Андрей Вербицкий – Безжалостный край (страница 60)

Бер поднялся с колен. Его начинало колотить — сказывалась слишком большая отдача собственных жизненных сил.

Сквозь толпу, помогая себе локтями, к ним пробилась симпатичная темноволосая девушка. Увидев лежащего, она вскрикнула: «Мишка!», зажала рот руками и медленно, как сомнамбула, стала приближаться к умершему.

— Уведите ее, — прошептал Бер. Не дожидаясь, пока его просьбу исполнят, он развернулся и пошел прочь, стараясь ни на кого не смотреть.

Ему пытались что-то говорить, но он ничего не слышал. Не обращая на людей внимания, Александр поднялся в комнату и без сил рухнул в кресло. Он застыл, обхватил голову руками, мышцы лица будто закаменели. Вода стекала с волос на лоб, перебиралась на щеки, оставляя мокрые дорожки, и Бер сам уже не знал — слезы это или дождевые капли…

Глава 22

Никогда раньше Бер не думал, что дождь может быть таким долгим. Он лишь изредка успокаивался, затихал ненадолго, сменяясь моросью. А затем с новыми силами штурмовал землю. Мало кто решался выйти на улицу, потому что потоки воды в прямом смысле не давали вдохнуть полной грудью — настолько были плотными.

Непогода бушевала вторую неделю, отчего многие были на грани депрессии. И уж точно никто больше не радовался уходу ненавистной жары. Хорошо, успели хоть как-то подготовиться, и двор сейчас представлял собой грязное месиво, а не огромную лужу по колено. Городу «повезло» меньше — он тонул, захлебываясь водой. Что будет дальше, не хотелось даже думать.

В дверь постучали.

— Можно? — послышался голос Никифорова.

— Заходи, — пригласил Бер.

Дверь распахнулась. В комнату, опережая Вячеслава, проскочила Дана и, виляя хвостом, подошла к хозяину. За ней тянулась цепочка грязных следов. Бер поначалу хотел шикнуть на собаку и прогнать, но увидел в глазах овчарки немой вопрос: «Ты меня жалеть будешь?» Он хмыкнул и почесал Дану за ухом. Рука сразу стала мокрой.

— Ах ты, хитрая псина! Подлизываешься? Ну и как там погодка? Раз мокрая, значит, дождь, как всегда…

— Хорошо, что ты уже встал, — сказал Никифоров.

— Давно уже, — согласился Бер. — А с каких это пор ты спрашиваешь разрешения войти? Обычно чуть ли не ногой открываешь.

— Да ты изменился очень после несчастного случая с Михаилом. То молчишь, будто в рот воды набрал, то рычишь на всех, — ответил Вячеслав. — Может, хватит заниматься самобичеванием?

— Если бы… — начал было Бер, но Никифоров перебил его:

— Знаю, знаю. Слышали уже: «Если бы я занимался совершенствованием своих способностей, то смог бы его спасти»… И кому от твоих моральных угрызений легче? Тебе, мне? Или другим в клане? Девку тебе нужно, — не дождавшись ответа, заключил Никифоров.

Бер недоуменно посмотрел на Вячеслава.

— И не смотри на меня так. Не надо было отпускать Дарью. Девица скрасила бы тебе ночи темные, убрала думы тоскливые. — Последнюю фразу Никифоров произнес нараспев, чем вызвал у Александра улыбку.

— Чего пришел-то?

— Проверить, в порядке богатырь али нет, да на трапезу утреннюю сопроводить, — продолжал дурачиться Вячеслав.

Бер уже откровенно рассмеялся. Нехитрые уловки друга сумели поднять ему настроение.

— Пойдем поедим, пока занятия не начались, — согласился он. — Да в порядке я. Это дождь на нервы действует. Дана, вперед! А то вся твоя еда Пушку достанется.

Собака все поняла правильно и опрометью выбежала в коридор. Отдавать этому переростку самое вкусное? Не в этой жизни!

— Как там, кстати, успехи с учениками? — по дороге спросил начальник службы безопасности. Вопрос был не праздный. Вячеславу действительно хотелось знать, более того, нужно было знать. У него были планы на учеников Бера и способы применения их новых возможностей. Он давно все придумал и с нетерпением ожидал, когда друг позволит использовать людей, естественно, взрослых, а не детей, в военном деле. Больше всего он хотел найти ублюдков, расправившихся с мирными зареченцами, кости которых нашли еще во время первого нападения гноллов. И ведь наверняка бродят где-то рядом! Никифоров всерьез надеялся на то, что ученики Александра быстро отыщут убийц. Самого друга он не хотел отвлекать от многочисленных обязанностей.

— Движемся вперед помаленьку, — ответил Бер. — Не хватает знаний. Не разработаны методики обучения. Приходится тренироваться сначала мне, потом передавать полученный опыт остальным. Это растягивает процесс. И у меня нет уверенности, что то, чему я учу наших людей, можно применять во всех ситуациях. В первую очередь это касается медицины. В каждом конкретном случае можно действовать по-разному, и сложность в том, какой способ выбрать, — ударился в пояснения Александр. — Эх, не гожусь я в учителя!

— Опять себя жалеешь?

— Да при чем тут это?! — возмутился Бер, когда уже подходили к столовой, из которой доносились голоса. — Я не ученый и не преподаватель. Не умею я доступно объяснить материал. Многое только-только сам стал понимать и действую больше интуитивно, чем опираясь на знания и опыт.

— Разъясняй только то, что сам понимаешь и умеешь.

— Я так и делаю.

— Мало чем могу помочь. Разве что посоветовать законспектировать все, что ты успел наработать. Создай хоть какой-то учебник или методичку, называй как хочешь. И потом, добивайся от учеников главного — умения анализировать. Пусть не сразу, но появится человек, который сможет, опираясь на данные тобой знания, продвинуть новую науку дальше.

Бер задумчиво посмотрел на своего товарища. В рассуждениях Вячеслава имелось рациональное зерно.

«Это стоит обдумать», — решил Бер и вместе с Никифоровым и овчаркой вошел в столовую, где уже завтракали многие клановцы.

Перед Александром сидели все его ученики. Занятия шли в просторном помещении на первом этаже, где в другое время проводились совещания и важные мероприятия, требующие присутствия большого количества людей.

Учеников было не так уж много — всего семеро детей и восемь взрослых. И как раз взрослые являлись для Бера головной болью. Они слегка стеснялись того, что им приходится учиться одновременно с детьми, да что скрывать — сильно стеснялись! К тому же плохо усваивали материал, изрядно тормозя учебный процесс. Сказывалось устоявшееся мнение об экстрасенсах, магии и, как выразился один из учащихся, «тому подобной чепухе». Не последнюю роль играла и гибкость мышления. Дети быстрее и с большей охотой воспринимали новое и необычное. Александр серьезно задумывался о разделении групп на старшую и младшую. Раньше это было невозможно по причине его собственной занятости, но, пока в разгаре сезон дождей, почему бы не воспользоваться случаем?

— Вчера я рассказывал вам об энергетических структурах различных живых организмов и способах манипулирования этими структурами. Каждый из вас уже умеет видеть их. — Бер посмотрел на немолодого мужчину, у которого «дар» обнаружился совсем недавно. Стоило больших усилий убедить его заниматься. Мужчина упирался, как будто его заставляли делать нечто непристойное. Вот и сейчас он сидел и с недоумением осматривался, словно говоря: елки-палки, куда же это я попал? «Надо будет опять поговорить с ним по душам. Или отпустить, если так и не поймет важность происходящего. Иначе будет мучиться и мешать остальным», — сделал себе зарубку на память Александр и продолжил: — Так вот, у людей, как вы знаете, структура достаточно сложная и требует большого внимания с вашей стороны. Малейшая ошибка может привести к печальным последствиям, прежде всего для человека, которого вы возьметесь лечить. Однако и вам может грозить опасность, если вы не научитесь правильно распределять энергию в собственном теле, ведь вам придется иногда излечивать серьезные раны и черпать энергию из собственных запасов. Значит, каждому из вас необходимо научиться аккумулировать ее и правильно расходовать без ущерба для себя. Как и где накапливать жизненные силы, вы узнаете из сегодняшнего и нескольких последующих уроков…

В некотором смысле Александр не столько учил, сколько учился сам. Чтобы не ударить в грязь лицом и иметь возможность рассказать на уроках нечто познавательное, ему приходилось ежедневно тренироваться, взяв за основу воспоминания о прочитанном и небольшую коллекцию книг по экстрасенсорике и эзотерике. Некоторые из них он успел приобрести до катастрофы и теперь пытался вычленить из написанного то, что действительно сможет пригодиться, а главное — работает.

К своему удивлению, пусть не все, но многое, на Земле казавшееся недоступным или полным бредом, здесь действовало. Перед Александром лежала тоненькая брошюрка по созданию амулетов. Он купил ее, толком не понимая зачем, и даже не открывал ни разу.

Идею создать амулет подал один из учеников, спросив у Бера, возможно ли передавать предметам часть энергии с целью накопления и дальнейшего использования ее любым желающим. Александр тогда не смог ответить, но идеей заинтересовался и теперь сидел перед раскрытой книгой, задумчиво вертя в руках небольшой округлый камень, подобранный во дворе.

Он пытался понять, можно ли применить к камню воздействие, описанное в брошюре. В голове родилась мысль сделать «амулет пассивной защиты», чтобы человек, носящий его, смог при необходимости получить дополнительную энергию. Чтобы чуть быстрее побежать или чуть выше прыгнуть. Для человека, не имеющего паранормальных способностей, это был шанс избежать смерти. Причем желательно, чтобы не требовалось даже думать об амулете — все должно произойти само собой. Ведь во время стрессовой ситуации мало кто вспомнит о каком-то камешке в кармане. Значит, предмет должен быть связан с его носителем и принимать соответствующие сигналы от организма — например, реагировать на выброс адреналина или ощущение боли. Затем резко высвобождать накопленную энергию, и — вуаля! — ты бежишь, уклоняешься, прыгаешь и «чудом» избегаешь неприятностей.