Андрей Волковский – Спецотдел (страница 10)

Ребята из спецназа сидели кругом, аккуратно, но твёрдо поддерживая кокон, стоящий на подстилке из изрисованного знаками брезента.

Азамат и Максим разместились напротив друг друга, изрядно зажатые силовиками, облачёнными в бронежилеты и разгрузки.

Спецназовцы вполне закономерно смотрели на кокон с подозрением. Максима он тоже настораживал. При свете выяснилось, что кокон не белый, как казалось в темноте отвала, и не идеально круглый. По форме Азаматова находка напоминала скорее дыню, а цветом — старые кости. Ассоциация была неприятная, и Кошкин еле сдержался, чтоб не поёжиться. Не хватало ещё спецназ смешить.

Оба маленьких оконца грузовика были занавешены, так что оставалось только догадываться, где они едут. Кошкин решил, что где-то на выезде из Луговки. Скоро должен быть перекрёсток с Советской. Потом минут двадцать почти по прямой до перекрёстка с проспектом Героев. А там до центра ещё минут пять-десять, смотря как ехать: если через площадь Славы, то…

Точно! Славик!

Кошкин мысленно отругал себя за невнимательность и полез за телефоном, чтобы написать Русланову приятелю.

Где-то снаружи раздался пронзительный автомобильный сигнал — Кошкина швырнуло сначала на одного силовика, потом на другого.

Максим уронил телефон, пребольно врезался локтем в какую-то часть обмундирования соседа и чуть не рухнул на кокон.

Грузовик встал. И тут же получил удар сзади. Несильный, но ощутимый, со скрежетом.

— Целы? — рявкнул водитель.

— Да! — отозвались сразу трое или четверо спецназовцев.

— Урод какой-то на красный пролетел, чтоб его!

Судя по звукам, водитель вышел из кабины и пошёл оценивать масштабы аварии.

Максим глянул на Азамата: тот потирал ушибленную то ли о соседа, то ли о стенку голову, и решил проверить, не Егор ли их стукнул.

Он уже начал подниматься, когда раздался напряжённый голос Азамата:

— Кокон треснул.

— И чего? — спросил сидящий рядом спецназовец. — Думаешь, не успеем до вашей лабора…

— Красная тревога! За город! Живо! — заорал спец по редким существам так, как не орал никогда.

Старший спецназовцев, не переспрашивая, тут же повторил во весь голос:

— Красная тревога!

Снаружи послышались торопливые шаги водителя, хлопнула дверца — и грузовик круто развернулся через сплошную.

Азамат смотрел на кокон пристально и без тени улыбки. Словно пытался навсегда запомнить происходящее. И знал, что это «навсегда» будет совсем недолгим.

— Что делать? — прогудел кто-то из силовиков.

— Надеяться, что успеем уехать из жилого района, — ровным голосом сказал Азамат. — Это «дракон».

Кошкин, почему-то не чувствуя паники, подумал, что успеть уехать должны: вернутся к промзоне, потом махнут за новый квартал — там рукой подать до Берёзовки, пригородной лесной зоны. Там ёлочки в снегу, зимние берёзки, светящаяся лесная мелочь — красота. Мысли ворочались в голове лениво и медленно, и Максиму пришлось заставить себя думать о деле.

Что они будут делать, когда приедут в Берёзовку?

— Спокойно, — сказал старший силовиков. — «Драконы» не сами вымерли. Их люди истребили. Что нужно делать?

Азамат нехотя отвёл взгляд от кокона, словно опасался, что стоит перестать смотреть, как «дыня» растрескается окончательно и выпустит на свет существо.

Сказал лекторским тоном:

— «Пыльный дракон влияет на материю. Может развоплощаться в пыльный шлейф на несколько секунд. Способен выпить жизнь и кровь за несколько минут. Сведения о драконе скудны и неоднозначны». Конец цитаты.

Потом встряхнулся и добавил почти обычным голосом:

— Ты прав: мы должны с ним справиться. Хотя это будет очень непросто… Нужны артефакты, которых у нас нет. Даже в лаборатории. Есть мнение, что «драконы» боятся грома и молнии, если это нам чем-то поможет.

Кокон шевельнулся — и трещина стала шире и длиннее, разделив сферу почти пополам.

Старший спецназа связался с диспетчером и обрисовал ситуацию.

Кошкин поднял телефон: его экран тоже «украшала» трещина. Но, конечно, не настолько впечатляющая.

Разбитый экран показывал три сообщения:

«Что случилось? Еду за вами» — Егор.

«Что у вас?» — стажёр.

Несколько фотографий праздничного стола от мамы с текстом: «И всё это без тебя!»

Кошкин криво усмехнулся: только бы не навсегда без него. Только бы в следующий раз семье не пришлось собраться по скорбному случаю — и снова без него. То есть с ним, но…

Грузовик в который раз тряхнуло на повороте. На коконе рядом с первой трещиной появилась вторая. Потом ещё одна.

— Может, прибить его, пока не проснулся? — спросил один из спецназовцев.

Азамат, снова внимательно глядя на кокон, покачал головой:

— Убить не получится. А вот разозлить — да.

Кошкин набрал сообщение Егору:

«Красная тревога. Дракон просыпается. Едем в Берёзовку. Передай стажёру».

Потом маме:

«Жаль, что без меня. Люблю вас».

Послышался слитный вздох спецназовцев, и Кошкин, торопливо спрятав телефон, глянул на кокон. Тот заметно дрожал, весь покрывшись трещинами.

— Начинается… — тихо сказал Азамат.

Старший стукнул в стену и крикнул:

— Стоп!

Грузовик резко остановился, в очередной раз тряхнув сидящих внутри людей.

Спецназовцы высыпали наружу, увлекая за собой Кошкина и Азамата.

Вокруг трассы темнел зимний лес. Позади мерцал фонарями и окнами город. Вот и хорошо.

За грузовиком притормозили две машины: красная и серебристая. Хлопнув дверцами, из них почти синхронно выскочили Егор и новичок.

— Дальше отходим! Дальше! — крикнул Азамат.

Люди бросились с дороги в сторону леса, оглядываясь на бегу. Секунду спустя сквозь борта пробились два чёрных пыльных облака, ярко заметные на фоне снега. Вот это размах! Метров десять, а то и больше!

Грузовик приподняло метра на полтора — будто кто-то потянул его вверх за кузов. Потом тряхнуло, повело влево — и пыльный дракон наконец выбрался наружу. Грузовик рухнул на обочину, как мёртвый зверь.

А в воздухе над людьми и поверженным автомобилем завис монстр. Чёрно-серый вихрь, пытающийся стать то ли животным, то ли чудищем из жуткого сна. На «классического» дракона он походил мало, но обладал подобием крыльев, зубастой пастью и четырьмя лапами.

— Огонь! — рявкнул чужой старший.

Оглушительные автоматные очереди не нанесли существу урона.

Дракон ринулся на людей, теряя форму и становясь вихрем. Четверых спецназовцев раскидало как кукол — вспыхнула защита на броне. Двое из четверых упавших тут же вскочили.

Дракон шарахнулся в сторону, будто обжёгшись. Завис в воздухе, то ли оглядывая людей, то ли выбирая, куда лететь.

Три непонятных Кошкину командных выкрика — и спецназовцы перегруппировались.