая пульсацию.

— Хорошо, я не жду Макара — кидаю ответ и надеюсь что он отстанет.

— А, поэтому пришла на вечеринку, которые раньше не посещала? — снова ухмыляется.

— Ты завсегдатай? Откуда такая осведомленность?

— Конечно — я покрываюсь мелкой дрожью, когда ткань его рубашки скользит по голой руке.

— А почему здесь сидишь, а не в гуще событий? — разворачивается, пристально изучая мой профиль, я физически ощущаю его взгляд.

— Ничего не меняется. Надоело — наклоняет голову чуть ниже, вдыхая мой воздух и заставляя дышать своим.

— Зачем тогда пришел? — отвлекаю вопросом.

— Тебя ждал — усмехаюсь, логично что сказать.

Ведет пальцем по моей обнаженной руке, дыхание срывается. Подцепляет прядь волос и подносит к своему лицу. Жжет глазами, считывая мою реакцию.

— Что ты сейчас делаешь? — у меня голос как после простуды — Не смущает что я с твоим другом встречаюсь?

— Нисколько, потому что у вас ничего нет…. И не будет, ты его не зацепила.

Злюсь на него за ту правду, которую он выдает. Не желаю с ней мириться. Хотя умом понимаю, но принимать не собираюсь.

— Да пошел ты, Лукашин, тебе откуда знать — разворачиваюсь и вылетаю с балкона, направляясь прямиком в ванную. Что бы не разрыдаться на глазах у всех от собственного бессилия.

Оперлась ладонями на раковину, изучая свое отражение. Совсем не хочу думать о том, что просчиталась. Нужно просто быть понастойчивей.

Дверь с мягким щелчком распахивается, Тимофей заходит предварительно закрывая замок. Комната резко сжимается. Он заполняет собой все пространство или мне так кажется.

— Лукашин, зачем пришел? — здесь светло и могу разглядеть его в деталях. Смотрю через зеркало.

Высокий, мощный. Черная рубашка с закатанными рукавами и расстегнутыми верхними пуговицами открывает взгляду атлетическую шею. Татуировки на запястьях. Ироничная улыбка в уголках губ и глаза, гипнотизирующие своей темнотой.

— Проверить хочу кое что — сцепляемся взглядами образуя невидимую нить, по которой бегут электрические разряды.