Андрей Зенин – Корпорация "Божий промысел" (страница 38)

– Нет, не ем, – призналась девушка.

– Вы видели свои ногти?

У девушки подступили слёзы.

– Значит, видели. Это не грибок. Это дефицит витамина С. У вас цинга.

– Вы с ума сошли, доктор? Какая цинга? Я пью, то есть, пила смузи из натуральных фруктов каждый день. Я питаюсь так, что вам месячной зарплаты на один день не хватит.

– Если вы настолько хорошо контролируете свой рацион и своё тело, как вы оказались здесь?

– Меня парализовало на тренировке.

– Кх-кх. Коллега, можно вас на минутку? – в дверях стояла Анна Васильевна, при виде которой Глаша съёжилась. – Вы тоже, пожалуйста.

В коридоре, закрыв дверь в палату, главврач буквально припёрла Гошу к стенке.

– Вы что себе позволяете, молодой человек? Больница, это не место для ваших ролевых игр, – Глаша пятнами покраснела. – Вы думаете, я дура?

Гоша снял халат.

– Если вы чувствуете себя настолько хорошо, что позволяете себе подобные шалости, я могу смело вас выписывать. Вы, кстати, – она повернулась к Глаше, – тоже можете быть свободны. Расчёт получите в бухгалтерии.

***

Мама приехала за Гошей на следующий день. На электричке.

Он сидел насупившись перед кабинетом Анны Васильевны. Мама прошла мимо него в кабинет со злобным шёпотом: «Дома поговорим».

– Анечка, дорогая моя! Что он натворил?

– Садись. Сейчас расскажу.

Заскрипел пододвигаемый к столу стул.

– Во-первых он соблазнил медсестру. Во-вторых, шарахался по санаторию в халате и со своей тростью, как доктор из этого, как его, прости господи, сериала. И, наконец, заявился в палату паралитиков и начал ставить диагноз. Хорошо, не устроил осмотр. Ты понимаешь, это подсудное дело?

– Я разберусь. Извини, пожалуйста.

– Короче, его я выписываю. А эту его сестричку уволила со вчерашнего дня.

Мама вышла из кабинета взбешённая: «Пошли! Бестолочь».

– Ольга Николаевна! На минутку.

Мама вернулась в кабинет.

– Я попросила сделать анализы, чтобы не смущать пациентку. Твой сын каким–то парадоксальным образом оказался прав – у Арбузовой, действительно, дефицит витамина С и, как следствие, цинга.

– Ничего не понимаю. Он, наверное, просто угадал?

– Сама с ним разбирайся. Я просто говорю, как есть. Не думала в мед его отдать?

***

Они не разговаривали до самого дома. Это было, пожалуй, худшее наказание.

– Есть будешь? – строго спросила мама.

– Да. Спасибо! Прости, пожалуйста.

Маму прорвало.

– Что, прости? Ты понимаешь, с каким трудом я устроила тебя в этот санаторий? Ты хоть представляешь, сколько людей ты подвёл? Скучно тебе? Детство заиграло? В доктора решил поиграть?

– Мам, я, правда, хочу стать врачом.

– Каким врачом? Ты думаешь это как в отпуск съездить? Хочу учусь, хочу не учусь, хочу стану электриком, хочу – доктором. Нет, ты упустил свою возможность. Я не знаю, что с тобой делать! Будешь на шее у меня сидеть пока не умру. Наконец-то отдохнёте все от меня.

– Мам. Ну не надо, пожалуйста!

– Чего не надо? Да ты в своей жизни ничего не довёл до конца. Никуда не поступил, ничего не закончил. Ты пустое место.

– Я в деревню уеду.

– В какую деревню, Дядя Фёдор? В Простоквашино? Чтобы просто квасить?

– Нет. К Глаше.

– К какой ещё Глаше? Господи, как же я устала от твоих бесконечных баб! И хоть бы одна нормальная. Вечно ты какую-то дрянь домой тащишь.

– Она не дрянь! – глаза Гоши загорелись. – Я люблю её, и мы поженимся.

– Да делай ты что хочешь! Ты сбежишь из этой свой деревни через неделю. Ты же ничего не умеешь. Ты привык, что всё делают за тебя. Она сама тебя выгонит – попомни мои слова, – мама шлёпнула полотенце в сковородку, на которой пригорала яичница, и вышла из кухни.

Глава 31

Слишком часто стал Марку встречаться Люц в последнее время. Поверить в такие совпадения было сложно, но и деваться было уже некуда. Марк сидел в пабе с действительно лучшим в округе чёрным кофе, когда вошёл Люцифер.

– О! Восходящая звезда! – обрадовался он случайной встрече. – Слышал, тебя редактором назначали. Мои поздравления. Девять шагов до вершины.

– Почему девять?

– Ну как, смотри: сейчас ты редактор, потом – шеф-редактор, главный редактор, ассоциативный продюсер, креативный продюсер, – Люц загибал пальцы, – линейный, функциональный, исполнительный, главный.

– Тогда получается восемь.

– Ну, есть ещё генеральный, – Люц с усмешкой посмотрел на растерявшегося Марка, – да шучу я. Расслабься!

– На это целая вечность уйдёт.

– Адимуса это не останавливает. Он карабкается по головам. Кстати, если будешь в его команде, у тебя появится хороший шанс. Ты, конечно, будешь всегда на пару шагов сзади, но он любимчиков не бросает, если что.

– Я подумаю.

– Есть, правда, быстрее путь.

– Какой, если не секрет?

– Секрет? Никакого секрета. Всю пирамиду можно легко обрушить, если ты доложишь Генеральному, что кто-то пренебрёг должностными инструкциями, совершил подлог. Будет комиссия. На время её работы всех отстранят, а отделу как-то работать надо. Тебя как минимум ассоциативным продюсером поставят, а то и вообще, креативным.

Люц любовался, как в Марке зародились сомнения. Нет, он не хотел подставлять своих коллег, но отдел действительно надо кем-то наполнить. Всех, скорее всего, помилуют и вернут, но, будучи временным, он сможет раскрыться, доказать свою эффективность. А он сможет!

– Ты пойми. Ничего страшного не произойдёт. Генеральный даст команду проверить архив, найдёт лист, считает, кто его подписал и всё! Все вернутся на свои места.

– Я так не хочу.

– Я тоже не хочу. Но ведь это преступление. А ты, как будущий ангел, не можешь скрывать нарушение. Тем более такое серьёзное.

Марк молчал.