Андрей Величко – Хроники старого мага (страница 92)

— Зачем пришёл?

Я понимал его мысли. На мне было много работы по лечению. Висело большое количество медицинского имущества. А ещё, по мысли полковника, я был очень ценным, чтобы рисковать мною и отпускать из-под присмотра. Пришлось объяснить, что хотел осмотреться вокруг, увидеть всё своими глазами. Полковник показал на подзорную трубу, объяснив, что и сам мог это сделать. Пожав плечами, я указал на обломки арки. Пришлось объяснить, что мне придётся сделать отчёт об этом магическом артефакте в Академию. Обо всех подобных предметах мы сообщаем совету магов, а по возможности изучаем, чтобы развивать нашу магию. Это нужно, чтобы научиться создавать такие артефакты самим, а заодно научиться противодействовать им. Сегодня нам повезло, но могло быть иначе. Он кивнул и разрешил мне осмотреть артефакт. Но перед этим я включил второе видение и осмотрел окрестности. Мне не хотелось попасть в руки врага, пока я буду здесь возиться. Вершина холма давала прекрасный обзор. Медленно осмотревшись, я успокоился. Полковник попросил меня сообщить, что я видел. Пришлось сообщить, что на расстоянии двух верст нет ни одного орка или гоблина. На противоположном холме, я указал направление, находится наблюдательный пост врага. За тем холмом находится большое скопление войск. Примерно в две тысячи бойцов. Ещё много орочьих отрядов и отдельных воинов рассыпаны по окрестности дальних лесов. Я указал лесные массивы по обе стороны противоположного холма. Но, судя по ауре этих воинов, можно не беспокоиться о нападении, по крайней мере, сегодня. Полковник кивнул головой.

Я отошёл к развалинам арки. Пришлось перешагивать через обломки конструкции. Я внимательно рассматривал обломки вторым зрением, пытаясь уловить нюансы этого строения. Я понимал, что внешняя, физическая форма в этих строения имеет мало значения. Она высчитывается технически, соответственно пропорциям. Самое важное было спрятано внутри, являясь начинкой данной конструкции. Своим вторым видением я пытался рассмотреть эту начинку. Здесь всё могло быть важным. И особое строение внутренних деталей, и разные виды излучений, преломляемые физическими линзами, и место расположения накопителя энергии. Через некоторое время мне стало известно, что передо мной находится сложный прибор. Внутри обломков известкового камня располагались тонкие пластинки кварца и гранита, совмещенные в безумно сложную мозаику. Между пластинками наблюдались тонкие полоски гранитных соединений. Роль накопителя энергии выполняли столбы, выполненные слоями гранита и кварцита, покрытые снаружи и между собой слоем известняка. Ныне накопители были разрушены. Я изучал обломок за обломком, откладывая картинки в своей памяти. Много лет после этого я пытался воссоздать картины на пергаменте. Даже обращался к мастерам проникновения в память, но воссоздать механизм мне так и не удалось.

Дополнительной проблемой стало то, что, разрядившись, накопители снова стали накапливать энергию. Вернее, та часть, что ещё оставалась целой. В центре бывшей арки стало появляться свечение. По мере того, как становилось темнее, это свечение становилось видным. Я старался обходить это место стороной.

— Смотри-ка, а тут светец!

Раздался прямо надо мною голос одного из лучников, стоявших в дозоре. Я обернулся вовремя, чтобы увидеть, как он тянется рукой прямо в зону свечения. Я не мог его достать рукой, чтобы остановить, а потому ударом посоха по руке обозначил его место.

— Ты чаво? — возмутился боец.

— Руками не трогать! Видел, что этот огонёк наделал на поле? — я мотнул головой в сторону равнины. — Хочешь остаться без руки?

— Так, вы оба, марш оттуда! — скомандовал полковник.

Солдат испуганно попятился назад, тряся рукой. Я повернулся, чтобы успокоить полковника уверением, что сам я близко к опасности не подхожу. И замер в изумлении. Моё второе видение ещё не было отключено. По площадке вершины холма, прямо в моём направлении шёл Смерть. Его худая длинная фигура буквально плыла над поверхностью земли, хотя он и переставлял ногами. Под его капюшоном были видны кости черепа, а в глубине его глаз был виден зеленоватый свет. Я мгновенно побледнел от страха. Мои волосы на голове зашевелились, а по спине потекла тонкая холодная струйка пота. Смерть шёл прямо на меня. Время замедлилось. Вспомнились сказки о том, что когда волшебник умирает, то Смерть лично приходит за ним. Неужели моё время пришло? Умирать в самом начале жизни совершенно не хотелось. Я попятился назад, пытаясь отодвинуться от того, кто хотел оборвать мою жизнь. Я попытался сделать шаг назад и споткнулся о лежащий камень. Я потерял равновесие и стал заваливаться. К несчастью для меня, моё тело падало прямо в центр бывшей арки, прямо туда, где находился «светец». Раздался истошный вопль полковника: «Лови его!», обращённый к бойцу. Боец пытался меня поймать, но не успел. Я вместе со своим снаряжением упал на землю. В следующий миг меня объяло пламенем бледно-голубого цвета, мир вокруг меня свернулся по спирали и стал уменьшаться в размерах. Его уносило от меня.

***

Я умер? Пронеслось у меня в мозгу. И совсем не больно. Я оглянулся. Вокруг было пространство белого сияния с едва заметными разводами голубого цвета. Оно плыло мимо меня. Пространство было хорошо освещено. Или мне так казалось. Меня несло сквозь это пространство в неизвестном направлении. В моих мыслях пронеслись картинки древних легенд. Одна из них подтвердилась — за мною пришёл Смерть лично. Я погиб глупо, по собственной неосторожности, упав в «светец». Смерть забрал мою жизнь. Значит сейчас я уже на «том свете». А что же меня там ждёт? Ответ пришёл в виде картинки. Люди, побывавшие за гранью смерти, и вернувшиеся, рассказывали разные сюжеты, но сходились в двух основных вариантах: либо падение во тьму, а потом — ад; либо светлый туннель, а потом тебя в конце ждёт Всевышний. Судя по всему, я был в светлом туннеле. А значит, меня в конце должна была ждать встреча со Всевышним. Надо повернуться и встретиться с ним лицом, а не спиной, как сейчас. А то ведь может посчитать за невежливость. Я приложил усилия воли, и меня развернуло в сторону предполагаемого конца пути. Второе видение было включено и там, в конце пути, я разглядел окно, по форме напоминающее внутренний проход арки. И в этом проходе меня ждали… орки. Я летел в ад! Ужас охватил меня.

Дальнейшие мои действия были продиктованы инстинктом и отчаянием. Связь с башней не потребовалась. Вокруг было море энергии. Гул энергетических полей уже давно вибрировал в моём мозгу, только до этого мгновения я не обращал на него внимания. Мои руки разошлись в стороны. Тело стало вибрировать в такт энергетическому пульсу окружающих полей. Искать полярности под ногами орков и их противоположности на небе у меня не было никакой возможности, поэтому я произвёл чистый выплеск энергии. Усилием воли я проложил ионный след между энергетическими полями вокруг меня и орками снаружи. Я почувствовал треск разрядов и нарастающую вибрацию. Повторный ионный след не потребовался. Набрав в лёгкие как можно больше воздуха, я заорал:

— Магис перисулосум фульгур!

Раздался грохот. Моё тело сильно содрогнулось. Я почти оглох. Я был молнией и нёс смерть своим врагам. Я видел, как вытянулся разряд от меня к ним. Но это была не молния, а то самое бледно-голубое свечение, сгубившее армию орков. Я видел, как их тела содрогнулись от моего удара, как на них обуглилась одежда, а следом за ней плоть, начали рассыпаться кости. Зрелище было завораживающим и ужасным. А в следующий миг меня выкинуло наружу, прямо в окно арки, вместе с разрядом моего удара.

Много позже я узнал, что полковник жестоко избил бойца, повинного в моей «смерти». Рано утром отряд снялся со своего места и отправился в обратный путь. Армия орков шла следом, сохраняя дистанцию. Но не атаковала. Без проблем наш отряд вышел на нашу территорию. Полковник был в бешенстве и отчаянии. Он за один год потерял двух магов. А вот Император оказался в восторге от результатов этого похода. Длительный рейд. Уничтожение артефакта. Разгром вражеской армии. И за всё это было заплачено всего шестью жизнями. В том числе и мною. На радости он позволил полковнику сохранить под своим командованием весь свой отряд, расселив его по крепостям. О моей «смерти» горевали только бойцы нашей крепости и нашего отряда. Плакала Аликс. Люди осознавали, что обязаны мне жизнями. Среди расстроенных людей оказался и барон Филип де Бурнажак. Это был тот самый барон, которого я видел в свите Императора. Он поднял мятеж. По приказу Хозяина послал двух своих магов для усиления армии орков. А когда мятеж провалился, решил из него получить для себя пользу. Он сел за стол переговоров и выложил свои условия. Одно из условий этих переговоров, вернее просьба, была передать барону молодого, неопытного волшебника по имени Невил, только что закончившего Академию Магических Искусств, и попавшего служить на границу. Император отверг половину этих условий, а по остальным был найден компромисс. Император не хотел проливать кровь. Надо было срочно оказывать помощь пограничным крепостям, оказавшимся в осаде. Он тогда ещё не знал обо мне ничего. Решив, что большой беды не будет, с этим условием он согласился. Только прибыв на границу, он понял, в какую ловушку его поймали. Отдавать такого сильного мага как я, такому ненадёжному союзнику, как барон, было неразумно. Он постарался оттянуть этот момент, отправив меня в поход. Моя «смерть» устраивала Императора. В расстроенных чувствах барон отправился обратно домой в свои владения. По дороге на его кортеж напал «случайный отряд орков». Сам барон и его охрана погибли. Свидетелей не осталось. Поиск отряда орков, напавших на баронский отряд, результатов не дал. Император высказал семье барона соболезнования. Он не любил, когда его ловят в ловушки.