Андрей Воронин – Горячие головы (страница 36)
Про отца Николаю вообще было страшно даже вспоминать. Сын пока не узнал родительского гнева, но чувствовал, что он может быть ужасен. Поэтому Николай мигом забыл о своем намерении растянуть тусовку до конца выходных. За двое суток гости так надымят, что год будешь проветривать. Утром, когда народ опохмелился, он пустил слух о скором приезде родителей. Большая часть тусовщиков немедленно испарилась. Остальные еще маленько поколбасились, доводя себя до нужного градуса, и тоже смотались. Остался только лучший приятель, вместе с которым Николай принялся наводить марафет. Устранение следов многолюдного сборища оказалось трудным делом, особенно для людей, смутно знакомых с уборкой квартир. Успешное завершение работы друзья отметили очередной бутылочкой вина.
— Не, блин, тусоваться надо в клубе, где за тобой все уберут и поставят на место. А пустая квартира лучше всего годится для секса с красивой девочкой, — заключил Николай, медленно потягивая вино.
— Абсолютно верно. Нет ничего хуже, чем за другими людьми дерьмо разгребать, — сделал приятель вывод из свежего опыта.
В общем, приезд родителей вызывал у Николая серьезные опасения. Однако беда пришла, откуда не ждали. Состояние квартиры не вызвало нареканий, но зато отца будто подменили. Он круто взялся за сына. Илью Фридриховича подтолкнул к этому разговор с женой. На пляже ему вдруг стали лезть в голову разные глупые мысли. Вроде того, что старость не за горами, а что он успел сделать в этой жизни? Казалось бы, многое. Заработал кучу денег, объездил белый свет, спал с роскошными женщинами, недоступными среднестатистическому россиянину. Не считая того, что родил сына, построил дом и когда-то давным-давно посадил дерево. Но все это показалось ему вдруг мелочным, едва заслуживающим внимания. Тумасов представил надвигающуюся старость и самых близких ему людей, которыми, несомненно, являлись сын с женой. Будут ли они искренне заботиться о нем или только из-за денег? С женой все довольно сложно. Сейчас она его ненавидит, но когда-то очень сильно любила, и у Ильи Фридриховича создавалось впечатление, что, вопреки утверждению о невозможности войти в одну и ту же реку, былые чувства супруги могут вернуться, надо только очень постараться.
А вот Николая он упустил. Тумасову все время казалось, что сын рядом, никуда он не денется, а сейчас надо зарабатывать деньги и получать от жизни максимум удовольствий. Заработал, получил, а сын рос, как лопух при дороге. И что в результате? Николай вот-вот превратится в типичного недоросля. Сын пока этого не понимает. Отцовские деньги поддерживают его высокий статус у сверстников, и Николаю кажется, что так будет всегда. Как же он ошибается! Пройдет максимум лет десять, молодые люди из Колиного окружения, даже те, чьи отцы имеют куда меньше денег, станут хвастаться дипломами Гарварда и Сорбонны. Как же убого будет выглядеть на их фоне Николай с его корочками занюханного вуза! Надо срочно браться за сына. Пройдет время, и он будет искренне благодарен отцу за то, что наставил его на путь истинный.
Для начала Тумасов решил проверить Колины знания. Картинка была еще та! Илья Фридрихович сам крепко подзабыл школьный курс, но все же он учился в советские времена и получил достаточно серьезное образование. Звучит смешно, но таблицу умножения он все еще хорошо помнил. А вот у Коли с этим возникли затруднения.
— Шестью восемь? — спросил Илья Фридрихович.
— Э-э-э… сорок два.
— Тогда шестью семь?
— Сорок два.
— Интересно у тебя получается. И шестью семь — сорок два, и шестью восемь — сорок два.
— Сорок восемь.
— Что сорок восемь?
— Шестью восемь.
— Семь на девять?
— Сейчас. Кажется… да зачем мне все это?!
— Чтобы стать образованным человеком. В какой стране находится Рейкьявик?
— Папа, а ты уверен, что этот самый Рейкьявик где-то находится?
— Да, он находится в Исландии и является ее столицей. А какой самый большой в мире остров?
— Это я знаю. Гренландия.
— А кто на нем живет?
— Понятное дело, гренландцы.
— Сам ты гренландец. А назови мне, сын, формулу серной кислоты.
— Аш хлор. Хотя нет, аш хлор — это соляная.
— Все ясно. Какое животное впадает в спячку?
— Медведь.
— А еще?
— Другой медведь.
— Рано еще тебе шутить. Ты сначала наберись знаний, а потом уже демонстрируй свое чувство юмора. Вычисли мне площадь круга, если его диаметр равен одному метру.
— Я не знаю, папа! Помню, что там есть какое-то число «пи», но без понятия, что с ним делать!
— Ты зачем терроризируешь ребенка? — вечером обрушилась на Тумасова супруга.
— Чтобы нам потом не приходилось за него краснеть. Да и разве это террор? Так, мелочи. Реальный террор начнется, когда я найму ему репетиторов по всем предметам.
— Это зачем? Нравится издеваться над ребенком?
В ответ Илья Фридрихович изложил жене свои соображения. Та отреагировала практически мгновенно:
— Ты прав. Но зачем Коленьке учить все предметы? Замучаем ребенка. Пусть репетиторы натаскивают его по тому, что понадобится для поступления.
— Ты знаешь, куда он хочет поступать?
— Разберемся. Кажется, у него есть склонности к иностранным языкам.
— Иностранный язык — это не профессия, а обязательная вещь для современного бизнесмена. Конечно, я потом смогу взять его к себе переводчиком, но вряд ли такая работа ему самому покажется престижной.
— Знаешь, Илья, у сына есть твои гены. Я бы не стала мудрить, а сделала бы из него твоего преемника.
Подумав, Тумасов согласился с этой мыслью жены.
Глава 35
У Бушуева внезапно объявился старый знакомый. Одноклассник, с которым он учился еще в первой школе. Правда, Юрий Андрончик, так звали одноклассника, провел вместе с Дмитрием лишь один год, после чего его отца-военного отправили на Дальний Восток. Юрий остановился в той же гостинице. Он сам подошел к Бушуеву и спросил:
— Я случайно услышал вашу фамилию. Вас не Дмитрием зовут?
— Да, — ответил слегка удивленный Бушуев.
— А может, вы помните Юрия Андрончика?
Дмитрий, отличавшийся хорошей памятью, сказал:
— Когда-то учился такой со мной в одном классе.
— Так это я.
Дмитрий посмотрел на интеллигентного вида мужчину в очках с тонкой металлической оправой. Как же мало он походил на бойкого пацана, впервые познакомившего одноклассников с загадочным японским единоборством под названием карате. Да, что делает с людьми время! Они зашли к Юрию в номер и за чашкой кофе повспоминали о школьных годах. Андрончик слегка путался, что было неудивительно, ведь он за десять лет сменил несколько школ. В целом бывший одноклассник показался Бушуеву интересным человеком. Поэтому Дмитрий легко согласился, когда Юрий пригласил его в загородный дом своего московского знакомого.
— Он, как и я, военный историк, только настоящий фанатик своего дела, поэтому не удивляйся, что его дача выглядит довольно своеобразно, — предупредил Андрончик.
Своеобразно — это было мягко сказано. На лесной поляне Бушуев увидел крышу бункера, обнесенного кирпичным забором. Юрий по-хозяйски распахнул железную калитку, находящуюся рядом с большими воротами, и жестом предложил Дмитрию войти. Тут же чьи-то сильные руки затащили одноклассников внутрь. Когда первое глупое удивление прошло, Бушуев увидел рядом с собой трех нехилых молодых людей с плотно пригнанными к телам головами. У Дмитрия в животе образовалась ледяная пустота, и он растерянно промямлил:
— Вы кто?
— Можешь не шептать, козел, а говорить нормально, — сказал один из здоровяков, бритый наголо.
— Кричать тоже можно? — задиристо спросил Андрончик.
— Можно, — разрешил бритоголовый, — если жизнь не дорога.
Молодые люди довольно заржали, а Дмитрия охватило чувство беспомощности, какое бывает, когда несешь тяжело нагруженный пластиковый пакет и вдруг чувствуешь, как обрывается ручка.
— Отведите их, — сказал бритоголовый.
Бушуев ощутил толчок в спину, придавший его телу нужное направление:
— Ползи, тля!
Один из здоровяков двинулся впереди, с хрустом давя осколки кирпичей и прочий мелкий мусор. Когда он вращал головой, кожа на его шее складывалась ромбами. Команда спустилась по лестнице, передний толкнул дверь, за которой внезапно оказалось вполне обжитое помещение с освещением и более-менее чистым полом.
— Вот здесь будете кантоваться, козлы! Че приуныли? Может, памперсы надо сменить?
— Не понимаю вашего злорадства. В военной истории и не такие примеры бывали. Наполеон Бонапарт, например, сам отправился в Россию, таким образом предопределив свой бесславный конец, — сообщил Андрончик.
— Грамотный нынче козел пошел, — бросил в ответ один из бандитов, и все трое вышли из комнаты, одарив на прощание узников цитатой из фольклора Метрополитена: «Осторожно, двери закрываются».
— Возможно, это шуточки моего приятеля, окончательно свихнувшегося на почве военной истории, — предположил Юрий.
У Бушуева возникло несколько иное объяснение случившегося, но он не спешил высказывать его. А если ошибка? Зачем пугать человека, и без того оказавшегося в незавидном положении?