Анджей Ясинский – Астральщик. Том 2 (страница 43)
Немного поковырявшись в памяти, вытащил простой пример из школьного учебника. Хм… Попробуем. Сформировал два сообщающихся в средней части удлиненных сосуда, заполнил их водой так, чтобы в верху каждого оставалось место. В каждый сосуд кинул по металлической монетке из найденных на озере. Прикрутил плетение к емкости, чтобы контакты плетения цеплялись каждый к своей монетке. Подал энергию. Судя по весело побежавшим пузырькам в каждой колбе, все сделал правильно. На всякий случай делал это в стороне от себя, да еще и пологом закрылся, так сказать, от греха. Но вроде не переборщил с энергией.
Немного подождал, пока в колбах сверху соберутся кислород и водород, каждый в своей части. Электролиз рулит, однако. В верхней области каждой колбы сформировал плетение огня и сделал небольшие отверстия сбоку, чтобы был доступ воздуха. Отодвинул подальше конструкцию и подал энергию на одно плетение-зажигалку. Ничего особенного не произошло. Видимо, там был кислород. Если бы поднес спичку, она бы загорелась ярче, так как процесс горения пошел бы быстрее, а так сам по себе кислород не горит. Значит, здесь у электроплетения «плюс». Надо проверить – в другой колбе должен быть водород и, значит, «минус». Включил зажигалку и полюбовался на небольшой хлопок, который унес конструкцию куда-то в сторону. Водород вот хорошо горит и даже взрывается, если смешается с кислородом, в нашем случае с воздухом.
С плетением, можно сказать, разобрались. То есть оно дает постоянное напряжение; где «плюс» и «минус», понятно. Неясно только, какое оно по величине. О мощности можно не беспокоиться: она безгранична, только подавай энергию на плетение. Теоретически. Конечно, должны быть где-то пределы и сложности, но мне сейчас это не важно. Мне для баддика нужна мелочь совсем. Всего-то один и два вольта.
Боязно спалить аппарат – другого-то нет! Но вообще на нем должны быть система стабилизации тока и защита, так что рискнуть можно. Поэтому я еще немного поиграл с электроплетением, пытаясь понять, по какой формуле зависит подача магической энергии и напряжения. Получалась какая-то непонятная зависимость. Не линейная точно. Хотя, может быть, просто я неправильно мерил. На ходу создал какой-то датчик, измеряющий хоть какие-то изменения в монетках, к которым цеплялось электроплетение. Глупо, но ничего другого магического я придумать по-быстрому не мог. Нетерпение когда-нибудь меня погубит! Тем не менее отчасти удалось откалибровать подачу энергии. Потом, снижая магическую энергию, добился, чтобы соприкосновение монеток не вызывало ясно видимого разряда.
На этом месте я немного задумался. Пожал плечами, проверил, включен ли медицинский модуль (конечно, включен), и смело взялся за монетки рукой. Даже не тряхнуло. Хм… А ведь датчики показывают изменения в монетках! Смочил руки и снова дотронулся – ничего! Ну ладно, экспериментировать – так до конца! И я смело, но быстро коснулся ими языка и отдернул. Защипало! Но не сильно. Значит, меньше девяти вольт. При девяти неприятно щиплет, а тут терпимо. Снизил напряжение еще до состояния, пока не перестал чувствовать разряды. Отметил в биокомпе величину, на которой еще что-то ощущалось. Вот и градуировка какая-то появилась. Из двух точек, но и то дело. Что ж, пора подключать баддик.
Напрямую подцепил концы плетения к контактным площадкам, где ранее была вставлена сейчас не работающая батарейка. Разумеется, баддик не завелся. Но на это я и не рассчитывал, а просто мысленно стал увеличивать подачу энергии в электроплетение. В какой-то момент на плате зажегся микроскопический светодиод. Что он означает, я не знал, но обрадовался этому событию. Еще немного добавив энергии, чтобы выйти чуть выше нижней планки, проверил работу компа. Включился! Выключил. Тут же сформированной иголкой нажал на маленькую кнопочку на плате и снова включил комп. Загрузился БИОС. Я в нем полазил и обрадовался тому, что на плате, оказывается, есть схема определения параметров электричества. Обычно такие вещи делаются на батарейках или аккумуляторах, то есть в них встраивают свои схемы мониторинга их состояния, но тут, видимо, из-за того, что использовались радиоактивные вещества, сдублировали этот функционал. В результате я подогнал напряжение до параметров, указанных на плате.
Батарейку я все же не выбросил. Кругленькая такая, гладенькая… По местным меркам, произведение искусства. В общем, засунул я ее обратно, в нее и закрепил плетение с энергетическим накопителем и подкачкой энергии из инфосети. Разбирать я ее не стал, а вот опасную внутренность дезинтегрировал. Внимательно проверил по информструктуре, что где находится, оборвал все связи начинки с корпусом, да и выкачал энергию до распада информструктуры. Кажется, не только радиоактивный материал исчез, но и внутреннюю электронику батарейки я убил. Ну да ладно. Делать это было так же тяжело, как и с камнем раньше, несмотря на разные размеры. У меня в планах еще лабораторные работы по материализации и дезинтеграции. Перспективы просто волшебные, но я не торопился. Всему свое время.
И вот он, результат. Передо мной трехметровая в диаметре иллюзия дисплея, повторяющая то, что отображается на оставшемся единственном стекле из очков. Жаль, мыслями управлять не получится: датчиков мозговой активности нет, как и камеры, – все это подключалось отдельно в очках. Но вообще дублирование функций управления – давняя забава нашей цивилизации, поэтому тонкая неострая иголка вполне заменяет пойнтер, которым можно водить по внутренней поверхности стекла как по тачпаду. Можно и пальцем, но грубее получается. Ничего, потом придумаю нормальное управление.
С умилением я смотрел на заставку загружаемой системы. Правда, не успел поумиляться – три секунды на все про все. И то долго. Полазил по папкам. Да уж, немного там информации, в основном она сразу копировалась на удаленный субноут, как я помню. Но много чего есть – и видео, и фото. Я по памяти и сам могу воспроизвести все, что помню, но в том и красота фотографии, в сакраментальном «остановись, мгновение!». Посмотрел на старых знакомых. Тишь. А я ведь уже почти не вспоминаю ее. И чем она меня заворожила? Да, симпатичная, но не красавица, а сердце давит. Вот сейчас смотрю, и чуть ли не слезы на глаза наворачиваются. А вот Криса – красавица! М-да… Совсем другой тип, отличный и от облика Тиши, и от Карининого типажа. Вот закончу дела с Умником, доведу до конца свои планы здесь – и почему бы не рвануть туда? К ней? Не знаю, не знаю…
Последние кадры, снятые баддиком: темно-серые, густые, хмурые, взбитые, как сливки, облака, сквозь которые я летел уже, видимо, в бессознательном состоянии, потому что просто не помнил их. Иногда их разрывали резкие, как удар саблей, молнии. После одного такого удара запись вырубилась. Думаю, сработали электромагнитные наводки. Все же бадди-компы в ширпотребовском варианте, как у меня, сильно не защищают от внешнего воздействия. Это не военная техника. К тому же, наверное, уже и батарейка со временем села.
Под ногами проплывала далекая земля. Иногда ее перечеркивали легкие белые перья облаков и их серые тени на земной поверхности. Иногда.
Мимо грани острова вниз стрелой мелькнула уже другая тень – тень человека, а следом за ней – привязанный хвостиком крик, нечто бесформенно-восторженное: «А-а-а-а-а-а!!!» Это Ламия уже преодолел страх высоты и сигает с острова, как в воду, потом летает повсюду. То на землю, то ввысь, то вокруг. Стал дичь приносить. Ему понравилось загонять ее и с воздуха бить. Я проводил воина взглядом. Кто они мне, мои случайные спутники? Друзья? Нет. Доберусь до Умника, расстанемся – может, и не вспомню о них. Как до сих пор не вспоминал об охотниках за головами. И о прочих, временно пересекших мой путь. Интересная жизнь, как функция движения: постоянно пересекаешься с другими такими функциями-траекториями. Иногда завязываешься с ними в узелки, потом развязываешься. Постоянное мельтешение. Как микробы под микроскопом.
Я глубоко вздохнул, одним движением намертво прикрепил баддик к поясу в виде бляхи, как и было изначально задумано, и посмотрел вверх. Боже, какое все это чужое, чуждое! Но какое, будь я проклят, если это не так, интересное!
Прошло всего ничего с того запечатленного баддиком момента, без учета моего бессознательного времяпрепровождения, а картинка почти повторяется. Полет. Только теперь на другом уровне. На уровне мастерства и знаний. И сколько еще этих уровней?
Глава 4
А потом мой остров обстреляли. В отличие от прошлого раза, когда летающий корабль, на котором мы летели в Широтон, попыталась сбить древняя ракета, здесь дело было серьезнее. С периодичностью в секунду в мой остров попеременно летело что-то, видимо, очень горячее и светящееся, размером с футбольный мяч, с огненными протуберанцами (так и просится на язык «фаербол»). Свернутые в подобие верблюжьей колючки плетения при приближении к острову начинали разворачиваться и пытались облепить цель.
Горящие фаерболы моя защита спокойно отводила в сторону гравитационными воздействиями, так что они вреда острову не причиняли, хотя некоторые пытались вернуться и снова атаковать остров. Они делали это до тех пор, пока в них не заканчивался заряд энергии. А вот одна верблюжья колючка успела достичь острова и даже сработать. Дело в том, что кое-кто из моих спутников, а конкретно Ламия, как обычно, отправился на охоту и я перевел защиту в пассивный режим. Вражеское плетение успело зацепиться за край острова и распылило небольшую часть земельного куска вместе с нависающими над пропастью деревьями и беседкой. Остальные плетения разваливались на ходу уже приведенной постфактум в активный режим защитой, не дававшей им развернуться и тем более активироваться. Часть разрезалась перенасыщенными энергетическими нитями, часть, которая продолжала движение в уполовиненном виде, на всякий случай целенаправленно обрабатывалась моими «спрутиками», которые полностью перекорачивали сигнальные системы плетений.