Анджей Ясинский – Ник. Землянин. Том 2 (страница 12)

– Приветствую тебя, Ник! – Генерал Орлов кивнул, с любопытством глядя на меня и по тому, что попадает в камеру, пытаясь определить, где я.

– И вам не хворать, генерал! Пошто честь такая явлена мне – видеть вас?

Орлов улыбнулся:

– Ну, во-первых, есть вопрос – с тобой все в порядке? Помощь не нужна?

– Что за вопросы, начальник? – Я приподнял бровь.

– Да есть информация, что у тебя проблемы. Но если нет – значит, нет.

– Проблемы? Хм… – Я приложил указательный палец к подбородку и задумался. Тик-тик-так. – Проблем много, но все они носят трансцендентальный характер и вряд ли могут быть решены в рамках текущих возможностей человечества!

Тик-так, тикают часики, вытаскивая что-то из далекого-близкого астрала.

– Это да, – прикинулся простаком генерал. – Нам бы что попроще, земное. Хм… В общем, есть кое-какие серьезные официальные вопросы, которые хотелось бы решить в узком кругу. Не заглянешь на огонек?

В это время за моей спиной пронесся болид. Истребкам удалось-таки сбить еще один аппарат проклятых инопланетных сущностей, своим видом и сутью оскорбляющих замысел божий. Я специально не стал прятать картинку, дабы это творение божье, с которым я общался, защищающее свою землю, видело, как достойно дерутся его соплеменники.

– Обязательно, генерал. Как освобожусь.

– Тебе точно помощь не нужна?

– Твоя помощь, достойный воин, в служении своей земле, что ты и делаешь умело и смело, – неожиданно воодушевился я. На мгновение я запнулся, услышав, как где-то зазвучала мелодия Баха, кажется, это был его реквием. – Здесь же требуется вмешательство иного порядка. Божий замысел искажен и трещит от попыток тьмы прорвать белую ткань мироздания. – Мой голос постепенно набирал силу, амплитуда росла, а мне это ужасно нравилось, особенно громоподобность голоса и гнев, разгорающийся в груди. – И даже сестры мойры, давние помощницы его, устали прясть без помощи, ибо нити судьбы гниют и рвутся. Нет уж того исходного начала, дающего крепость сути мироздания, как нет аромата в вине, собранного из гнилых и кислых плодов! А они? Что делают они? Те, кто должен был защищать и следить за претворением замысла? Я спрашиваю! Что делают они?!

Я почти оглох от своего яростного голоса. Лицо генерала я практически не воспринимал, хоть и видел смутное пятно на его месте. Вокруг что-то сверкало и светилось голубым.

– Их нет! Они растворились! Почему и как они позволили утратить жизни, утратить смысл и исказить помыслы? Разве для того им давалась власть? Разве для того вкладывались молнии в руки наисильнейшего, дабы он поражал тварей божьих, каждая из которых несет в себе частичку его благодати? Разве для этого? Вершитель судеб! Тьфу! – Я сплюнул, и за пределами купола сверкнуло и мощно ударил гром.

Кажется, стало темнее. Я же не отводил взгляда от пятна, которое, кажется, было моим собеседником. Еще и рядом кто-то стоял. Ладно, я не закончил свою мысль.

– А эти, первые? Как они позволили себе измениться? Они должны были быть сутью, проводящей его волю, а не становиться этой волей! Кто разрешил им принять суть и форму тварной жизни? Разве для этого он их создавал и готовил? Разве для того, чтобы они изменили своей духовной основе и стали сутью тварных детей его? Чтобы раствориться в небытие? Я вас спрашиваю!

Я перевел дыхание. Похоже, мысль свою я почти высказал, только не знаю, донес ли я ее до других. Я вытер губы и поднял руку:

– А теперь эти – которые темная суть его, берут вверх! Не для того он создал мир, чтобы хаос пожрал своего создателя и его тело! Все должно быть обратно сему!

В моей ладони стал медленно вырастать огненный меч, сочетающий в себе адамас и кучу разных плетений. Левой рукой я взял за шкирку своего Драко и посмотрел в его глаза. Они сверкали, а рот щерился в зубастой улыбке.

– Иди, друг, выполни его волю! Я же незамедлительно последую вослед тебе.

Бросив своего дракона наружу, я улыбнулся, видя, как тот довольно расправил огромные крылья. За моей спиной тоже стали расти крылья. Почему-то белые и с перьями. Кажется, из моих глаз шло какое-то голубое свечение. Пару раз махнув сверкающим мечом, я сказал в то место, где меня кто-то внимательно слушал:

– Ибо сказал он: «На мне лежит отмщение, и оно придет от меня». И я – проводник его мести!

И вот уже удовлетворение затопило меня – мысль высказана. Теперь осталось действие. Я с радостью в душе прыгнул наружу и полетел к темным тварям, искажающим его замысел, думая про себя: «А может, и происходящее сейчас, и я здесь – и есть его промысел?»

Служба безопасности России

Капитана Патрушева сигнал экстренной связи от главного БУНИКа управления застал за обеденным столом в столовой управления. Не сказать, что такой сигнал был редкостью, но и не так часто случалось, чтобы искин самостоятельно выбирал адресата информации, а иногда и тех, кого подключал к осуществляемой где-то операции, минуя непосредственное начальство адресата. Такое обычно случалось, когда согласно поступающим данным происходило пересечение различных потоков информации по разным операциям управления, иногда даже с теми, кто непосредственно не работает в службе безопасности. Например, со службой очистки. Разумеется, все согласно уровням доступа. Таким способом удавалось повысить эффективность реагирования различных служб на, казалось бы, самые обычные или неопасные ситуации, возникшие где-то на огромных территориях страны.

На виртуальном экране УНИКа сформировалась отдельная тактическая область, куда пошла информация. Сразу стало ясно, почему выбрали Патрушева. Дело касалось объекта «Никос», недавно исчезнувшего из дома своей сестры в неизвестном направлении и спутавшего все разрабатываемые планы по взаимодействию с ним. Отдельной информацией шел пласт информации от ПКО. Правда, чтобы открыть информационные потоки оттуда, пришлось снова подписать своим ключом писульку о неразглашении. Искин его УНИКа молча принял на себя еще один информационный уровень для защиты.

Все-таки не бывает гармонии в жизни. Вернее, в социуме, по каким лекалам его ни строй. Слишком большой разброс внутри общества, особенно многонационального, и ментальный, и общекультурный, и идеологический. Можно лишь найти более-менее устраивающий большинство баланс. И всегда есть те, кто защищает этот баланс от разрушения. Как изнутри, так и снаружи. Хуже именно то, что там, снаружи, различия еще больше, и всегда будут несоответствия между странами. Еще хуже, если и государственный строй отличен. Тогда случаются конфликты и даже войны. Это если не брать в расчет экономические и финансовые вопросы, а ведь часто именно они становятся причиной этих самых войн.

Но всегда есть те, кто стоит на страже. И всегда есть информация, предназначенная только для внутреннего использования таких структур, ненужная и порой даже вредная для остальных, а часто и опасная. И надо ее защищать, чтобы ни свои, кто не в теме, ни чужие, кто враги, не узнали. «Это хорошо сейчас, – думал Патрушев, – когда у каждого есть УНИК, когда есть быстрая связь и искины. Как справлялись с этим предки, просто уму непостижимо! Видимо, потому и службы тогда работали жестче, негативно воспринимаясь народом».

Сейчас же все проще. Если ты в службе безопасности или в какой другой (например, в службе очистки тоже могут быть свои секреты), изволь установить в дополнение к УНИКу служебный искин. Одной из его функций является контроль утечек информации, особенно той, которую он обязался не распространять. И часто такая информация не имеет сроков давности. При попытках ее выдать прямым или косвенным способом (а возможности анализа современного искина вполне позволяли сделать такой вывод по действиям чиновника, у которого он установлен) наступают разные последствия. От простого напоминания служащему, что он пытается слить секретную информацию, до информирования БУНИКа службы безопасности при неоднократных попытках. Впрочем, чтобы не нервировать людей этим контролем, по умолчанию считалось, что информация могла уйти наружу только в критичных случаях или при соответствующем юридическом обосновании, которое должно быть очень веским. Но зато защита личной жизни от внешнего посягательства тоже сильнее, чем у обычных граждан, ведь враг не дремлет и обязательно попытается добраться до информации, хранящейся в голове, то есть в УНИКе такого служащего.

Патрушев незамедлительно подключил к своему каналу информации сотрудников и аналитиков, главным из которых на текущий момент назначил Ивана, так как именно он полностью вел анализ темы «Никос». Веру тоже решил подключить, на ней этих допусков висело, как блох на собаке, а все потому, что обучалась в закрытой академии для одаренных. Пусть она и не сильная ясновидящая, но порой и маленький кусочек информации, вовремя найденный, может полностью перевернуть ситуацию. Кроме того, ясновидящие и яснознающие привлекались на госслужбу после соответствующего обучения, максимально раскрывающего их возможности.

Бросив взгляд на другие экраны, капитан понял, что к поставленной задаче подключено около полутысячи человек из разных служб. Отдельным окошком для Патрушева шла информация от генерала Орлова, который в данный момент имел контакт с объектом разработки. И там-то происходили вещи, намного более интересные, чем наблюдаемые в центре ПКО!