Анджей Ясинский – Ник-9 (страница 74)

А потом началась суета как на бытовом уровне, так и на уровне государственной и военной деятельности. Сестра со мной связалась по болталке, глянула и отключилась. Генерал Орлов тоже связался, несмотря на то, что я с ним уже говорил, но, видимо, он уже был включен в общую систему реагирования большого государственного организма и посчитал нужным снова перепроверить. Связался, спросил «нормально все? Катька с тобой?» и, не слушая ответов, отключился.

Гоша подобрался ближе. Из генеральского дома примчался какой-то монструозный БРОКОМ, встал рядом и растопырился во все стороны какими-то системами, имеющими вид оружейных стволов, грибочков, сфер, нашлепок, антенн. В общем, крутая штука.

Я покачал головой и снова связался с Орловым.

– Я с Катюхой пойду на свою базу, там по-любому безопасней будет.

Генерал на секунду завис, потом кивнул и отключился, успев пробормотать «Гошу возьмите». Движение в округе прочих БРОКОМов и военных людей замедлилось и совсем прекратилось, как только мы с девочкой ушли в мои подземелья.

– Дядь Ник, а что случилось? – обеспокоенно спросила племяшка.

– Что-то не очень хорошее, – сказал я и кивнул на окружающую обстановку, – обустраивайся пока, выбирай, где больше нравится. Пока побудешь у меня. Что тут и как, ты знаешь. Чего надо – спрашивай у Дворецкого. А мне надо кое-куда сходить. Связь через УНИК у тебя есть, по болталке я тоже всегда на связи, только не уходи никуда, ладно?

Девочка кивнула и вошла в стену-телепорт, перейдя в мои гостевые комнаты, где у нее было свое место, обустроенное по ее вкусу.

Я не зря сказал, что начались какие-то шевеления на уровне государства и военных. Вывел свою карту страны, собираемую инфокомпом через мои собственные системы наблюдения, и параллельно – точки контроля переходов телепортации. Резко по всей стране в городах залетали какие-то автомобы, на других территориях – военные аппараты, то ли передислоцируясь, то ли разворачивая какие-то системы. Резко возрос трафик в сети. Спутники стали совершать какие-то перемещения. Причем не только наши, но и иностранные.

На этой мысли я на мгновение замер. «Наши». Уже, значит, наши. Я все больше мысленно интегрируюсь в современное общество. М-да… Кажись, то, что случилось, вышло за рамки терпения российских служб. Вряд ли, конечно, война начнется, да и с кем? Но все равно, кто-то кого-то будет прессовать, как мне кажется.

Натянув на себя свой скафандр, с помощью которого я ходил по Луне, я переместился в место упокоения моего второго голема вместе с Кораблевым. Тут необходимо уточнить, что все места, где я бываю или куда имею или имел доступ через инфосеть, как вот здесь через голема, у меня уже автоматически обрабатываются с целью получения частотно-волновых координат, и там вешается инфомагический маячок, включаемый в общую сеть датчиков. Ну, на всякий случай, вдруг понадобится туда с высокой точностью срочно перейти. Вот сейчас такой случай и получился.

Собственно, здания как такового не было. Оно местами потекло как сгоревшая свечка, а что-то взорвалось. Уцелели только какие-то особо прочные плоскости. Может, броня?

Где-то под ногами трескалась стеклообразная масса, распространяя неприятный хруст, где-то в воздух поднималась черная пыль. Сквозь фильтры сначала чувствовалась гарь, пока я не заблокировал вообще все, что идет внутрь, кроме чистого воздуха. Рядом копошились роботы, как строительных модификаций, так и военных. А всего-то прошло почти ничего! В шаге от меня как из-под земли вырос один из таких роботов, хрен знает какой модификации, так как его форма была текучей, но скорее какой-то спасательный. Или военный, хотя на фига тут военные?

Он просканировал меня и, видимо, узнал. Но наверно терпение кого-то лопнуло или превысило норму, так как на УНИК мне поступил сигнал максимальной важности из области гражданской обороны, а такие сигналы активируются автоматически, и мне голосом какого-то искина было сказано:

– Данное место временно закрыто для посещения лицами, не относящимися к службе Спасения и Очистки. Кроме того, существует опасность заражения организма вредными испарениями, также обнаружен повышенный радиоактивный фон. Просьба покинуть данное место и обратиться к развернутым точкам медицинской помощи, которые вы можете найти в трехстах метрах в любом направлении от данной точки.

Интересно как! Похоже, мой «скафандр» невидим и для инструментальных систем сканирования. А если вот так:

– На мне находится экспериментальный скафандр высшей степени защиты. Он невидим, так как является энергетическим. Просьба не мешать мне проводить собственное расследование.

Спустя пару секунд до меня донеслось:

– Вам разрешено провести собственное расследование. С его результатами просьба под запись ознакомить вашего куратора – генерала Орлова.

После этих слов тень РОКОМа рядом со мной пропала, и я поплелся к толпе из двоих РОКОМов и трех людей в скафандрах, возящихся на месте смерти Кораблева. Ну и моего голема. Люди в скафандрах недоуменно покосились на меня, но быстро вернулись к своей работе. Видно, решили – раз нахожусь здесь и в таком виде, значит, для этого есть причина и разрешение. Сейчас они манипуляторами выковыривали из спекшегося месива то, что все-таки осталось от погибшего человека. Какие-то косточки там, что ли, или мне это кажется? В общем, не важно, я тут не для того, чтобы им мешать, у меня свои методы есть.

Как обычно, инфомагический мир расцвел огромным количеством информструктур, относящихся к делу, и нет. Что я хотел найти? Очень просто – информструктуру Кораблева – и посмотреть, в каком она состоянии. Помнится, Умник говорил, что ядерный взрыв, например, может деструктивно влиять на инфосеть. Здесь был не ядерный взрыв, а, судя по всему, энергетический, вроде лазерного, повышенной мощности, но кто его знает? Не может ли и он так опосредованно влиять на инфосеть?

Информструктур было много, как обычно. И понятное дело, что почти все они не относились к тем, что мне надо. Нет, людей, БРОКОМов, находящихся рядом, я сразу идентифицировал, ибо они перед глазами, и привязка есть, но помимо их была и туча чего-то левого. Вот так вот порвешь, например, какую-то, а где-то человек умрет… Я, хоть и был относительно спокоен, но как-то неправильно спокоен. Внутри было какое-то напряжение, которое вполне могло вылезти неправильным образом. Но я пока никак не реагировал на это, ибо голову не туманит, а правильная мотивация с нужным энергетически-эмоциональным движком – самое то.

Однако же такой настрой вылился в нечто необычное. Я и раньше уже нет-нет, а замечал то повышенную разрешающую способность взгляда в инфосети, которая не так уж и долго держалась, то непонятный туман. Но сейчас мне открылся несколько иной взгляд из этой же оперы. Многие информструктуры как бы расплывались, дублировались, казались полупрозрачными. Вот один из сотрудников взял в руки какой-то обгорелый кусок, похоже, часть какого-то устройства. Так вот, часть информструктуры виделась вполне себе четко, но потом как бы обрывалась, а ее границы по ощущениям слегка притухали. Но самое главное – остальная сгоревшая часть все-таки виделась, но слабо. Раньше я или все равно бы видел цельную информструктуру, если она еще не распалась, или же только часть. А сейчас непонятно получилось – то ли у меня что-то испортилось в аппарате видения, то ли наоборот – чувствительность увеличилась. Ну да ладно, вреда вроде бы нет, даже лучше стало.

Меня привлек один из людей, держащий в руках что-то вроде кости. Пощелкав восприятием, я вполне отчетливо увидел слабый образ человеческой информструктуры. Подойдя ближе, понял, что человек держит в руках остаток черепа. Черного, обгорелого, забитого какой-то массой – то ли несгоревшей плотью, то ли еще чем-то, тут ведь во время удара все бурлило, плавилось и испарялось. Потом еще нашли пару костей, и от каждой отражались информструктуры нормальной четкости, обозначающие предмет, и менее ярко – остальная структура человека. Причем эти слабовыраженные части информструктур по яркости отличались у разных привязок-костей. М-да…

Тут одновременно на меня вышли сестра и генерал. Видно, сговорились, пришлось конференцию образовывать.

– То, что ты вместо себя послал свои иллюзии, какие ранее показывал нам, почти сразу стало понятно, как только ты попал в область видимости систем наблюдения одновременно в разных местах, – генерал разговаривал на ходу и сейчас заходил в автомоб, отправляясь в столицу на службу, чтобы быть поближе к событиям, – только раньше сканирование давало другие результаты…

– Я научился делать другие тела, из специальной материи, так удобнее в некоторых случаях, – кивнул я.

– Ладно, сейчас это не главное, – генерал немного помолчал, глядя на пролетающие за окном автомоба виды. – Здесь дело хоть и не очень понятное, но относительно ясное. Кто-то нашел старый диверсионный БРОКОМ, возможно, отремонтировал на месте, замаскировал хорошо и поставил наблюдать за лабораторией. Скорее всего, это делалось во время строительства самой лаборатории, иначе непонятно, как смогли сделать это незаметно.

– А поняли, кто нажимал на спусковой крючок? – спросил я.

– Времени мало прошло. Однако отслеживается явный китайский след. Но слишком явный, – покачал головой генерал, – тут мне спексты уже успели доложить кое-что. Вроде как след все-таки ведет в Англо-Австралию, но стиль работы не их. Тут больше на американцев похоже, хотя в последние годы у нас с ними почти не было стычек ни в реальности, ни в сети, в отличие от Англо-Австралии. Но будем смотреть, люди работают.