Андрей Звонков – Пока едет «Скорая». Рассказы, которые могут спасти вашу жизнь (страница 24)
– Правильно. Вся его вестибулярная симптоматика была вызвана не столько ишемией, сколько окружающим ее отеком. Причем отек этот, вероятнее всего, затронул височную зону или затылочную, около мозжечка. И как только мы начали его лечить: снизили давление, расширили сосуды, наладили питание в мозге, а мочегонными активно убрали лишнюю водичку, – так ему сразу полегчало. Но! – Сомов поднял вверх указательный палец, а Таня внимательно на него посмотрела, будто на пальце было что-то очень важное. – Кое-какие структуры в мозге, вероятно в коре, за то время, что развивалась ишемия, все-таки погибли или отключились. Именно те, где хранилась память названий предметов. Теперь ключевой вопрос нашего Володи: «Зачем мы его несли на волокуше, и почему я не дал ему идти своими собственными ногами?» Это не тавтология, Таня, это чтобы наш водитель понимал, что если человека накрыл инсульт при попытке сесть в кровати, то при попытке пешком дойти до машины он его, с огромной долей вероятности, накрыл бы снова. И мы привезли бы в больницу не сохранного дядьку со «штукой» в голове, а «растение» на искусственном дыхании со стволовым инсультом. Ясно? Тебе все понятно с осмотром?
Таня снова кивнула.
– Да, вы его не стали ставить в позу Ромберга[68] – он все равно не встал бы. Поэтому координацию проверяли лежа. А почему все симптомы стволового поражения не стали смотреть? На ногах? Не нужно? Или что?
Она постеснялась сказать: «Поленились, Виктор Васильевич?»
Сомов объяснил:
– Некоторые признаки поражения ствола я увидел: угол рта, глаза, которые дергались при движении, это называется нистагм, язык отклонялся вправо. Для определения диагноза этого достаточно. Если б возникли сомнения, я полез бы к пяткам и смотрел симптомы Бабинского, Кернига с Брудзинским… тыкал бы его иголкой и «щекотал живот» вилкой, но в целом на нашем этапе было ясно, что случилось. Ты, если наткнешься, смотри все, что вспомнишь.
А почему?
Таня пожала плечами. Это было непонятно. Почему Сомову можно было не смотреть все симптомы, а ей надо все?
– Во-первых, ты ведь сама не повезешь в больницу, бригаду вызовешь?
Таня согласилась.
– А когда приедут спецы, ты им доложишь все, что увидела, что сделала и что изменилось. Поэтому чем точнее и правильнее ты все сделаешь, тем уважительнее отнесутся к тебе как к медработнику и к поставленному тобой диагнозу. Любая динамика в поведении и симптомах имеет значение для прогноза. Так что «голова, конечно, предмет темный», но изучению подлежит.
И тогда Таня задала вопрос, который ей не давал покоя с самого начала осмотра парализованного дядьки:
– Виктор Васильевич, а почему вы у него рефлексы проверяли вилкой, а не молоточком?
Старший врач чуть порозовел и смущенно сказал:
– Ты понимаешь, его кто-то спер…
Ишемический инсульт от геморрагического (кровоизлияния) отличается плавностью развития. И хотя он может наступить внезапно, в его динамике наблюдается некоторая этапность и даже предпосылки.
Это высокое артериальное давление (непривычно высокое, субъективно), шум или звон в голове, головокружение, тошнота. Могут быть онемение кожи рук, ног, лица, проблемы с проглатыванием слюны и чувство першения в горле. Все это указывает на развивающийся инсульт.
Любая мозговая симптоматика (тошнота, рвота, темнота в глазах) – это признак нарушения кровоснабжения мозга, отека мозга, а если при этом нет высокого артериального давления – перечисленные жалобы являются очень тревожными сигналами. Если не принять мер, все может закончиться печально – инсультом самой разной тяжести от ишемической атаки, которая отступает сама собой (ТИА)[69], до стволового инсульта[70] и комы, из которой уже практически нет шансов вывести больного.
В жару инсульты часто случаются после употребления жирной и соленой пищи в большом количестве.
Факторы риска: избыточный вес, сахарный диабет, курение, гипертоническая болезнь, повышенное содержание липидов в крови, как следствие – атеросклероз сосудов, сколиоз (искривление шейного отдела позвоночника).
Важнейшим фактором в помощи больному с инсультом (любым) является время. И его всегда мало (не более 3 часов от появления симптомов), поэтому либо по скорой, либо самостоятельно, но пациент должен быть доставлен в больницу как можно скорее.
Острая ишемия головного мозга, или ишемический инсульт (ИИ), может развиться у любого человека, входящего в группу риска: диабет, курение, хронические болезни легких, аритмия сердца, гипертоническая болезнь, избыточный вес, атеросклероз, первые 3 месяца после острого инфаркта миокарда. Характерная особенность ИИ – неторопливое развитие. Часто он случается в жару, после тяжелой работы и потери большого количества жидкости или резкого повышения артериального давления – криза. Например, после сильного нервного стресса. Бывает, что ишемический инсульт развивается во время операции, наркоза.
На различных курсах первой помощи рассказывают о так называемом FAS-тесте (FAST), сокращение от трех определяемых участков нарушений:
Face – лицо. Сглаживание носогубной складки с одной стороны, обвисание, отклонение языка при высовывании в сторону поражения (язык как бы указывает, в каком полушарии мозга произошло нарушение кровообращения), несимметричность улыбки при оскаливании.
Arm – рука. Слабость в одной руке, невозможность удерживать ее на весу.
Speech – речь. Невозможность произнести сложные длинные слова, вроде дезоксирибонуклеиновая, параллелограмм, синхрофазотрон и т. п.[71]
Этот тест позволяет выявить часть характерных симптомов для инсульта. Однако есть и другие, не такие явные: мозговая симптоматика (головокружение, тошнота, выпадение полей зрения – темные пятна в глазах), нарушение походки, трудности с координацией – неустойчивость в позе Рормберга и ошибки при выполнении пальце-носовой пробы могут указывать на снижение питания в затылочных отделах и мозжечке.
Это тоже инсульт, хотя и нет явных признаков парализации. Как и резкое нарушение памяти, ассоциативных связей между предметами и их назначением, нарушение речи, как устной, так и письменной, – такие особые инсульты называют «высокими».
Геморрагический инсульт (удар), кровоизлияние в мозг довольно просто определить по такому симптому, как анизокория – сильное сужение зрачка одного глаза, со стороны пораженного полушария.
Как при пожаре:
1. Необходимо вызвать скорую помощь с поводом «ПАРАЛИЗОВАЛО».
2. Положить больного на бок, повернув голову (в случае рвоты), чтобы не западал язык, освободить шею и грудь от тесной одежды (галстук, бюстгальтер).
3. Если есть проблемы с вызовом скорой, а время дорого и имеется транспорт – машина, лучше всего доставить «самотеком» в ближайшую больницу. Больного надо уложить на сиденье. До машины перенести больного на одеяле или покрывале – лежа.
4. Пока скорая едет к вам на вызов, развести на полстакана 2–3 чайные ложки или 2–3 куска сахара и дать выпить с таблеткой аспирина (ацетилсалициловой кислоты), а также открыть окно и обеспечить приток свежего воздуха.
5. Если есть глицин или валериана (настойка, экстракт), можно дать несколько таблеток – это немного снимет стресс и страх, уменьшит потребность мозга в кислороде.
6. Дождавшись бригады скорой, рассказать, какие симптомы вы видели, сколько, по-вашему, времени прошло с начала развития приступа.
7. Помочь бригаде скорой с переноской или организовать мужчин-добровольцев для транспортировки больного на носилках в санитарную машину.
Пляжная история
Середина летней практики. Вторая половина июля. Засуха сменяется грозами, потом – похолоданием, пляжи пустеют, но скорая продолжает там дежурить, бессмысленно выстаиваясь рядом со спасательными станциями с девяти утра до семи или даже девяти вечера. Почему-то именно в такие дни в воду лезут подвыпившие граждане и тонут.
И снова жара, вялые предутренние дождики, духота и пыль. Медикам предписано сидеть в машине в обнимку с ящиком и дыхательным мешком АМБУ[72] на тот случай, если вдруг придется кого-то откачивать.
Таня больше всего не хотела попасть на такое вот сидение-стояние. И не в том, конечно, дело, что кто-то реально может начать тонуть и придется спасать, а как раз наоборот – в том, что ровным счетом ничего не происходит. Но однажды ей все-таки «повезло». Дежурство на пляже выпало именно ее бригаде. Фельдшер – женщина, с которой в этот день Татьяне выпало работать, – оставила стажерку в машине, а сама, вопреки инструкции, улеглась загорать.
Предоставленная сама себе, девушка скучала в кабине, слушала радио, дремала, изредка к ней подходили отдыхающие с мелкими травмами. Почему-то на нее обратил внимание спасатель, который демонстрировал идеальную бодибилдерскую фигуру и, видимо раздосадованный тем, что Таня никакого интереса к нему не проявила, подошел сам.
– Привет. – Он осмотрел через открытую боковую дверь салон машины, увидел дремлющего на носилках водителя. – А напарница твоя где?
– Привет, – отозвалась Таня. – Где-то тут она, загорает.
– А ты чего не пошла? – Спасатель оглянулся, видимо надеясь распознать фельдшерицу среди загорающих.
– Я – стажер. Она сказала сидеть в машине.