Андрей Воронин – Горячие головы (страница 26)

— На главного инженера намекаете? Ничего подобного. Он — женатый мужик, поэтому Светке до лампочки. На нее сам хозяин глаз положил, как-то шлепнул по мягкому месту. Вот с ним бы Светка переспала. Он бы ее за это подарками завалил.

— Сомневаюсь насчет Светки. Зачем хозяину затевать блядство в своей компании, когда он за свои бабки может найти телок на стороне. И даже получше, чем Светка.

— Еще не факт, что хозяин трахается на стороне. Он же человек семейный. А Светку огрел по заднице от избытка чувств.

— Еще как трахается! Ты бы видел его жену. Он разок вместе с ней к нам заехал. Старуха!

— Это в твои двадцать пять она кажется старухой, а на самом деле ей примерно столько же годков, сколько хозяину.

— Сравнил морковку с кочерыжкой! Хозяин — мужик, и у него бабки, имеет право навести шороху на стороне. Да и видели люди, как он зажигал в своем коттедже.

— Что за люди? Наверное, сочинили с три короба.

— Ничего подобного. Однажды водила хозяина хотел со своим дружком махнуть на рыбалку. Тут позвонил хозяин и велел привезти каких-то девок. А дружок водилы — мой знакомый, и он рассказал, как было дело. Подогнали они тачку к дому еще сталинской постройки в центре города, из подъезда вышли три обалденные телки. Каждая ростом под метр восемьдесят, ноги от ушей, а лицам бы позавидовала любая голливудская звезда. Уселись они в лимузин и отчалили. Водила привез девок в коттедж хозяина, тот сказал, чтобы через пять часов он их забрал и отвез обратно.

— И что дальше?

— Ничего. Дружок с водилой поехали на рыбалку. Только уже ловили по-сухому, без выпивки.

— И с чего ты взял, что хозяин зажигал в коттедже?

— А че он еще с этими телками там делал? Учился вышивать крестиком? Или рассказывал им, какая у него замечательная жена?

— А может, у хозяина зажигание давно не работает и телки безуспешно пытались его починить?

— Завидуешь? Еще бы, тебе с такими бабами в жизни не перепихнуться.

— Можно подумать, ты таких имеешь каждый день! Да и со Светкой переспишь разве что во сне.

— Кто бы говорил! Ты на себя посмотри! Вернее, на своих баб…

— Стоп, мужики, не ссорьтесь! Давайте лучше выпьем за то, чтобы наши желания совпадали с нашими возможностями, — предложил мужчина в возрасте и, опрокинув стакан, неожиданно продолжил: — Как летит время. Кажется, совсем недавно впервые увидел этот фильм, а уже все исполнители главных ролей умерли.

— Почему все? Кажется, товарищ Саахов еще жив.

— А по-моему, тоже умер. Хотя точно не скажу, все так перепуталось. Да, раньше мы актеров суперзвездами не называли, а фильмы были лучше. И футболисты таких сумасшедших денег не огребали, а регулярно выходили в финалы чемпионатов мира. Не то, что нынешние раздолбаи. Я недавно прочел в одной газетенке интересную статейку. Оказывается, даже в самой захудалой команде высшей лиги игроки зарабатывают минимум четыреста тысяч баксов. За что, спрашивается? И откуда у них такие бабки, если трибуны стадионов пустые?!

— Спонсоры, ити их мать!

— Так че эти спонсоры выбрасывают бабки на ветер? Только развращают молодежь. Он едва научился ковыряться с мячиком, а ему уже набивают деньгами полные карманы. Уродство, честное слово.

— Легионеров к себе переманивают из лучших европейских клубов. А эти легионеры, очутившись в России, перестают играть. Тоже еле-еле копошатся с мячом.

— Традиции. Их на банкете в честь приезда так накачивают водкой, что они до конца сезона похмелюгой маются. Поэтому играют, словно мальчишки из спортшколы.

— Но это еще ладно. Из-за легионеров наши пацаны страдают. Где набраться мастерства, если места в команде заняты иностранцами? Сидя на лавке запасных, вторым Стрельцовым не станешь.

— Ну, ты сказанул — Стрельцовым! Хотя бы Черенковым. Нынешнее племя даже на Федора не тянет. Подумать только, слить воду в матчах со словенцами. Наши ровесники даже страны такой не знали, а этим вставили клизму по самое «не балуй»!

— Причем перед игрой, — заметил молодой дорожник. — Поэтому они и бегали враскорячку.

— Клизму вставили, глаза жвачкой залепили, ноги поменяли местами, — а иначе трудно объяснить, почему в Южной Африке будут играть словенцы, а не мы. Я теперь на стадион больше ни ногой. В крайнем случае посмотрю футбол по телевизору. Мне таким игрокам жалко даже рубля из собственного кармана. Пусть им платят спонсоры.

— Верно. Тут уродуешься, пашешь и в дождь и в мороз, а получаешь по сравнению с футболистами жалкие копейки, — заключил молодой, хотя, вопреки его словам, он в теплый солнечный денек лежал на зеленой травке и пил водку.

Глава 25

Комбат заболел. Такое с ним случалось крайне редко, но даже железные люди иногда уступают в борьбе с крошечными микроорганизмами. Начало всему положила традиционная утренняя разминка. Борис угодил под сильный дождь, холодный из-за раннего времени. Ему бы, вернувшись, залезть в горячую ванну, а он, как всегда, ограничился прохладным душем. К вечеру Рублев почувствовал першение в горле, а утром проснулся совершенно разбитым. Когда-то в молодости Борис использовал безотказное средство против любого инфекционного недомогания. Он удваивал физические нагрузки. Но сейчас, с возрастом, такой рецепт был чреват серьезными осложнениями. Хотя Комбат находился в отличной физической форме, он понимал, что годы берут свое и вместо фанатизма теперь надо проявлять благоразумие. Рублев обходился практически без домашней аптечки, считая, что химия, излечивая одну, более легкую болезнь, провоцирует развитие куда более серьезной. На случай простуды у него имелся мед, малиновое варенье и веточки смородины. А вот в холодильнике было пусто. Года два тому назад, во время предыдущей болезни, Борис решил испытать радикальный метод лечения, заключавшийся в полном отказе от пищи. Но голод не стал панацеей.

Рублев собрался и отправился в магазин. На обратной дороге он почувствовал слабость и впервые за много лет решил воспользоваться лифтом. Пока он ждал, в подъезд вошла соседка. Она хорошо знала традицию Рублева забираться вверх по лестнице и насторожилась, когда он вошел в лифт. Присмотревшись к лицу Комбата, соседка затараторила:

— Ой, Борис Иванович, а что случилось? Вы не захворали? Лицо красное, и носом шмыгаете. Нельзя в таком состоянии ходить по магазинам, могли ко мне обратиться. Дайте я посмотрю, что вы купили. Ну конечно, одни полуфабрикаты. Их и здоровому есть плохо, а больному вообще никуда не годится. Хорошо, что я взяла курицу, отрежу вам половинку. Куриный бульон даже врачи рекомендуют. Сейчас я отнесу сумку и зайду к вам.

Соседка лезла из кожи вон, поскольку Рублев много раз оказывал ей помощь, а ей с мужем такой возможности пока еще не представилось. Теперь она старалась отблагодарить Бориса за все хорошее.

— И правильно делаете, что избегаете таблеток. Мы тоже стараемся глотать поменьше химии. А вот ходите зря. Доктора говорят, что при инфекции покой — самое лучшее лекарство. Идите ложитесь, а я пойду на кухню.

Загнав Комбата в постель, соседка принялась варить куриный бульон. Его аромат разнесся по квартире, отчего у Бориса, вроде бы совсем не хотевшего есть, потекли слюнки. Еще одно достоинство куриного бульона в том, что он варится быстрее говяжьего. Войдя в раж, соседка попыталась накормить Бориса в постели, чему он решительно воспротивился. Пока Комбат расправлялся с курицей, соседка заскочила домой и вернулась со стопкой книжиц в мягкой обложке.

— Вот, лежите и читайте, когда надоест смотреть телевизор. А то знаю я вас. Начнете ходить, заниматься разными делами. С ними успеется, сначала выздоровейте.

Наконец соседка ушла. Борис ради интереса просмотрел истрепанные томики. Их автором был один и тот же человек — известная писательница Серафима Сивашова. Хотя Комбат не читал ее творений, он много слышал о ней. А куда денешься, если только ленивый телевизионщик или газетчик не упоминал о Сивашовой. Ее трагическую историю со счастливым финалом тысячу раз перепели на разные лады. У Сивашовой нашли опухоль головного мозга. Врачи записали ее в покойницы и трепанацию черепа провели для очистки совести. Но чудеса иногда случаются. Будущая писательница выжила и там же, в больнице, настрочила первый роман. Возможно, ей удалили какую-то лишнюю часть мозга, тормозящую деловую активность, поскольку Сивашова, несмотря на тяжелую болезнь, принялась строчить книги со сказочной быстротой. Ее продуктивность равнялась продуктивности десяти вполне здоровых, находящихся в расцвете сил человек.

От нечего делать Комбат взялся за чтение. Сюжет первого романа его сильно удивил. Не сказать, чтобы приятно, но все же. Как принято в книжках такого рода, размеренную жизнь главной героини прервала внезапная смерть хорошей подруги ее еще лучшей подруги. Главная героиня, хотя ничего не смыслила в расследовании преступлений, тут же стала решительно распутывать загадочную историю. Так же самонадеянно, будто клубок мохеровых ниток для вязки свитера. Последовало еще несколько смертей, которые не догадалась увязать с расследованием ни главная героиня, ни сама писательница. Ну, зарезали одного человека, а второго утопили — с кем не бывает! Сначала главную героиню преследовали одни неудачи. Но она сделала из них правильные выводы и перекрасилась из блондинки в брюнетку. Вот тут, что называется, поперло! Благодаря цепи случайностей и ряду гениальных догадок, главная героиня выходит на таинственного (вернее таинственную) убийцу, матерую деятельницу спецслужб, начавшую свою работу еще при Берии. Она использовала уникальный в своем роде способ ликвидации жертв, случайно открытый ее мужем, разумеется покойным. Муж убийцы был видным энтомологом и однажды открыл новый вид жуков-навозников, отличающихся удивительной красотой. При этом жуки отличались еще одним, куда менее жизнеутверждающим качеством. Нет, не тем, что питались чужим пометом. Если жука брали в руку, он пугался, выделяя крайне токсичный, смертельный яд. При этом сам жук тоже погибал, а яд в организме распадался на безобидные компоненты. Убийца ловко использовала замечательную находку мужа. Когда требовалось без шума ликвидировать врага народа или правителей государства, она знакомилась с этим человеком и, уходя, оставляла жука. Враг, плененный красотой насекомого, брал его в руки и… Обычно врачи констатировали остановку сердца.