Андрей Захаров – Бородатые боги (страница 50)

Командир гоплитов, не найдя ответа, пожал плечами и сел на место.

– Разрешите, Николай Тимофеевич? – поднялся Павел Кожемяка. – Поскольку мы с Питером свой бот отдали под гидроплан Хорстману, то встал вопрос о строительстве нового бота. Надо же на чем-то нефть перевозить! Кроме того, перед нами стоит задача исследовать всю Амазонку и выйти в Атлантику. Для этого необходима соответствующая база поближе к Амазонке. Сейчас я не вижу смысла заниматься строительством бота на озере. Все равно из него никуда не уплывешь. Судя по полученной информации, есть возможность построить верфь в районе Нефтегорска, а может быть – и ниже по течению. А там не просто бот, а целый корабль сделаем, пусть пока и речной. Я предлагаю сделать не просто рейд, как в прошлый раз, а основательно закрепиться в том районе.

– Для этого необходима предварительная разведка. Мы не знаем местности и сил вероятного противника. К тому же гуаро – союзничек ненадежный, хотя и их дети у нас в заложниках, – покачал головой Бондарев, ставший майором, начальником штаба всех вооруженных сил Новороссии.

– У нас нет времени и возможности провести воздушную разведку, но надеюсь, что в скором времени она появится. Поэтому мы проведем разведку боем, – произнес Климович, получивший звание полковника, оставаясь на должности председателя совета. Алексей Аркадьевич немного поморщился и потер рукой раненую ногу. – Прошу прощения, товарищи, что сидя буду говорить. Ногу крутит: видно, снова дождь пойдет. Я поддерживаю предложение капитана Кожемяки. Необходимо расширять нашу зону обитания и влияния. Тем более что ранее это решили. Помощь гуаро – как раз повод для этого. Вот и воспользуемся им. Какие бы там планы Кхуко ни строил, но пока они совпадают с нашими. Если, конечно, это не предательство. Но думаю, на него он не пойдет. Еще зубная боль не прошла…

Сидящие в комнате заулыбались, вспомнив, как разгромили дикарей у стен Уанка-канча.

– Здесь еще одна причина имеется. Так сказать, экономическо-экологическая, – продолжил Климович. – Нам необходимо расширять производство. При этом часть его перенести в другие места. В настоящее время идет интенсивная вырубка ближайших лесов. Если так пойдет и дальше, то через несколько лет в долине ни одного деревца не останется да и озеро в грязную лужу грозит превратиться. Этого допустить нельзя. Нашим детям и внукам здесь еще жить. Оставим в Мастерграде только производство крупного оборудования, вооружения и другой стратегической продукции. А всякий ширпотреб, типа котлов, сковородок и другой металлической кухонной утвари, привычной для нас, но являющейся настоящим сокровищем для местных жителей, надо перенести на новые места. Так сказать, поближе к потребителю.

– Оружие можно производить и в наших селениях, – вставил Качи, – уаминка и уанка никогда не предадут.

– Холодное можно, но не огнестрел, – согласился Климович. – Там специалистов и оборудования нет, а с холодняком и местные кузнецы после наших курсов вполне справятся.

– Разрешите, господа, – подал голос профессор Левковский. – Я с вами полностью согласен, многоуважаемый Алексей Аркадьевич. Уж слишком рьяно мы взялись за освоение здешних земель. Как бы действительно не уничтожить такую красоту… А ею еще нашим наследникам полюбоваться надо! Предлагаю начать изучение природных ископаемых на землях наших друзей и улучшить технологический процесс, дабы избежать нежелательных эксцессов…

После небольшой лекции профессора о построении индустриального общества и дальнейших его последствиях в изолированном районе, было принято решение превратить помощь гуаро в захват и освоение новых земель. Надо же когда-то начинать претворять планы в жизнь – чем не повод?

Для выполнения этой задачи, с учетом опыта предыдущего рейда, выделялись определенные силы и средства.

Предложение Качи послать его с гоплитами было отклонено. Тяжеловооруженные воины хороши в плотном строю на открытой и ровной местности, а в густых джунглях от них проку мало. Решили выделить полностью экипированных две сотни (роты) легкой пехоты. К ним добавили полсотни лучников и три группы огневой поддержки – пятнадцать человек, вооруженных автоматами и ручными пулеметами. Придавалась также и артиллерия в виде шести легких ротных минометов с запасом мин, которые успели изготовить к тому времени. Выделили и три легкие разборные катапульты. Они должны были в случае необходимости метать во врага объемно-детонирующие заряды Слащенко, ласково прозванные им «вакумками». Идти с артиллерией вызвался Григоров, но Климович оставил его в Новоросске, мотивируя тем, что у него появились некоторые мысли по созданию новых орудий и необходима помощь Андрея. Командование артиллерией отряда поручили лейтенанту Иванову. Медицинскую службу представляли пожилой санинструктор Шевцов и несколько молодых жрецов-уаминка, прошедших курсы Баюлиса. Сам Янис Людвигович также порывался пойти, но после беседы с молодой женой Варей решил остаться в Новоросске и готовить госпиталь к приему раненых. Местом концентрации сил избрали форт Асту на берегу Большой реки. Предполагалось, что к ним присоединятся несколько сотен воинов из Уаман-канча и Уанка-канча.

В поход шли только мужчины, без подростков и девушек. Исключение составили несколько крепких подростков-гуаро, взятых в качестве переводчиков. Среди них оказался и сын вождя племени гуаро, четырнадцатилетний подросток Пача, названный уже по-новоросски – Павлом. Жить Пашке среди виракочей очень понравилось. Особенно учиться в школе. За короткое время он узнал столько, сколько не узнали его предки за целые века. Парень уже довольно хорошо говорил по-русски и кечуа. Он уже не таил зла за смерть отца, а горел желанием, чтобы и его народ зажил, как эти дети богов. Возвращать сына старшего вождя гуаро было определенным риском. Не было гарантий, что он не вспомнит прошлое и не предаст своих учителей. Также оставалось опасение, что в борьбе за власть нынешний вождь Кхуко может просто убить паренька как конкурента. Но все же решились взять Павла, рассуждая так: мы пришли надолго и, если что-то пойдет не так, применим силу и жестоко накажем.

Общее командование группировкой передавалось полковнику Уварову как заместителю председателя совета. Бондарев назначался его начальником штаба. Олег хотел проверить подготовку своих диверсантов в боевых условиях джунглей, и поэтому в поход шли все его подчиненные.

К походу готовился и большой обоз. Не в рейд по вражеским тылам идем, а новые земли осваивать! Отбирались семена пшеницы, ячменя, ржи, овса, корзины с картошкой, кукурузой и другими культурами. Их предполагалось посадить на новых землях и научить аборигенов выращивать все это. Не все же время им друг дружку жрать – надо переходить на новый продукт, цивилизованный!

Для сбора и переноски нефти сделали сотню латунных пятнадцатилитровых плоских канистр, которые могли переноситься на спине с помощью плетеных каркасов, похожих на современные туристские рюкзаки. Эти канистры также использовались для переноски и хранения бензина, спирта и других жидкостей.

Собирался и необходимый инструмент. Опыт работ показал, что в местных условиях вместо лопаты и кирки предпочтительнее мотыга, совмещающая в себе оба этих инструмента. Их уже заготовили достаточное количество, наштамповав из листового железа. Конечно же большая часть будет передана своим племенам – уаминка и уанка, – но и для гуаро приготовили пару сотен.

Изготовили и универсальный инструмент сельвы – мачете. Большой широкий нож с семидесятисантиметровым клинком, похожий на короткую саблю пехотинца. Клинок расширялся от рукояти к острию и имел одностороннюю заточку. На толстом обухе располагались зубья пилы. Рукоять к концу зауживалась и, изгибаясь, образовывала дужку с гардой. Она имела деревянные накладки. Таким мачете можно было рубить лианы, прокладывая себе тропы в густых зарослях, пилить дерево и даже копать землю. Он изготавливался путем штамповки из листовой стали и весил немногим меньше килограмма. Хотя мачете и предназначался в качестве подарка для гуаро, но он так понравился многим как универсальное орудие, что большую часть изготовленной партии пришлось раздать своим. В качестве защитного вооружения для гуаро решили предложить бронзовые щиты пятидесяти сантиметров в диаметре, легкие доспехи в виде широких бронзовых пластин на грудь и спину, скрепленных между собой кольцами и ремнями. К набору прилагались и шлемы-котелки, которые можно было не только использовать в качестве защиты для головы, но и при случае готовить в них пищу.

Вместе с военными шли и гражданские. Плотники, мастеровые для строительства лесопилки и форта Нефтегорск, специалисты по сельскому хозяйству, Ольховский со своей геологической группой, Кожемяка с голландцем с целью поиска подходящего места для верфи и другие. Они брали с собой все необходимое для выполнения поставленной задачи.

На сборы выделялось три дня. Все имущество предполагалось отвезти на автомобилях и подводах до Уаман-канча, а там, перегрузив на вьючных лам, двинуться в форт Асту.

На исходе третьих суток, когда Новоросск как расстревоженный пчелиный улей был готов выпустить первопроходцев новых земель, из форта Коваленково поступил сигнал, изменивший планы.