Андрей Вышинский – Вопросы международного права и международной политики (страница 150)
А мы говорим: если вы с камнем за пазухой подходите к урегулированию отношений с Албанией и Болгарией, с камнем за пазухой в виде требования оторвать Северный Эпир от Албании и передать его Греции, то в таком случае невозможно говорить о соглашении.
Советское правительство предлагает сказать, что существующая граница между Албанией и Грецией признается окончательной. Но это ясное, разумное и справедливое предложение правительствами США и Великобритании отвергается.
Я заявляю совершенно ответственно, что Советское правительство, предлагая формулу: «Граница является окончательной», этим самым выражает свое искреннее желание договориться, заключить это соглашение. И, наоборот, тех, которые не хотят принять этой формулы и хотят подменить ее какой-то другой, двусмысленной формулой, как выражается это в первой или второй альтернативах согласительного комитета, я обвиняю в том, что они не хотят этого соглашения.
Коэн тут утверждал, что греческое правительство бесконечно более представительно, чем любое правительство в Восточной Европе. Это не соответствует действительности. Коэну должны быть известны факты, опровергающие это утверждение.
Например, такой факт, как требование американского правительства в 1946 г. к греческому правительству уволить 12.000 государственных служащих. Даже правые газеты и правые парламентарии, выступая в греческом парламенте, говорили, что если предъявляется такое требование, то нужно было бы одновременно потребовать, чтобы были арестованы все 354 члена греческого парламента. Но США все же без особого труда добились своего. Вот какое это «представительное» правительство!
О ЗАПРЕЩЕНИИ АТОМНОГО ОРУЖИЯ И О МЕЖДУНАРОДНОМ КОНТРОЛЕ
Речь в Специальном Политическом комитете 10 ноября 1949 года
В нашей повестке дня стоит доклад комиссии по атомной энергии, посвященный одному из важнейших вопросов, привлекающих внимание Организации Объединенных Наций. Этот вопрос имеет уже трехлетнюю давность. Срок – достаточный для того, чтобы решить этот вопрос. Между тем он все еще не решен. И даже больше – сейчас он не ближе к своему решению, чем это было три и два года тому назад. И это несмотря на ряд резолюций, которые были приняты Генеральной Ассамблеей на протяжении этого времени, в которых выражено ясно и точно единодушное стремление нашей Организации решить этот вопрос, запретив использование атомной энергии в военных целях и изъяв атомное оружие из национального вооружения. Приходится констатировать, что все эти резолюции оказываются пустыми декларациями, что все они лишены реального значения, превращены командующим в Организации Объединенных Наций блоком в пустую бумажку.
Содержащиеся в резолюции Генеральной Ассамблеи от 4 ноября 1948 года рекомендации о консультациях шести постоянных членов комиссии по атомной энергии с целью установления того, имеется ли основа для соглашения о международном контроле над атомной энергией по обеспечению ее использования исключительно в мирных целях, оказались, как это и предвидела в свое время делегация СССР, нереальными, не способными сдвинуть это важное дело с мертвой точки. Причина этого должна быть ясна: из шести постоянных членов этой комиссии пять членов уже ранее, голосуя за резолюцию 4 ноября 1948 года, признали необходимым вообще приостановить работу комиссии, мотивируя это «безвыходностью положения» и бессилием комиссии примирить возникшие в ее работе противоречия и разногласия.
Такая линия поведения большинства комиссии вполне отвечает политической линии в атомном вопросе правительства Соединенных Штатов Америки, выраженной в известной речи президента Соединенных Штатов Америки 6 апреля 1949 года, когда он сказал, что не поколеблется принять решение о применении атомной бомбы, если на карту будет поставлено благосостояние Соединенных Штатов Америки или демократий мира.
При такой установке, естественно, не могло быть надежды на успех работы комиссии, которая была призвана разработать мероприятия по запрещению атомного оружия.
Теперь официально сообщается, что шести постоянным членам комиссии не удалось найти основы для решения стоящей перед ними задачи.
Нельзя не отметить, что одновременно с представлением Генеральной Ассамблее предварительного доклада этой комиссии о консультациях шести постоянных членов комиссии по атомной энергии, пять членов комиссии – Соединенные Штаты Америки, Великобритания, Франция, Китай и Канада – поторопились опубликовать свое заявление об этих консультациях. В этом заявлении они тенденциозно изложили сущность разногласий, которые возникли между СССР и пятью другими постоянными членами этой комиссии, и извратили позицию Советского Союза, изобразив ее так, будто бы эта позиция и явилась препятствием к достижению соглашения.
Советскому правительству клеветнически приписывается, что оно «не желает принимать мер, которые могут вторгнуться в строгое осуществление им беспрепятственного государственного суверенитета или помешать такому осуществлению».
В этих «выводах» – что ни слово, то передержка, извращение, фальсификация фактов.
Представители пяти держав утверждают, что они предлагали какие-то «нововведения». В действительности никаких «нововведений» они не предлагали, если не считать, конечно, нововведением в области суверенитета требование категорического, полного, беспрекословного и безусловного отказа от всякого суверенитета.
Отказ представителей Советского Союза принять такой план, отдающий на волю и произвол так называемого международного контрольного органа судьбы любого государства, его экономическую и политическую независимость, изображается этой досто
почтенной пятеркой, как якобы отказ от международного сотрудничества и отрицание международного контроля в атомном деле.
Пять держав во время так называемых консультаций упорно продолжали навязывать пресловутый план Баруха, как известно, изобретенный еще в 1946 году и встретивший справедливое осуждение со стороны ряда видных ученых-атомников еще два года тому назад, ученых, которых никак нельзя заподозрить не только в коммунизме, но в самом даже отдаленном приближении к коммунизму.
Правда, делаются кое-какие попытки прикрыть клыки и когти этого плана, заменить некоторые слишком уже циничные формулировки другими, не столь одиозными и грубыми.
Чтобы прикрыть слишком грубую откровенность американских империалистов, мечтающих о том, чтобы взять в свои руки все атомное производство и направлять всю деятельность в этой области во всем мире по своему усмотрению, пять держав пытаются смягчить содержащиеся в докладах атомной комиссии формулировки, говорящие об этом пресловутом праве собственности так называемого международного контрольного органа. В этих целях они проделывают некий маскарадный номер: они пытаются подменить формулу о праве собственности международного контрольного органа на атомное сырье и атомные предприятия формулой – «владение по доверенности» или «распределение по доверенности».
Но это изменение чисто словесное, оно ни в какой мере не меняет существа дела, так как владение или распределение атомной энергии по доверенности предоставляет контрольному органу такие же широкие полномочия, какие ему предоставлялись и по первой формуле, говорящей о праве собственности.
Можно, таким образом, сделать вывод, что американский план так называемого международного контроля остается все тем же планом, каким он был три года тому назад, со всеми своими коренными пороками, из-за которых, и это хорошо знают сами авторы этого плана, этот план обречен на провал.
Возникает вопрос:
Чем же объяснить в таком случае упрямство, с которым англоамериканское большинство комиссии защищает этот план? Уже слышатся голоса, и среди них голоса авторитетных людей, специалистов в области атомной энергии, что этот сумасбродный план для того и предназначен, чтобы затруднить установление какого-либо контроля вообще. Слышатся голоса, – об этом можно судить по американской и английской печати, по крайней мере по некоторой части этой печати, – что этот план являлся просто шахматным ходом.
Критики этого плана из среды ученых-атомников теперь открыто уже заявляют, что этот план был придуман с расчетом на то, чтобы, будучи отвергнут, этот факт можно было использовать как предлог для шумной антисоветской кампании и для обвинений Советского Союза в том, что его отрицательное отношение к этому плану и является якобы единственным препятствием к достижению этого международного мира. Критики, которых становится все больше и больше, в настоящее время, особенно в связи с таким неоспоримым фактом, который нашел свое отражение в известном вам всем сообщении Советского телеграфного агентства от 25 сентября этого года 57, – критики эти все больше и больше указывают на действительную подоплеку этого американского плана. В этом, указывают критики американского плана, его авторы видели «весьма значительную победу американской дипломатии». Известно, что этот план, несмотря на всю свою неприемлемость для ряда стран, с которыми нельзя не считаться, находит полную поддержку со стороны ответственнейших представителей Соединенных Штатов Америки. Вспомним недавнее заявление президента США о том, что этот план «является единственным планом, который отвечал бы техническим требованиям контроля, который сделал бы эффективным запрещение атомного оружия и в то же время содействовал бы мирному развитию атомной энергии на основе сотрудничества».