Андрей Вознесенский – Я тебя никогда не забуду… (страница 2)

И черт меня нес Меж грузных тбилисских двусмысленных звезд! Прости мне дурацкую эту параболу. Простывшие плечики в черном парадном… О, как ты звенела во мраке Вселенной Упруго и прямо – как прутик антенны! А я всё лечу, приземляясь по ним — Земным и озябшим твоим позывным. Как трудно дается нам эта парабола!.. Сметая каноны, прогнозы, параграфы, Несутся искусство, любовь и история — По параболической траектории! В сибирской весне утопают калоши. А может быть, всё же прямая – короче?

1959

Колесо смеха

Летят носы клубникой, подолы и трико. А в центре столб клубится — ого-го! Смеху сколько — скользко! Девчонки и мальчишки слетают в снег, визжа, как с колеса точильщика иль с веловиража. Не так ли жизнь заносит министров и портных, им задницы занозит и скидывает их? Как мне нужна в поэзии святая простота, но мчит меня по лезвию куда-то не туда. Обледенели доски. Лечу под хохот толп, а в центре, как Твардовский, стоит дубовый столб. Слетаю метеором под хохот и галдеж… Умора! Ой, умрешь.

1953

B. Б.

Нет у поэтов отчества. Творчество – это отрочество. Ходит он – синеокий, гусельки на весу, очи его – как окуни или окно в весну. Он неожидан, как фишка. Ветренен, точно март… Нет у поэта финиша. Творчество – это старт.

1957

Гойя

Я – Гойя! Глазницы воронок мне выклевал ворог, слетая на поле нагое. Я – Горе. Я – голос войны, городов головни на снегу сорок первого года. Я – голод.