Анеко Юсаги – Становление Героя Щита 21 (страница 14)

Принуждать всех подряд ковырять собственные шрамы слишком жестоко. Я не злодей и не собираюсь утверждать, что жизни достойны только те, кому под силу победить своё прошлое.

Они вольны выбрать борьбу или откладывать её на потом, хотя правильнее всё же двигаться вперёд.

— Братец! Я… я понял! И я хочу стать таким сильным, чтобы всегда защищать других! Поэтому я буду бороться с собой! Ау-у-у!

Кил так разошлась, что даже завыла. Видимо, это помогает ей взбодриться?

— Сиан, спасибо за помощь! — выпалила она и протянула Сиан руку.

— Угу…

Догадавшись, что ей предлагают, Сиан робко протянула ладонь для рукопожатия.

— Братец! Мы сумели с ней подружиться!

— Да, я вижу.

Я до сих пор потрясён тем, насколько Сиан сильная. И восхищён её ловкостью. Не знаю, как отреагирует Мамору, но из неё после тренировок может получиться очень сильный боец.

— Ладно, ресурсов и припасов мы набрали… Так что давайте вернёмся и обсудим, что случилось.

— Хорошо, как скажете… Увы, мы выкопали довольно мало руды. Это ничего? — спросила Имия.

— Мы разобрались с охотой, а за рудой можем вернуться и потом. Только возьмем с собой группу торкообразных, которым Орторос нипочём.

Торкообразные пригодятся ещё и потому, что они благодаря ловким пальцам отличные копатели. Из-за фэнтези мне всегда казалось, что идеальный шахтер должен выглядеть как дварф, но теперь я поменял своё мнение.

Кстати, в нашем мире дварфоподобных полулюдей практически нет. В мире Кидзуны их вроде побольше. В моей деревне они никак не представлены.

Как бы там ни было, мы вернулись в близлежащую деревню, там немного помогли с ларьком, после чего телепортировались домой.

— Понятно… Подумать только, что такое случится… — протянула Рафталия.

К вечеру мы все собрались в деревне. После ужина я рассказал о столкновении с психологической травмой Кил.

Коренные жители Рулороны мигом поняли, что произошло, и в их глазах читался страх: вдруг такое случится и с ними? Остальные дети выглядели встревоженно.

— Рафталия, я полагал, что ты победила свою фобию, но так ли это?

— За меня… можно не переживать. По крайней мере, я так считаю.

Я вспомнил монстров, против которых мы с ней сражались. Наверное, самым похожим был Кальмийский Пёс.

— Раф!

Раф-тян решила проверить и превратилась в цербера при помощи иллюзии.

Отреагировала где-то половина жителей Рулороны. Рафталия нахмурилась и посмотрела на Раф-тян. Как это понимать?

— Что же… Его и правда можно изобразить, поработав над иллюзией. Да, это неплохой метод, — заявила Рафталия, затем тихо добавила: — Значит, она подсмотрела мои воспоминания.

А-а, понятно… Раф-тян подглядывает воспоминания подобно тому, как Гаэлион и Мадракон залезали в мою память?

Как бы там ни было, Рафталия отнеслась к появлению цербера достаточно спокойно. Значит, можно считать, что она победила свой страх.

— Как ты справилась с этим, Рафталия-тян? — спросила Кил умоляющим голосом.

— Я ведь уже рассказывала, когда все вернулись в деревню. Это случилось вскоре после того, как Наофуми-сама меня купил.

— Говорила, конечно… Но я думал, что у меня тоже всё позади. А если нет, то что мне ещё сделать? — причитала Кил.

Рафталия уже явно не знала, как отвечать.

— Это сложный вопрос, — вмешался Рен, сложил руки на груди и затих. Видимо, ищет решение.

— Бывает, что достаточно храбрости, чтобы победить полученную на войне травму, но… — Фоур, видимо, собирался предложить метод, который освоил сам в гладиаторские времена, но он понимает, что у деревенских детей другое отношение к битвам.

Хотя всем очевидно, что бесстрашие и отвага — это не те ключи, которые помогут разобраться с травмами Кил и остальных. Это только у хакуко и прочих воинственных рас Шильтвельта мировоззрение викингов, в которых храбрость решает любые проблемы.

— Пока я возвращался сюда, то подумал и решил, что хочу обратиться ко всем, кто осознаёт свою ментальную травму, — сказал я, поднимая руку, и обвёл взглядом детей, которые могли подойти под это описание. — Не каждому под силу победить свою травму, как это сделала Рафталия. Поэтому я хочу спросить, что вы собираетесь делать.

У нас полно детей с прошлым как у Кил. И проявляется оно по-разному.

— Что, если я скажу, что хочу бороться с ней, братец? — спросила Кил.

— Значит, тебя ждёт лечение в виде в меру изнурительных тренировок и лекарств.

Насчёт фармацевтической стороны вопроса надо будет посовещаться с Рато. Да, она не специалист, но всё равно разбирается в этом получше меня. А то я ещё создам лекарство с обратным эффектом.

— Мы собираемся снова открывать раны, которые многим казались зажившими. Поэтому если не хотите лечиться — не надо, если передумаете — тоже ничего страшного. По-хорошему, этот процесс занимает много времени.

От сильного ковыряния в душевных ранах человека можно вообще сломать, а мне это не надо.

Рабы, которых я обвёл взглядом, тут же задумались.

— Ну, кому как не Наофуми этим заниматься. У него тоже есть ментальные травмы. Из-за Филориалов, например, — вдруг пробормотала Мелти, до сих пор молча слушавшая разговор.

Ух, удар по больному месту.

Да, я и сам не без психологических травм. Например, Мотоясу однажды привёл целую стаю Филориалов, и она на меня накинулась. До сих пор дрожь берёт.

Руфт, тоже остававшийся в стороне от разговора, изобразил знаменитое лицо с картины Мунка. У него точно такая же травма.

Я даже сейчас вздрагиваю, когда вижу какую-нибудь стаю Филориалов.

— Вы можете бороться против травм или оставить их в покое. Главное — сделайте выбор осознанно.

— Всё понимаю, но я хочу её победить! — выпалила Кил, поднимая руку.

При всей очаровательности её собачьей формы я должен признать, что рвения у неё хоть отбавляй.

— Хорошо. Но если тебе станет совсем плохо, мы можем посовещаться и решить, что твоё лечение продолжать нельзя. Согласна?

— Да! Я обязательно пересилю травму!

— Да-а! — поддержали Кил остальные дети с душевными шрамами.

— Вот такие дела, Рато. Есть мысли, как их лечить?

— Так и знала, что ты обратишься ко мне.

— А как же. Если ты гениальный учёный, то пришло время это доказать. Или мне лучше обратиться к твоему великому предку Хорун?

Кстати, Хорун сейчас находится у Мамору. Она решила не жить у меня в деревне постоянно.

— Опять ты меня дразнишь, граф. Я знакома с этой темой лишь по научным трудам, которые читала во время учёбы, но лучше уж этим займусь я, чем она.

— И всё-таки — мысли есть?

— Хорошо было бы попробовать сонную терапию. Если не поможет, тогда воспользуемся тем планом, который ты предлагал.

— Сонную? Это что-то вроде гипнотерапии?

Я как-то читал в манге про такое лечение, когда пациента сначала гипнотизируют, а затем в этом состоянии лечат.

— Нет, совсем другое. Это лечение с помощью магии.

О-о… Вот они, технологии параллельного мира. Тут лечат психику заклинаниями.