Андрей Ветер – Под сводами высокой лжи (страница 7)

Катя попыталась что-то сказать, но получилось лишь глухое мычание.

— М-м-м, — ответил Юра. Его правая рука быстро спустилась вниз по её телу и без особого труда подняла подол ночной рубашки, под которым трепетали холодные ноги и бёдра Катерины. Она попыталась остановить его руку, но не очень старалась.

— Ты постелила нам вместе, Катька, — прошептал он, — ты не имеешь права сопротивляться, это просто подло с твоей стороны.

Она смотрела на него огромными глазами, которые в темноте казались ещё больше, и этот взгляд, полный одновременно ужаса и жажды познаний, остался в памяти Юрия на всю жизнь.

— Трусиха… и бесчестная девчонка…

— Я хочу, Юр… Я на самом деле хочу, но я не могу. Я уже сказала тебе…

— Помню: твоя девственность принадлежит твоему будущему мужу, — прошептал он, не прекращая мягко оглаживать внутреннюю сторону её бёдер, — но зачем же ты легла рядом?

Через несколько минут он потянул её рубаху вверх, и девушка послушно вскинула руки, помогая ему избавиться от невесомого одеяния.

— Твоя девственность останется при тебе, Катюша…

— Я прошу тебя.

— Такой сволочной девки я ещё не встречал.

Она лежала рядом с ним, открытая всем его прикосновениям, тонкая, вытянутая, с круглыми мягкими грудями, плоским животом, чёрными немигающими глазами. Руками и губами он терзал её груди, ощущал вкус её кожи и твёрдость крупных сосков. Не меньше часа прошло в изнуряющей любовной игре, окутанной звуками шуршащих простыней и глубокими девичьими стонами.

— Всё, милая, хватит, — сказал в конце концов он, — теперь ты сделай что-нибудь.

Он стянул с себя трусы, и через несколько минут он почувствовал на себе её пальцы. Она трогала его неумело и боязливо, то стискивая основание, то хватаясь за кончик.

— Я боюсь, — донёсся до Юры её захлебнувшийся голос.

— Твоя девственность останется при тебе, — повторил Юра.

Она всхлипнула в ответ и жадно обняла его бёдра. Природное знание сценария любовной пьесы вдруг пробудилось в ней, и Катя ритмично задвигала пальцами. Вскоре её рука стала мокрой от его семени. Юра благодарно поцеловал девушку.

— Я хочу знать всё, — прошептала она. — Спросить мне не у кого. Подруг у меня нет. Да мне и признаться им стыдно в том, что я до сих пор ни с кем не была. В институте девчонки об этом только и шушукаются, хвастают новыми парнями.

— Да, — отозвался он, — в некоторых кругах девственность никогда не была в почёте.

— Почему так? Разве это плохо?

— Не плохо и не хорошо. Ты сама-то как думаешь? — Он потянулся. — У тебя тело давным-давно созрело, а ты искусственно лишаешь его того, что ему надо. У тебя просто мозги набекрень поедут однажды. По-моему, ты глупишь… Ладно, я схожу в душ.

— Я всё правильно сделала? — Катя остановила его за руку.

— Правильно.

— Можно ещё?

Так прошли три ночи — ночи, подарившие им обоим удовлетворение. Как ни странно, эти отношения показались им обоим абсолютно естественными и закономерными. И всё же, ублажая друг друга, Юрий и Катерина настоящими любовниками не были.

— Скажи, — спросила она, — а если бы у тебя была жена, это считалось бы изменой?

— Я думаю, что большинство жён сочло бы изменой уже тот факт, что муж потискал другую женщину за титьки или задницу. Моя мать ревновала отца лишь за то, что он смотрел на кого-нибудь… Впрочем, ты спроси у себя. Ты ведь когда-нибудь станешь женой. Тебе виднее.

— Я бы хотела, чтобы у моего мужа была именно такая любовная связь, а не другая. Как-то спокойнее.

— Смешная ты девчонка, Катюша.

***

Учёба в институте шла своим чередом. Жизнь выглядела лёгкой и беззаботной. Один за другим приятели Юрия покидали систему координат холостяцкой жизни, окольцовывая пальцы тонким золотом и устраивая пышные свадебные застолья. Иногда Юрию казалось, что свадьбы случались чаще остальных праздников. Это было повальное увлечение, эпоха банкетных залов, цветов, поздравлений и пьяных ссор.

Когда Игорь Петров, больше известный среди своих друзей как Петруша, объявил, что намерен жениться, Юра ничуть не удивился.

— В добрый час, Петруша, в добрый час. Только не забывай, что некоторые из наших корешей, успевшие расписаться на первом курсе, уже развелись.

— Юрик, я женюсь не для того, чтобы потом разводиться, — убеждённо ответил Игорь.

На свадьбе, устроенной в малогабаритной квартире Петровых, Юра увидел среди гостей Татьяну Зарубину. Он часто встречал своих знакомых в компаниях, где не ожидал их увидеть, и потому утвердился в мысли, что мир тесен. И всё же появление Татьяны в квартире Петруши немало удивило Юрия. Поразила и её внешность. Густо-чёрные глаза, тёмный разлёт бровей и подлинно золотые волосы — не раскрашенная солома, а натуральное шёлковистое золото. Чудесное существо!

— Вот так встреча! Здравствуй, Танечка, — обрадовался он. — Какими судьбами? Давно тебя не видел.

— Года три уже, а то и больше того, — девушка улыбнулась.

— Ты похорошела, повзрослела. Даже не похорошела, а стала просто шикарной, — сказал Юра с восхищением. — Где же были мои глаза раньше?

— Раньше твои глаза упирались в моих подружек, — ответила Татьяна, оттенив свои слова капелькой ядовитой краски.

— Ты не права. Я на твоих подруг не заглядывался. Когда нам восемнадцать, то шестнадцатилетние девочки кажутся нам слишком маленькими. Ведь я у тебя на твоё шестнадцатилетие был? Однако проходит время, и те, кто был вне поля нашего зрения, вдруг делаются исключительно привлекательными и начинают дразнить нас своей красотой, — Юра состроил виноватую мину. — Прости старого друга, Танюша.

— Прощаю и разрешаю тебе по старой дружбе немного поухаживать за мной, — девушка изящно потрепала ладошкой его по плечу. — Кстати, познакомься. Это мой друг, его зовут Олег. Знакомьтесь.

Стоявший справа от неё высокий парень ощупал Юрия прозрачными глазами и кивнул. Молодые люди пожали друг другу руку. В пожатии Олега чувствовался вызов, Юрий не понравился ему.

Через час Юра подошёл к Татьяне:

— Танюха, твой чувак меня донимает, — Юра смотрел на девушку с растерянностью. — Я не понимаю, в чём дело, но он категорически против того, чтобы я с тобой танцевал, и сказал мне об этом открытым текстом.

— Не обращай на него внимания.

— Он, видишь ли, угрожает мне. Я бы не хотел испортить вечеринку Петруше. Не знаю, насколько ты хорошо знаешь эту семью, но я-то с Петрушей ещё в интернате корешился, у нас давняя дружба.

— Не переживай, — твёрдо ответила Таня. — Если Олег будет наглеть, я разрешаю тебе надавать ему тумаков.

— Таня, милая, ты не знаешь, ты не представляешь, насколько ты мне нравишься, но мне не нужно твоего разрешения для того, чтобы засветить кому-либо в глаз. Просто я не желаю портить вечер Петруше, набив морду его приятелю. Скажи мне, кто здесь чей знакомый: с Петрушей дружишь ты этот Олег?

— Я, — улыбнулась она, — Олег просто при мне.

— Тогда мои руки развязаны.

Юра чмокнул девушку в щёку и скрылся в коридорной толпе. Минут через пять он увидел над собой белобрысую голову Олега и его хамоватую улыбку.

— Старик, нам надо поговорить, давай выйдем.

— Разве есть тема для разговора? — Юра пожал плечами.

— Не валяй дурака, ты прекрасно понимаешь. Или ты сдрейфил? — улыбка Олега сделалась ещё более самоуверенной.

— Если ты настаиваешь… Пойдём на лестничную клетку, чтобы здесь не шуметь, — Юрий был уверен в себе: уже два года он занимался карате.

Они остановились на лестничной клетке. Олег был почти на голову выше, смотрел сверху вниз.

— Ну вот что, — начал он и взял Юрия за воротник и потянул к себе.

Схватка получилась короткой. Юрий сделал подсечку ногой и двумя быстрыми ударами в наглое лицо опрокинул Олега навзничь. Падая, тот стукнулся белобрысым затылком о стену. Самоуверенность испарилась, но Олег не остыл.

— Ты просто сволочь, — прошипел он, наливаясь злобой.

— У вас дурные манеры, сударь, — ответил Юра. — Надеюсь, тема на этом исчерпана?

Олег поднялся, сжимая кулаки, но не сделал ни шагу в сторону соперника, испытав внезапный прилив сильного головокружения. Он прислонился к стене и прикрыл глаза.

— Головка бо-бо? — сочувственно спросил Юра и пошарил в кармане в поисках носового платка. — Ладно, пойдём в хату. Возьми-ка платок, а то у тебя из носа сочится.

***

Годы, проведённые в институте, внезапно закончились. Юрию показалось, что эти пять лет, бурных и ярких, могли запросто поместиться на его ладони — таким крохотным оказался этот беспечный отрезок жизни, переполненный любовными играми и хороводами новых знакомств. Вроде бы только что каждый день был бесконечным и беззаботным, и вдруг всё круто изменилось.

Поднявшись на очередную ступень по лестнице жизни, Юрий обнаружил себя в тесном пространстве конторы, уставленной столами, заваленной бумагами, загромождённой компьютерами, наполненной ровным гулом голосов, принтеров и телефонных звонков. Фигуры в белых рубашках, стильных пиджаках переходили из комнаты в комнату, все наполнены чувством собственной значимости и стремлением сделать быструю карьеру, в воздухе витал запах духов, лосьёна для бритья, растворимого кофе.