Андрей Яковлев – Далёкая и близкая Сибирь (страница 13)

Автомобиль доехал до железнодорожного вокзала уезда «Б». Офицер выдал лично каждому дембелю билет на поезд от Новосибирска до его родного города. Сказал всем напутственные слова, сел в «КАМАЗ» и поехал обратно в часть, оставив солдат ждать электричку в город.

В кассах вокзала Новосибирска, как ранее оговаривалось, билеты были зарегистрированы. До посадки на поезд, следовавшего в центральную часть страны, оставалось почти три часа. Николай, который только и думал о том, как бы «оторваться» от группы и съездить домой к Рите, наконец, получил такую возможность. Оставив свои вещи Алалыкину, он взял такси и доехал до больницы, в которой летом проходил лечение. Оттуда быстрым шагом дошёл до заветного адреса.

У подъезда ему встретились молодые люди. Их было трое – две девушки и долговязый парень в очках. Девушек Николай сразу узнал – это Рита и её подруга Маша.

– Фроша, смотри, не к тебе ли? – спросила Маша, указав на приближающегося к ним солдата. – Ё-моё! Ни фига себе, гостинец пожаловал!

– Рита, можно тебя? – позвал Николай, подойдя ближе.

– Я сейчас, – сказала девушка своей компании и подошла к Николаю.

– Рит, привет, – улыбнулся Николай и хотел взять её за руку.

– Коля, не надо, – одёрнула свою руку девушка.

– Почему?

– Не хочу, чтобы они видели.

– Рита, я очень скучал. Ждал тебя, твоих писем.

– Письма вернулись обратно, я неправильно указала адрес, после уже не писала.

– Послушай, я не знаю, как быть…

Молодой человек, до этого пассивно наблюдавший происходящее, решительно направился в их сторону.

– Марго, не тот ли это солдафон, которого якобы в лесу спас твой папаша? – спросил он, сделав весьма неприветливое выражение лица. – О нём тогда говорила Тамара Петровна?

– Да, это он, – ответила Рита. – Славик, уйди, мы сами разберёмся.

– Разберётесь? – гневно проговорил Слава. – Ты чего сюда «припёрся»? А? Тебя спрашиваю!

Он попытался схватить Николая за ворот шинели, но солдат увернулся и ударил нападавшего кулаком в челюсть. Славик не удержался на ногах и упал в придорожный сугроб. Очки слетели, молодой человек, предчувствуя продолжение драки, убрал их в карман пальто.

– Прекратите немедленно! – вскричала Маргарита.

Потом, обратившись к Николаю, резко сказала:

– Зачем ты приехал? Я не просила тебя приезжать!

– Рита, я демобилизовался, сегодня поезд…

– Вот и уезжай!

– Я люблю тебя! – продолжал Николай. – Только повидаю родных и вернусь за тобой. Поэтому и приехал спросить: ты поедешь со мной?

Рита ничего не ответила и только отвернулась. Славик, который так и сидел в сугробе, слышал этот разговор и тоже ждал, что ответит девушка.

– Фроша, ну класс! – воскликнула Маша. – Иди сюда, пусть они подерутся!

– Заткнись, Машка! – огрызнулась Рита, и хотела было уйти.

Но Николай окликнул её:

– Рита, я вернусь за тобой. Слышишь? Вернусь!

– Как хочешь, – бросила Маргарита и, оттолкнув свою подружку, скрылась в подъезде.

Немая сцена длилась секунд двадцать. Некоторые жители дома «прилипли» к окнам, наблюдая за происходящим, ждали продолжения «спектакля». Но Николай поставил в этом точку, повернувшись, зашагал из двора. «Поймал» такси и вернулся на вокзал к ожидавшему его Серёге Алалыкину.

Уже в поезде тот спросил:

– Колька, ты чего такой хмурый? Домой ведь едем. Ты не рад, что ли?

– Рад.

– Это ты из-за бабки той, что у КПП нас провожала?

– Может быть.

– Чего она тебе про кровь сказала?

– Сказала, что буду я отвергнут родной кровью, – ответил Николай.

– Интересно, это как?

– Не знаю.

– Родной кровью. Хм, – размышлял Алалыкин. – Она имела в виду родителей. Точно! Роднее их у тебя же нет никого.

– Ладно, Серёга, ерунда всё это. Старуха явно «с приветом».

– Ну да, понятно, – кивнул Сергей. – Коль, я ещё про девушку хотел у тебя поинтересоваться.

– В смысле?

– Ну, в смысле, ждёт она тебя?

– Сейчас перед отправкой поезда, я ездил с ней повидаться.

– Так она с Новосиба, что ли?

– Да.

– Вернёшься к ней или она сама приедет?

– Пару дней дома побуду и вернусь за ней.

– А, вон оно как? Понятно, – сказал Сергей. – Девка уж больно симпотная, грех такую потерять.

На следующий день Серёга Алалыкин сошёл на станции Омск. Поезд продолжал двигаться дальше, приближая Николая к родным местам.

Радости родителей не было предела, когда солдат переступил порог своего дома.

– Коленька! Коленька наш приехал! – после продолжительных объятий кричала мама в телефонную трубку родственникам. – Срочно давайте к нам!

– Мам, может, не надо было никого звать, – говорил Николай. – Так хотел побыть один, хотя бы привыкнуть немного.

– Сына, не возражай, пожалуйста, – настаивала мать. – Ведь мы все тебя так ждали! И бабушка, и тётя Вера. Да все! Как им можно отказать, прийти взглянуть на тебя, какой ты стал. Красавчик мой! Потерпи сегодня-то, а завтра обеспечим тебе полный покой. Договорились?

– Ну, хорошо.

– Сейчас с продуктами тяжело, так мы с отцом заранее готовились, купили всего. Шпроты твои любимые, колбаска есть полукопчёная. Картошки сварим, салаты откроем…

– Ладно, мам, как знаешь.

В течение двух часов прибыли гости. За столом интересовались, как отслужил, чем в армии занимался, какие планы на будущее. Николай на все вопросы отвечал уклончиво, ссылаясь на усталость и желание выспаться.

На следующий день утром проснулся в своей постели. Рядом на стульчике сидела мама и наблюдала его пробуждение.

– Как спалось? – спросила она.

– Нормально, – ответил Николай.

– Коленька, ты какой-то печальный. Скажи мне, что-то не так?

– Нет, всё хорошо.