Анджей Ясинский – Ник: Ученик мага. Стихийник. Админ (страница 92)
«Слушай, а как Дронт создавал плетения?» – спросил я.
«Не знаю, – ответил искин. – Мне эти проблемы были совсем не интересны. Помню лишь по результату его действий, что это было быстро. Очень быстро. Ну разве что попадалось что-то совсем уж сложное и мудреное, тогда бывало он возился относительно долго. Но все равно местные маги по сравнению с ним просто черепахи».
«Понятненько, что совсем ничего не понятно», – пробормотал я, огорошенный. Однако это не помешало воспользоваться представленной кем-то возможностью и по максимуму выжать из нее полезного. Результатом стало мое решение сдавать экзамен самому, сведя помощь Умника к минимуму. Это оказалось не так сложно. На первых заданиях по интеграции скорость создания плетений особого значения не имела. Третье задание – полностью домашняя работа, и, естественно, я хорошенько потренировался в кастовании всех необходимых магоформ. Бой? Я заранее отработал способ обнаружения (инфозрением) и разрыва посылаемых в мой адрес боевых плетений и погонял себя в кастовании нескольких магических ударов, до которых, к счастью, дело не дошло. Ну и потренировал «нормальное» кастование и поддержку плетения защиты от физического и магического воздействия, которое показывал как теоретическую работу по боевой магии и которое потом защищал.
Интересно, а почему, когда достигаешь какого-нибудь настоящего успеха, всегда чувствуешь некоторое опустошение и грусть? Может быть, потому, что пока боролся, стремился, достигал, это были не самые печальные дни? Большие и маленькие неудачи на пути… Промежуточные победы, пусть важные только для одного тебя, но каждая из них имела место быть. Победе можно было порадоваться, а частное поражение – исправить. Теперь все. На этом пути ничего уже не будет. Он закончился. Остались только воспоминания о прошлом. А завтра начнется новая дорога, новые победы и поражения, новые достижения и потери. И привыкание к новому статусу. Кстати, еще надо будет научиться грамотно и обоснованно отлынивать от текучки, чтобы Васа и архимаг не обижались, а то вполне могут загрузить какой-нибудь ерундой так, что до точки фокуса и не доберешься. Ладно, обо всем будем думать завтра. Прощай, светлая ученическая молодость. Здравствуй, новая жизнь всеми признанного мага.
Я сидел в окружении гномов, которые искренне, как мне показалось, радовались моему успеху, и грустил. Мне налили очередной бокал. Правильная идея! Именно так и нужно прогонять – заливать – непонятные мысли. И я опрокинул в себя очередную порцию отрыжки гномьего Бахуса.
Глава 2
Дитрия не сдержала стон наслаждения, когда Эллериель перешел к массажу плеч и шеи.
– О да, – выдохнула она, полностью расслабившись и отдавшись опытным рукам эльфа-целителя. После этой идиотской защиты обязательно требовалось снять усталость и раздражение. Надо же! Она, Дитрия, потерпела поражение. Скотина Руархид пропихнул-таки в мастера интеграционной магии своего человека. Она снова напряглась, подумав о произошедшем.
– Что тебя тревожит? – Эльф чутко уловил ее состояние.
– Не хочу сейчас об этом говорить, – сквозь полудрему пробормотала Дитрия.
Эллериеля она знала очень давно. Однажды, в самом начале ее карьеры мастера, когда она только начинала ездить по окраинам государства гномов, собирать талантливую молодежь и подбирать себе помощников, на нее устроили покушение. Люди, заправлявшие тогда направлением интеграции в гильдии, увидели серьезную угрозу в неофитке, которую поддерживал сам архимаг, и попытались устранить препятствие. Они сделали заказ гильдии убийц. Дитрия тогда чудом осталась жива. Ее спасло лишь то, что рядом с местом покушения в лесной глуши ночевал недавно покинувший Лес эльф-целитель, который и не дал потухнуть уже еле теплившейся искорке жизни. Эллериель тогда искал себе новое пристанище. Дитрия в свою очередь помогла спасителю, привезла его в столицу и познакомила с архимагом, тогда еще своим покровителем.
Эллериэль быстро вернул долг. Он немало помог Дитрии в борьбе против человеческих интеграторов. Откуда же знали эти глупые людишки, что эльф-целитель не только массирует по вечерам спинки им и их подругам, но и внимательно запоминает, о чем они говорят, да и подбросить может какую-нибудь мелочь, наводящую остальных гномов на мысль о том, что «клиент» интересуется запрещенными областями магических знаний. Много ведь для этого не нужно: парочка случайных фраз, сказанных при том или ином члене совета гильдии, несколько небольших листочков запрещенной книжки, найденные стражниками дома, – и готово правильное решение совета гильдии. Эльф выполнял поручения своей подруги тщательно и спокойно, ничуть не жалея тех, кому ломал судьбу, даже не задумываясь об этом. Идеальный исполнитель. Надежный и честный.
Дитрия никогда не верила в честность. Своего соратника нужно привязывать крепко. Вот и Эллариелю она однажды объяснила, что одно дело – порядки у народа длинноухих, когда рядовой эльф, исполняя распоряжения старшего в семье или клане, не должен задавать вопросов, но может быть спокоен за дальнейшую жизнь, ибо за все отвечает отдавший приказ, а другое… У гномов любого, кто выполняет такие поручения, как Эллериель для Дитрии, по меньшей мере изгоняют, а то и вовсе уничтожают усилиями специальной личной стражи правителя. Причем независимо от того, был ли он сам инициатором или выполнял чье-то поручение. Дитрия улыбнулась, вспомнив, как потемнели во время этого разговора глаза эльфа. Но он ничего не сказал. Лишь кивнул, выразив готовность и дальше ревностно выполнять поручения подруги. Ей даже стало немного стыдно со временем. Ничего, каждый верный пес должен чувствовать поводок, за который его можно дернуть. А как иначе доверять партнеру, тем более близкому?
Холеное аристократическое лицо, томные большие глаза, длинные светлые волосы, гибкая стройная фигура, мягкая завораживающая речь – разве может устоять сердце женщины перед таким чудом природы? И Эллериель тогда был вовсе не против. Какое-то время им было хорошо вместе. Но оказалось, что эльф «очень даже не против» и с другими девушками, да и Дитрия в это время активно строила свою карьеру, дорастая до главного интегратора гномов, гроссмейстера интеграционной магии. Так пылкие интимные отношения переросли в область дружеской взаимопомощи. Дитрия и ее ученики постоянно рассказывали своим заказчикам о способностях эльфа как целителя, а Эллериель помогал ей следить за своей внешностью (возраст ведь за три сотни лет перевалил, а она до сих пор выглядит тридцатилетней), снимал усталость и раздражение, находился рядом, если было тяжело на душе. Вот только она никогда не спрашивала, что сам Эллериель думает по поводу их взаимоотношений. Зачем? И так все ясно.
И почему мужчины такие требовательные? Казалось бы, умна, богата, симпатична, не старуха, в постели кое-что умеет… Что еще нужно этим странным созданиям от подруги? Да, требовательна, чуть-чуть капризна, но все женщины таковы. Однако не остаются мужчины рядом надолго. Уходит куда-то любовь. И как удобно, что в такие минуты можно позвать своего эльфа. Эллериель не был навязчив, но всегда приходил по первому зову, изгоняя боль из души и утешая ее, причем не только массажем… Да, умеют длинноухие заниматься этим! После общения с эльфом любой гном или человек долго будет казаться пресным.
К сожалению, иногда эльф куда-то исчезал, порой надолго. Однажды целых десять лет не появлялся. Она уже и ждать перестала, но в один прекрасный день он вошел в ее дом, сделал обычную процедуру (и еще кое-что), и их отношения пошли по старой колее, словно и не было никакого перерыва.
Тем временем внешний массаж плавно перетек во внутренний, и еще долгое время из спальни Дитрии раздавались характерные звуки, издаваемые женщиной в моменты наивысшего наслаждения.
– Ты меня беспокоишь. – Эллериель гладил голову Дитрии, уютно устроившейся у него на груди.
– Что ты имеешь в виду? – несколько недовольно спросила та и покрепче обняла эльфа.
– Не забывай, я – целитель, кроме того, знаю тебя чуть ли не лучше самого себя. И судя по всему, ты влюбилась.
– Вот как? – задумчиво пробормотала магиня. И через несколько секунд раздумий ответила: – Даже если и так, что с того?
– Эх, Ди! – эльф потрепал ее голове. – Я ведь беспокоюсь о тебе, а ты что-то в этот раз долго никак не решишься. Кто он? Надеюсь, достоин тебя?
Женщина фыркнула.
– Я не уверена, что вообще стоит о нем говорить.
– Что, все так серьезно?
– Повторяю тебе, – Дитрия легонько стукнула кулачком эльфа по груди, – я не хочу об этом говорить. Кроме того, я уверена, что ты ошибаешься.
– Все, что касается твоих чувств – для меня не составляет тайны, – не согласился Эллериель, – и если дело действительно обстоит так, то тебе лучше что-то с этим сделать. Как хоть его зовут?
– Мондрид, – после непродолжительного молчания неохотно ответила Дитрия. Рука эльфа лишь на мгновение замерла и тут же продолжила гладить волосы женщины. Дитрия заминки не заметила. – И не влюбилась я в него. Просто весь день просидела рядом с ним, и вспомнилось мне далекое время, когда мы еще были никем. Вот тогда я действительно была влюблена в него.
– А это часом не глава внешней разведки?