Андрей Величко – Хроники старого мага (страница 67)

— Что? — Переспросила Алкима.

— Не забивай голову. Это академическое слово, научное. Вам его знать не обязательно. Вы — практики, пользователи. Просто примите факт, что так есть.

До конца обеда сохранялась тишина. Я отдыхал, поедая пищу, и наслаждался этим. Стук ложек сопровождался далёким грохотом обстрела, доносящимся со стороны раскрытых окон. Только это и говорило, что мы находимся на войне. На этот раз тишину довелось нарушить мне. Я попросил окружающих рассказать, что произошло вчера после того, как потерял сознание на площади. Рассказы были сбивчивыми. Рассказчики перебивали друг друга, но в целом картина была следующей. После того, как я запустил заклятие строительства и потерял сознание, крепость стала отстраиваться заново. При этом сложенные камни были стянуты новым раствором, а снаружи покрылись слоем штукатурки. Крепость приобрела вид, какой она имела сразу после постройки. Сразу после этого обстрел прекратился, а противники отступили. Капитан приказал собрать все трупы в одном месте. Раненых принесли в лазарет. Туда же доставили меня. После разговора с капитаном, я заснул. После подсчёта потерь капитан провёл на закате похоронный обряд. Крепость потеряла почти треть своих защитников. В основном ополченцев, но пало и несколько опытных воинов. Было много погибших среди мирного населения, искавшего укрытия в стенах крепости. Особо тяжело было воспринимать гибель детей. Почти все они погибли в самые первые минуты обстрела, пока не было защитного купола. Но без защитного купола число потерь было бы неизменно большим. За что жители крепости мне благодарны. По идее все жители крепости должны были погибнуть ещё вчера. Я продлил их жизнь ещё на один день. Незаметно закончился обед. Было решено вернуться к своим обязанностям. В лазарете находилось ещё двое раненых. Их надо было вернуть в строй до начала штурма. Взгляд за окно подтвердил наши опасения. Стена была разрушена наполовину. Посуда была отдана работникам кухни, обедавшим в лазарете. После чего мы приступили к работе.

Когда мы заканчивали лечение второго раненого, к нам в гости заглянул капитан. С ним принесли бойца, неаккуратно попавшего под отлетевший от удара кусок камня. У него шла горлом кровь, а на груди виднелась большая рваная рана. Отпустив уже излеченного воина, на стол сразу уложили вновь принесённого бойца. Я наложил заклятие, а Назар и Алкима принялись за лечение. Капитан наблюдал за ходом операции некоторое время. После, обернувшись ко мне, он сказал.

— Спасибо за всё сделанное. У меня к тебе подарок.

С этими словами он вынул из-за пояса метательный нож и отдал мне. Он усмехнулся, а я сглотнул слюну от волнения. В моих руках был мой собственный нож, которым я убил орка во время вчерашней битвы. Взяв его в руки, я испытал определённый трепет. Меня настиг целый ряд эмоций, сейчас сразу все и не вспомнишь, настолько они были мимолётными.

— Спасибо…

Протянул я слабо.

— Теперь для всех. — Он подождал, пока мы обретём внимание. — Чтобы ни случилось, оставаться здесь. Вы мне нужнее здесь. Раненых вам принесут.

Обернувшись ко мне, он проговорил.

— Больше никаких молний и подвигов. Без вас мы долго не протянем. Понятно?

— Мы тоже так подумали. Молний больше не будет. В башне заряда только наполовину. Я поставил защитный купол с утра. Теперь энергии только на то, чтобы заново отстроить крепость. Надо дождаться начала штурма. Потом я сразу отстрою стену, и штурм закончится. Надо только, чтобы мне дали знать, когда это сделать.

Капитан кивнул. Сообщил, что перед началом штурма протрубят в сигнальный рог и ударят в гонг несколько раз. Это и будет сигналом. Сразу после этого он ушёл. Жизнь вошла в своё привычное русло.

Предусмотреть всего, конечно, невозможно. Мы уже достаточно долго отдыхали, когда протрубил боевой рог и на башне как бешенный застучал гонг. Это был сигнал к началу штурма. До нас донеслись крики идущих в атаку воинов. Оставив посох прислонённым к кровати, возле которой сидел, я встал и выпрямил спину. Приложив камень кольца ко лбу, я быстро нашёл нужное заклятие. Мысленно я соединился с магической башней. Магический столб отозвался гудением. За время, прошедшее с утра, он успел подзарядиться. Я мысленно прошёл всю схему заклинания, подключил детали и активировал нужные каналы. Набрал в лёгкие воздуха и произнёс пусковую фразу.

— Ресургере Максима Структуре.

Я почувствовал, как произошло движение энергии. Внутренний взор показал мне, как задрожала земля и камни, составляющие когда-то стену крепости, зашевелились и поползли в сторону разрушенной стены. Моя задача была выполнена. Однако крики и шум битвы, доносящиеся до нас, не прекратились. Дойдя до окна, я выглянул на улицу. Зрелище было неутешительным. На верхних площадках восточной и западной крепостных стен шла ожесточённая битва между нашими воинами и вражескими. В основном на стенах бились гоблины. Орков было видно мало. Нам оставалось только ждать. Битва продлилась недолго, и менее чем через четверть часа она закончилась. По ту сторону крепостных стен прозвучали рожки на отступление. Вражеская орда схлынула со стен наружу. Для нас это были самые тяжёлые четверть часа ожидания. Началось движение. Скоро в лазарет стали приносить раненых бойцов. Мы приступили к лечению. От раненых бойцов мы и узнали, как происходил штурм. Вражеский военачальник, правильно оценив наши силы, решил проводить штурм с разных сторон, чтобы разделить наш отряд на части. Когда прозвучал призыв к началу атаки, на штурм крепости пошла не одна колонна, а сразу три. Недостаток боевых машин не позволил им пробить сразу три стены, да это и не имело значения. Две колонны, заходящие с боков, принесли с собой лестницы и верёвки с крюками. С флангов на штурм пошли в основном лёгкие гоблины. Они мгновенно вскарабкались на стену и устроили резню. Наши воины оказали ожесточённое сопротивление. Не сумев сломить наше сопротивление и отбить площадки для высадки резервов, они отступили. Более тяжёлые орочьи резервы в бой так и не вступили. Этот штурм мы тоже выиграли. Но не обошлось без жертв. Часть гоблинов прорвалась внутрь одной из башен, и наткнулась на женщин и детей. Прежде, чем их нагнали и уничтожили, они смогли убить много невинных. Погибли и воины. Среди погибших оказался и капитан Милош. Мы работали до позднего вечера. Раненых, по сравнению с вчерашним днём оказалось не много. После ужина наш капитан снова провёл обряд огненного погребения. Для меня сюрпризы на этот день ещё не закончились.

На улице уже сгущались вечерние сумерки. Западную часть неба покрывала жёлто-красная полоса солнечного света, окружающая жёлтый диск заходящего солнца. Весь день мне пришлось проводить циклы восстановительного дыхания. К вечеру я почувствовал себя значительно лучше. Под конец даже стал проводить операции по лечению ран. Дело шло на поправку. Наконец мы излечили последнего раненого бойца. Я стоял возле умывальника и ожесточённо отмывал руки, растирая на них мыло и смывая его уже не в первый раз. Тётя Вера о чём-то разговаривала с Назаром, и в их разговор вставляла слова Аликс. Её голос как щебетание птички достаточно громко раздавался в палате на фоне приглушённого разговора старших. Удивительно, но, ни Назар, ни нянечка не одёргивали её, видимо вставляла слова по делу. Возможно, что я и мог бы расслышать суть разговора, но не имел такого желания. Мне было приятно находиться среди людей. Даже получал удовольствие, что вокруг движется жизнь. Именно в этот момент за моей спиной и зазвучал голос Алкимы. От неожиданности я даже вздрогнул.

— А второй посох у тебя действительно отнимут эти, ну…

Она замялась, пытаясь вспомнить новое слово, услышанное от меня. В палате наступила тишина. Все замерли и посмотрели на меня, как будто только и ждали её слов.

— Мастера архивариуса.

Договорил за неё я.

— Точно. — Она щёлкнула пальцами. — Не жалко?

Прежде, чем ответить, я ещё раз сполоснул руки и вытер их о полотенце, висящее на моей шее. Все настороженно следили за моими действиями. Только теперь я понял, что этого разговора они ждали. Возможно, что его они и обсуждали до этого.

— Жалко. Но разве есть другие варианты? Башню обыщут. Потом обыщут крепость. Маги умеют различать ложь. Они спросят у меня: где трофейные посохи? Солгать я не смогу.

Все помолчали.

— Разве нельзя обойти это?

— Можно. Но сказать надо правду. Только я пока не знаю какую.

— А если отдать посох кому-нибудь? А сказать, что у тебя его нет.

— Отдать посох я могу лишь другому магу, потерявшему свой посох. За это не накажут. Или дикому магу, как Назар.

Я ткнул рукой в Назара, и тот покрепче сжал свой новый посох.

— Если я отдам посох не-магу, то для мастеров это будет всё равно, что посох остался у меня. Отдавать посохи простым людям — расточительство. Их мало, и стоят они дорого. Каждый из них состоит на учёте в архиве Академии. Посох всё равно отнимут. Но при этом ещё и накажут. Мне жаль отдавать, но для себя сохранить не могу, а передать его больше некому.

В лазарете наступила тишина. Я мельком взглянул за окно. Внутри крепости начала сгущаться тьма. Последние лучи заходящего солнца освещали лишь верхушки крепостных стен. По тёмному небу медленно ползли редкие облака, подсвеченные снизу лучами заката. В просветах между туч стали показываться первые звёзды. Я вновь перевёл глаза на присутствующих. Они все дружно смотрели на меня и Алкиму с ожиданием. Тягость момента показала, что сейчас наступит кульминация — пик нашего разговора. И в этой тишине прозвучал голос Алкимы.