Андрей Земляной – Сорок третий (страница 8)
‑ Будет сделано, господин генерал.
Когда дверь за начальником оперативников закрылась, Ингро остался один и позволил себе расслабить плечи. В глубине души поднималось странное, почти забытое чувство ‑ азарт охотника, наткнувшегося на по‑настоящему достойную добычу.
Но поверх азарта лежал холодный, тяжёлый слой: приказ короля, миллиард золота, подорванная репутация, Совет Властителей. Без права на ошибку.
«Призванный, ‑ подумал он, глядя на карту Марсаны. ‑ Ты умеешь исчезать. Посмотрим, умеешь ли ты жить, когда за тобой идёт настоящая охота».
Александр выспался в недорогой гостинице, с утра без спешки позавтракал, днём немного побродил по окрестным улицам, прикидывая план города и повадки местных, поужинал в ближайшем кафе ‑ и когда на Марсану опустился вечер, уже был готов выйти на охоту. На этот раз ‑ за документами.
Он прекрасно понимал, во что лезет. В любом крупном городе половина, а то и больше криминала так или иначе трудилась на муниципальную полицию, сыск или контрразведку. Кто‑то работал «в тёмную», кто‑то ‑ откровенно по договору. Остальные ‑ мелкие криминальные «жучки» ‑ просто регулярно делились доходами, чтобы иметь возможность и дальше дышать, а не лежать в безымянной могиле за городской чертой.
Криминал всегда служил кормом для власти. Это замкнутый круг. Власть терпит преступников, пока те полезны или прогнозируемы, преступники терпят власть, пока она даёт им работать. И никакого надёжного способа на глаз отличить того, кто уже давно работает на «доброго дядю в погонах», от того, кто всё ещё бегает на свободе сам по себе, не существовало.
Но у Александра было, что предложить теневому предпринимателю любого калибра. Деньги, навыки и знание того, как подобные схемы устроены изнутри.
Сначала, однако, ему требовался человек совсем другого рода. Человек, живущий на стыке сразу нескольких миров: криминала, закона, откровенной гнили и одновременно ‑ ежедневного подвига. Тот, кто вынужден знать и видеть больше, чем многие сыщики.
Журналист.
Редакция и типография газеты «Вечерние огни» располагалась на улице Фонарной, дом десять, в двухэтажном особняке старой постройки. В сумерках фасад дома заливало тёплым светом. Внизу светились окна типографии, наверху ‑ редакции. Перед входом уже толпилась кучка разносчиков ‑ мальчишки, подростки, пара взрослых мужчин с усталыми лицами. Они по очереди получали из дверей пачки ещё тёплых, остро пахнущих краской экземпляров свежего номера, чтобы сейчас же метнуться по городу и продавать «вечёрки» за пятак медью.
Дешевле стоили только «Ресторанный листок», «Театральный вестник» и «Усталый путник» ‑ тонкие листки, набитые рекламой дешёвых забегаловок и публичных домов.
Александр постоял чуть в стороне, отмечая лиц, повадки, ритм происходящего пока у редакционного входа не показался тот, кто ему нужен.
‑ Господин Крунар? ‑ окликнул он высокого долговязого мужчину в потёртом пиджаке с аккуратно подшитыми кожей локтями и штанами с чуть провисшими коленями.
‑ Да? ‑ Журналист дёрнулся, инстинктивно выпрямился и обернулся. Взгляд его скользнул по фигуре Александра и заметно напрягся. Слишком здоровенный, слишком уверенный ‑ обычно такие приходят либо за деньгами, либо чтобы «передать привет».
‑ Добрый вечер, ‑ Произнёс Александр и даже улыбнулся.
Похоже, журналиста это только напугало сильнее. Слишком много раз ему уже «вежливо» улыбались перед тем, как предложить сделать выбор между «правильным поведением» и могилой.
‑ Нет‑нет, ‑ добавил Александр, чуть приподняв ладони. ‑ Я не за долгами и вообще не с плохими вестями. У меня к вам есть небольшое дело, и я предлагаю поужинать в тихом месте, совместив приятное с полезным. В любом случае вы получаете бесплатный ужин в любом ресторане по вашему выбору и золотую монету.
Он достал из кармана блестящий кружок и продемонстрировал его на ладони. Монета ярко сверкнула в свете газового фонаря.
‑ Э… ‑ Крунар Талго чуть запнулся. В нём боролись профессиональная осторожность и хроническая журналистская нищета. Но в его профессии тугодумы не выживали. Решения требовалось принимать быстро. Он глянул ещё раз на монету, потом на Александра и кивнул. ‑ Идём. Тут недалеко есть кафе, куда я давно мечтал зайти, но всё как‑то… ‑ он неопределённо махнул рукой. ‑ Не по средствам.
Они прошли по нескольким улицам, свернули в переулок, поднялись по узкой лестнице на второй этаж и оказались в небольшом, но уютном заведении. Хозяева определённо знали свою аудиторию: на первом этаже ‑ общий зал с шумом, музыкой и дымом, наверху ‑ несколько отдельных кабинетов.
Им достался кабинет, явно предназначенный для любовных встреч: плюшевые диваны, тяжёлые драпировки на стенах и окнах, приглушённый свет, обилие мягких подушек. На столе ‑ аккуратная скатерть, в углу ‑ звонок для вызова официанта.
Как только дверь за ними закрылась, Александр достал золотую монету, положил её на стол и легонько подтолкнул в сторону журналиста.
‑ Держите. Это ваше.
‑ Но я ещё… ‑ Крунар растерянно моргнул, ладонь его чуть дёрнулась, но он всё‑таки не стал сразу хватать монету.
‑ Давайте сразу обозначим стартовые позиции, ‑ мягко перебил его Александр. ‑ Если мы с вами ни о чём не договорились, я оплачиваю ужин и ухожу, мне всё равно, кому и что вы потом расскажете обо мне. Золото ‑ за то, что вы просто выслушаете.
Журналист помолчал, переводя взгляд с монеты на собеседника и обратно. Деньги, особенно такие, умели давить на психику.
‑ А если договоримся? ‑ осторожно предположил Талго. Профессионал в нём всё‑таки поднял голову.
‑ Тогда я добавлю ещё кое‑что, ‑ Ответил Александр, сунул руку в карман и вытащил плоскую упаковку с золотыми монетами. Положил её на стол, раскрыл и высыпал рядом с первой ещё десяток блестящих кружков. Они мягко звякнули, сложившись в маленькую золотую кучку.
Золотая монета ‑ это тысяча серебром. Для журналиста такого издания, как «Вечерние огни», это почти полугодовой, а то и больше, честный заработок. Примерно столько же получал учитель в средней школе или мастер на хорошем заводе. Один такой кружок ‑ и можно больше пяти месяцев жить безбедно, а десять ‑ это уже совсем другой уровень.
Крунар чуть прикрыл глаза, выдохнул медленнее обычного, заставляя себя не тянуться к золоту руками. Он знал слишком много историй, начинавшихся с блестящей монеты и заканчивавшихся в канаве.
Сделав паузу, он всё‑таки оторвал взгляд от кучки и посмотрел на Александра.
‑ Спрашивайте, ‑ тихо сказал он.
Из ресторана Александр вышел с заметно похудевшим кошельком, но с головой, набитой полезной информацией. Теперь он куда лучше представлял, кто есть кто в криминальном мире Марсаны: какие районы чьи, какие фамилии лучше не произносить вслух, какие «конторы» фактически работают под крышей Сыска, а какие пока держатся особняком. Журналист, польщённый вниманием и подкупленный золотом, старательно нарисовал ему неофициальную карту города ‑ ту, что никогда не публикуют на бумаге.
Определившись с первым шагом, Александр поймал такси и назвал адрес:
‑ Ночной клуб «Залив».
Такси мягко вырулило на центральный проспект и, проскользнув через несколько перекрёстков, поехало вниз, к набережной.
Вечерний город жил своей жизнью: огни витрин, музыка из открытых дверей, духота людных улиц, над головой ‑ вспышки эфирных вагонов пролетающих по эстакадам.
«Залив» находился на самом берегу Лантильского залива. Здание клуба вспухало над набережной ярким, многослойным пятном ‑ море огней, зеркальное стекло, витражи, вывеска, переливающаяся всеми цветами. Перед входом ‑ дорогие экипажи, автомобили на паромагической тяге, редкие частные летатели на крыше. Здесь собирались те, кому было чем платить за удовольствие.
Кушер Зонти, владелец клуба, имел широкую известность в узких кругах. Он держал несколько десятков букмекерских контор, пару бойцовских клубов, десяток ресторанов и под полсотни публичных домов по всей стране. Но жемчужиной его небольшой империи удовольствий оставался именно «Залив» — четыре этажа гастрономических, зрелищных и телесных утех без особых границ, а в подвале дуэльная площадка, совмещённая с залом для призовых боёв. Если где-то в Марсане и водились люди, занимающиеся документами и чужими жизнями, то наверняка их тропинки так или иначе проходила здесь.
Александра внутрь пустили без разговоров. Фейсконтроль, охрана, проверка оружия ‑ всё отработано, но без лишнего давления. На таких клиентов, как он, здесь смотрели как на своих. уверенный шаг, хороший костюм, спокойный взгляд, оружие при себе, но не напоказ. Свой, платёжеспособный.
Пик посещаемости «Залива» приходился на полночь, когда молодые люди и девицы съезжались сюда в поисках приключений и острых ощущений. Сейчас время только приближалось к девяти, но зал постепенно наполнялся.
Александр неспешно прошёлся по первому уровню. В танцевальном зале уже собирались профессионалы обоих полов: гладкие, ухоженные тела, откровенные наряды, воздух вибрирующий энергичной музыкой. Местные «звёзды ночи» неторопливо разминались, примеривались к публике, прицениваясь к потенциальным клиентам.
Он заглянул в стендап‑зал, где перед практически пустым залом натужно шутил какой‑то парень в цветастой рубахе. Шутки не отличались качеством, смех — выглядел искусственно. Александр задержался на пороге лишь на пару секунд. Место явно служило больше для отмыва денег и создания «интеллектуального фона», чем для настоящего юмора.