Андрей Воронин – Дальнобойщики (страница 16)

Слегка кивнув головой в знак приветствия, он шагнул по направлению к Лысому. Его он знал хорошо. А вот двух других – худощавого брюнета с глубоким шрамом на лице и мужчину с невыразительной внешностью заурядного бухгалтера – он видел впервые. Они развалились в креслах возле камина, неторопливо потягивали коньяк и курили. Точнее, курил человек со шрамом, «бухгалтер» затушил в хрустальной пепельнице окурок и с безучастным видом следил за происходящим. Судя по всему, они были нездешние, и потому Егора интересовали мало. Но один факт он все-таки принял к сведению – астматик Лысый не терпел табачного дыма, однако сейчас он молча переносил это неудобство, стоя у открытой форточки и периодически поднося ко рту аэрозольный флакон с лекарством. Гости или не знали о его болезни, или же им было это безразлично. В любом случае то, что местный авторитет, державший под контролем целый город, жмется к окну и боится замолвить за себя слово, заставляло призадуматься.

«Похоже, я не вовремя, – с досадой подумал Егор. – И похоже, мое дело теперь и вовсе дрянь.»

– Ну? – Лысый недовольно сдвинул брови, отчего его гладкий как куриное яйцо лоб покрылся сетью глубоких морщин. – Что у тебя за дело?

В его голосе прозвучало плохо скрываемое раздражение. Было видно, что разговор при свидетелях он вести не хочет. Но по каким-то непонятным причинам попросить Шувалова подождать за дверью или прийти в следующий раз не желает. Да и сам Егор отступить уже не мог. Хотя, если бы ему предложили, с радостью согласился бы.

Егор слегка замялся и бросил вопросительный взгляд на сидевших у камина мужчин.

Человек со шрамом заметил это и, вынув изо рта сигару, полунасмешливо, полуподбадривающе произнес:

– Да ты не стесняйся. Говори. Мы с Лысым, то есть с Шуриком давние знакомые, секретов между нами нет. Правда, Шурик? Мы ведь тебя не сильно стесняем?

Стоя вполоборота к мужчине, Лысый процедил:

– Это мой город, Шило. Я тут хозяин! – макушка лысого черепа побагровела от напряжения, уголок левого глаза нервно задергался. – Предупреждаю: свои дела я решаю сам. Помни об этом и не суйся.

В его словах слышалась явная угроза. Егор стоял не шелохнувшись, стараясь не привлекать внимания к себе. Не хватало еще очутиться в самом центре бандитской разборки! Это было бы закономерным завершением всех несчастий, свалившихся на его голову за последнее время.

– Ну что ты. Разве я суюсь в твои дела? – не меняя шутливого тона, произнес человек со шрамом. Похоже, его забавляла эта игра. – Я просто не хочу, чтобы из-за нас срывался важный разговор. К тому же, может быть, я смогу помочь тебе советом?

Теперь побагровела не только макушка, но и весь череп Лысого. Он сжал кулаки и резко обернулся, бросая на своего гостя угрожающий взгляд.

– Не гневи Бога, Шило. – зашипел он. – Не искушай судьбу. Я тебя прошу. Ты – мой гость, и мне не нужны проблемы с твоей братвой. Я уважаю столичных авторитетов, помню о прошлом и о своем долге. Но не искушай меня. – он предостерегающе покачал головой. – Не искушай. Я помог тебе уладить проблемы, не спрашивал тебя – зачем, почему? Это твое дело. Я в него не лезу. Но это. – он кивнул в сторону Шувалова. – Это моя проблема, и я решу ее сам, без тебя.

Глаза человека со шрамом сузились и стали похожими на две узкие амбразуры, зорко следящие за противником. Казалось, еще миг, и он взорвется в ответ. В воздухе нависла угрожающая тишина, словно наступило короткое затишье перед надвигающейся бурей. «Бухгалтер», сидевший рядом, подался вперед и весь напрягся, готовый в любой момент вступиться за Шило.

Однако Шилов неожиданно расслабился и засмеялся.

– Ты прав, Шурик, – примирительно произнес он. – Твои дела меня не касаются. Я в них не лезу. Решай их сам. Извини. Надеюсь, ты не обижаешься на старого знакомого, который слишком сильно хотел тебе помочь?

Не дожидаясь ответа, он откинулся на спинку кресла, сунул сигару в зубы и глубоко затянулся. Его внешний вид выражал полнейшее спокойствие и довольство жизнью. В его поведении не осталось ни намека на недавний конфликт, который мог привести к кровавым последствиям и закончиться весьма плачевно.

Лысый раздраженно фыркнул. В отличие от своего недавнего противника, он все еще не мог перебороть себя и скрыть эмоции. Было видно, каких огромных усилий стоит ему сдерживать свой гнев. Оставалось только гадать о тех причинах, по которым он не позвал своих людей и не приказал пустить человека со шрамом на корм рыбам. Зная характер и способности Лысого, можно было с уверенностью предположить, что причины были веские.

Лысый вынул из кармана баллончик с лекарством и несколько раз брызнул в рот. На Шувалова он даже не взглянул, словно того здесь и не было.

Егору же, утратившему всякую надежду на благополучный исход своего дела, ничего не оставалось как молча ждать дальнейшего развития событий.

Через несколько минут его наконец заметили.

– И долго мне еще на твою рожу смотреть? – бросил Лысый. – Ты что, язык проглотил? Говори, что нужно?!

Это прозвучало не слишком приветливо, однако в данной ситуации рассчитывать на вежливость не приходилось.

– Мне кажется, вы сами знаете, зачем я пришел, – с расстановкой произнес Егор.

Лысый недовольно засопел.

– Допустим.

– Я пришел уладить недоразумение.

– Да? И какое?..

Лицо авторитета выражало простодушное удивление, словно он не имел ни малейшего понятия, о чем идет разговор. Правда, игра ему давалась с трудом: сказывались последствия инцидента.

– Если вы забыли, то я вам напомню. – нарочито спокойно и вежливо произнес Егор. – Некоторое время назад вы ссудили нас с братом деньгами. Мы с вами договорились что вернем их к началу сентября, – он вопросительно взглянул на авторитета. – Вы помните?

Лысый нехотя кивнул.

– Да, что-то припоминаю. Но какие тут проблемы?

– А вот какие. – Егору эта игра начала действовать на нервы. – На днях ко мне в гараж явились ваши люди и потребовали немедленно отдать долг. Они угрожали, что в противном случае вы отсудите у меня грузовик и гараж. Я им, естественно, не поверил и сказал, что тут какое-то недоразумение и Александр Викторович на такую подлость не способен. Это верно?

– Насчет сроков что-то я запамятовал и про начало сентября не помню – это во-первых. Во-вторых, в последнее время у меня очень стесненные денежные обстоятельства. Инфляция и все прочее, понимаешь. Несу убытки. У меня теперь каждая копейка на счету. Я – деловой человек и не могу рисковать своим бизнесом. Пойми меня правильно – ничего личного, – заверил Лысый. – Мне только нужны все мои деньги, срочно. А те ребята погорячились, наболтали лишнего. Молодые еще, горячие.

Егор попытался возразить:

– У меня все деньги вложены в дело. Раньше сентября я не смогу раздобыть такую сумму.

– Так ты хочешь сказать, что не сможешь вернуть мне долг? – огорчился Лысый.

– Необходимо время.

– Ай-яй-яй. – печально покачал головой авторитет. – Разорит меня моя доброта. Делаешь людям добро, даешь им деньги, а они тебя выручить не хотят. Разоришь ты меня, Жорик, в конец разоришь. Что же нам с тобой делать? – задумался он. – Единственный выход, что мне сейчас на ум приходит, – это продать твой грузовик и гараж. Да. Это единственный выход.

Егор был готов к такому обороту дела. Ничего другого он и не ожидал. Поэтому слова авторитета воспринял спокойно.

– Их не продашь за несколько дней, а, как я понял, деньги нужны вам срочно.

– В том-то и беда. – вздохнул Лысый. – Ну, чтобы тебя выручить, я могу взять их в счет долга, а потом попытаться продать. – он задумался. – Хотя не знаю. Я в этом совсем не разбираюсь.

– Они ведь стоят в несколько раз больше! – не выдержав, возмутился Егор.

– Возможно, – вынужден был согласиться Лысый. – Но найди мне за день покупателя, который даст за них полную сумму. Пожалуйста, ищи! Может быть, тебе и повезет, в чем лично я не уверен. Деньги делают не дураки. Кто станет покупать вещь сейчас, если через час ее можно будет купить за полцены?

«Сукин сын! – подумал Егор. – Ловко все рассчитал. Все предусмотрел.» Но вслух он произнес:

– Александр Викторович, это же несправедливо! Как же мне без машины? Она моя жизнь, мой хлеб. Я же – дальнобойщик!

Краем глаза он заметил, что человек со шрамом, до этого вполуха слушавший разговор, бросил на него заинтересованный взгляд. Что-то в его словах заставило бандита призадуматься. Однако Егору сейчас было не до подобных пустяков, и он не придал этому значения.

– А что я могу поделать? – пожал плечами Лысый. В нем было столько сочувствия, сколько бывает у кота, забавляющегося мышью.

Тогда Егор осторожно предложил:

– У меня есть одно предложение, которое может вас заинтересовать.

– Да?

– Что если вам подождать до начала следующего месяца. – начал он.

Лицо авторитета разочарованно вытянулось. Егор продолжил:

– Если вы повремените с долгом, то я смогу выплатить комиссионные. Тридцать процентов в долларах, и никаких хлопот и проблем с продажей грузовика и недвижимости. Вы ничего не теряете.

– Хм. – Лысый задумался.

Механически поглаживая гладкий затылок, он просчитывал все плюсы и минусы нового предложения.

Наблюдая за авторитетом, Шувалов все больше и больше склонялся к мнению, что тот согласится. То ли оттого, что желаемое выдавал за действительное, то ли потому, что не сомневался: раз это не очень выгодно ему, то выгодно кому-то другому. Егор готов был уже ликовать.