Андрей Земляной – Игровой практикум (страница 3)
Никита вовсе не старался облагодетельствовать весь мир, но уж своих ближних не забывал, помогая по мере сил.
Из-за того, что времени стало больше, Никита стал чаще тренироваться и рисовать, сделав галерею портретов космонавтов, и руководителей Звёздного Городка. Портреты он рисовал по памяти, как-то посетив мероприятие, посвящённое Дню Космонавтики, в Кремле, и запомнив с фотографической точностью всех присутствующих.
Не придумав ничего лучше, он согласовал визит по линии КГБ, и в один из дней отправился в Звёздный городок, с багажом в виде двух десятков портретов.
Береговой принял его в своём кабинете, и хотел сразу усадить пить чай, но не удержался и решил посмотреть, что за упаковку притащили за гостем парни из «девятки».
Портрет самого Георгия Тимофеевича лежал сверху. И его он увидел сразу как откинул холст, закрывавший плотные листы картона.
Он долго всматривался в своё лицо, выглядевшее чуть устало, но с улыбкой смотревшего прямо на зрителя, и особенно придирчиво пройдясь взглядом по скафандру.
— Я в другом летал. — Он усмехнулся, но явно выглядел довольным, и отставив свой портрет, полез смотреть другие.
— Да… Он слегка очумело покачал головой, смотря на разложенные повсюду портреты, взъерошил волосы ладонью, и подошёл к селектору. Через полчаса в кабинете уже было не протолкнуться от людей в форме, но с картинами все обращались осторожно, хотя каждую работу при упаковке завернули в пластиковую плёнку.
Сразу решили выставить работы в Доме культуры, городка, и руководитель городского Совета, по телефону дал команду готовить дворец к выставке.
— У меня там люди грамотные, знают, что делать. — Пояснил он Береговому, и перевёл взгляд на Никиту, скользнув взглядом по его наградам, вздохнул чему-то, и снова взялся за трубку.
На выставке побывал кажется весь город, от мала до велика, а после Никиту, не слушая возражений потащили сначала на встречу с отрядом космонавтов, плавно перетёкшую в банкет и всякие разговоры.
Естественно никто не спрашивал за что получены ордена и Золотая Звезда, потому как люди понимали, что такое секретность. Но уж всяких разговоров и историй, случавшихся в процессе обучения было предостаточно.
— А что ты думаешь на счёт совместных космических программ? — Задал вопрос один из космонавтов, глядя на Никиту.
— Не вижу смысла. — Он улыбнулся. — Это похоже на то, как двое играют в шахматы, двигая фигуры левой рукой, а в правой держат пистолет, направленный на другого, причём палец уже лежит на спусковом крючке. Если дело происходит на необитаемом острове, и им нечем заняться, это понятно, хотя логичнее сначала отложить оружие в сторону. Но в нашем случае, когда на показуху тратятся народные деньги, для чего? Чтобы доказать что, кому и зачем? Наши и их парни держат друг друга на прицеле ракет с ядерными боеголовками, а там в космосе, мы будем целоваться в дёсны? Я понимаю зачем это им. Американцы до безумия агрессивны, и махают своей дубинкой по поводу и без, и им требуется хоть какой-то позитив в международных отношениях. Но объясните зачем это нам?
— Так вроде же мы работаем вместе? — Удивился Береговой. — Вон они нам автозавод строят, дороги, мосты…
— Это всё потому, что мы их взяли за… Никита замялся, вспомнив что за столом сидели и дамы. — В общем крепко взяли. — Произнёс он под общий хохот. — И это единственный способ беседы с ними. Наша рука у них на горле, ствол смотрит в лоб, а палец слегка подрагивает на спусковом крючке. И вот тогда они милы, и договороспособны. Не раньше. А космические программы… Всё зависит от того, что нам нужно от космоса. Если победные реляции, и статистика — это одно, а если что-то деловое…
— А что же именно?
— Связь для всех, разведка, раннее предупреждение о пусках враждебных ракет, и опасных метеоритов, биологическая, материаловедческая и физическая лаборатории в космосе, сборочный комплекс для отправки спутников к другим планетам, ну и всё что продиктует пытливый научный ум для удовлетворения собственного любопытства за казённый счёт.
— А сам бы не хотел попробовать? — Спросил Алексей Архипович Леонов, успевший слетать дважды.
— Не. — Никита улыбнулся, глядя в хитро прищуренные глаза космонавта. — Я тут с земными делами никак не разберусь.
— И много у вас дел? — Жена одного из космонавтов, машинально поправила чёлку, красиво крутанув запястьем.
— Вот, товарищей рисовал в основном ночами. — Никита негромко рассмеялся. — Но вообще-то это неправильно. Многие, я знаю, спят и дышат космосом, и мне кажется, что занимать их место — плохая история. Пусть каждый реализует свою мечту.
— А в чём твоя мечта? — Спросил Валерий Фёдорович Быковский, слетавший целых три раза.
— Да, как и у всех. — Никита пожал плечами. — «Жила бы страна родная и нету других забот». Процитировал он известную песню. — Я внизу, с парнями с автоматами, вы на орбите, связисты у своих установок, пилоты в небе, моряки в море, шахтёры под землёй, и каждый на своём месте.
Глава 2
Большой Совет обороны собирался каждый второй день недели, или по неотложным вопросам, в любое другое время. Состав совета не менялся уже много лет: Председатель Совмина, глава Верховного Совета, генсек партии, председатель Совета Профсоюзов, генеральный прокурор, и председатель Верховного суда. Ещё в состав входили ключевые министры иностранных и внутренних дел, обороны, председатель КГБ и первый зам, занимавшийся внешней разведкой, начальник ГРУ и руководитель Госстроя.
Таким образом состав совета получался компактным, но охватывающим все сферы жизни общества, и способным быстро реагировать на разные ситуации.
Одиннадцатого мая в понедельник, Совет рассматривал несколько вопросов, и в первую очередь, заслушивали кураторов крупных проектов: Завода грузовиков в Набережных Челнах, завода строительных машин в Челябинске, фабрики электронных компонентов в Зеленограде, завода двигателей в Рыбинске, станкостроительного завода в Твери, а в Волгограде, авиационного завода. У каждого проекта имелся куратор, отвечавший головой за сроки, и качество реализации, а также за исполнением пунктов договора, и для всех назначенных на должность надзирающего, успешное выполнение задание становилось выходом из кадрового тупика, а неисполнение окончательным крахом карьеры, поэтому старались люди, не зная сна и отдыха. Впрочем, в команде каждого имелся врач, личный секретарь и группа охраны, и в случае чего, было с кого спросить за упущения в состоянии физического и морального здоровья куратора.
Проекты продвигались достаточно быстро и главной проблемой оставались инженерные кадры для новых заводов. Частично инженеров собирались переводить с действующих производств, особенно там, где существовал избыток, а все инженерные вузы страны приняли дополнительные группы студентов, готовя их по недостающим специальностям, для чего многих стариков вытащили из пенсионного болота. Кроме того, линейным инженерам ещё подняли зарплаты, чтобы повысить престиж профессии в целом, а возле будущих заводов уже возводились жилые дома улучшенной планировки, для будущих работников. Стивен Бектел, владелец огромной строительной корпорации «Бектел» тоже исцелился в России, и теперь отрабатывал свою часть соглашения, конечно же надеясь, на продолжение, потому что прошло совсем немного времени с момента омоложения, а ему захотелось стать ещё моложе.
Далее заслушивали состояние инфраструктурных проектов, к которым иностранцев не подпускали: Байкало-амурской магистрали, Северного широтного хода, портов на Севере, и других, заслушивали текущее состояние промышленности, армии и правоохранительных органов.
Почти в конце, когда Агуреев ведущий заседание уже хотел заканчивать, встал министр индел Громыко.
— Товарищи, я по нашим каналам получил обращение Хуа Гофена. Он предлагает СССР миллион рабочих, на наши стройки. Взамен хочет, сами знаете, что.
— Миллион звучит солидно. — Начал руководитель Госстроя. Игнат Трофимович Новиков — У нас есть достаточно объектов, где их работа будет весьма кстати.
— Это хорошо, товарищ Новиков, что у нас есть где принять такое количество людей. — Неторопливо начал председатель КГБ. А вы спросили, есть ли у нас люди для контроля такого количества иностранцев? А есть ли где их поселить, и обеспечивать медициной?
— Да, товарищи. — Министр здравоохранения кивнул. Нехватка врачей в местах крупных строек катастрофическая. Выправляем потихоньку, но дело это не одного дня. А ещё миллион работников просто обрушат нашу систему обеспечения.