Андрей Величко – Хроники старого мага. Книга 3 (страница 52)
- Так ведь шея совершенно целая! Она, конечно, побаливает, но…
- Уважаемый Грундир, перестаньте так сильно крутить шеей. И щупайте её по-слабее. Я всего лишь склеил кости вместе. – Проговорил я. – Сейчас их прочность не настолько сильна, как у нормальных костей. Вы можете их заново поломать. А болит потому, что там остались мелкие гематомы. Постепенно они рассосутся и боль пройдёт. Не беспокойтесь. Прочность костей достаточна, чтобы носить голову. А вот на счёт шлема не уверен.
Грундир сразу перестал тереть шею.
- А долго ждать, ну… пока срастётся.
- Примерно шесть седмиц.
Кивнув мне в согласии, Грундир переключил внимание на Балина, который весьма ярко и животрепещуще описывал наше сидение в ловушке засыпанного туннеля. Слушая его, я и сам начал себя жалеть. Настолько ярко были описаны наши страдания, боль и нехватка воздуха держали нас на грани смерти, клубы дыма застилали наши слезящиеся глаза… При этом я начинал собой гордиться. Ибо, не смотря ни на что, мы продолжали сражаться, лечить и заботиться о товарищах, стойко перенося все невзгоды, выпавшие на наши головы.
- Уважаемый Балин, вам бы книги писать. Очень ярко всё описываете. Я даже почувствовал себя героем.
- Юноша, я вас умоляю! Почему вы занижаете свои подвиги? Ведь то, что вы совершили и есть героический поступок. А вы относитесь к этому как к какой-то обыденности. Ведь большинство других воинов и магов уже бы погибли, попав в такую ситуацию. Более того, они бы сгубили свой отряд. А вы относитесь к этому как чему-то повседневному.
- Уважаемый Балин, это, наверное, потому, – встрял в разговор Голендил – что для Невила такая жизнь и есть обыденность. С тех пор, как я связался с ним, моя жизнь коренным образом изменилась. Более того, – он криво усмехнулся – скучно больше не было.
Балин и Грундир выпучили на меня глаза в удивлении. Я прекрасно их понимал. Для них, привыкших к спокойной и размеренной жизни, такая встряска была делом необычным, бодрящим. Но представить свою жизнь такой постоянно они не могли, а самое главное – не хотели.
- Не надо на меня так смотреть, уважаемые. Я тоже не в восторге, что боги решили меня подвергнуть такому испытанию.
- Так вы считаете, что это испытание? – спросил Балин.
- Мне так легче думать и принять все эти передряги. Я тоже мечтал о спокойной жизни, собственном доме, жене, детях, мирной службе на благо Империи. Но случилось то, что случилось. А вы, уважаемый Балин, всё-таки подумайте о карьере писателя – перевёл я разговор в другое русло.
- Так! – оборвал нас Грундир. – Куда-то нас не туда завели ваши разговоры. Нам нужно думать, как выбираться из сложившейся ситуации. Или вы забыли, что за дверью находятся пауки, а позади нас завал. Что делать?
Все перевели внимание на Балина.
- А я что?
- Ты лучше меня знаешь карту туннелей. – Резко оборвал Грундир. – Ты и должен решить, как нам выйти.
- Да что решать? Только вперёд, в зал. А оттуда уже искать туннель, ведущий на поверхность. Там же знаки над дверями есть. По ним и сориентируемся. Только там же пауки.
- Да они уже, наверное, все там задохнулись. – Вклинился в разговор Голендил.
- А если нет. – Возразил Балин. – Вдруг у них сопротивляемость дыму выше, чем у нас? Тогда как?
Все посмотрели на дверь и задумались.
- Жаль, что дверь широкая. – Задумчиво проговорил Грундир. – Будь она поуже, можно было бы встретить их по одному. Создать узкую щель. Я встану со щитом напротив неё. А вы с боков закидаете пауков магией. Только…
- Двери можно подпереть чем-нибудь. – Поговорил я. Все посмотрели на меня. – Например, кирпичами и грунтом.
Я указал рукой в сторону завала. Остальные медленно перевели взгляд на него. Наверное, в их головах сейчас прикидывался объём работ по транспортировке кирпича и грунта из завала к створкам двери. И это не прибавляло им оптимизма.
- Придётся поработать руками – проговорил Грундир. Даже ему не хотелось заставлять нас таскать тяжести, учитывая ситуацию.
- Есть способ лучше – ответил я. – Лучше расчертить сектора открытия двери, чтобы насыпать грунт на нужные места. Это нужно, чтобы при открытии двери упёрлись в грунт и не пошли дальше.
Мне не нравилось предложение, но лучшего у нас не было. Некоторое время мы расчерчивали землю за дверями, определяли участки. После я переместился к месту завала. Там я сосредоточился. Кто бы подумал, что одно из самых простых заклятий из бытовой магии окажется таким востребованным в боевой ситуации. Его я использовал под стенами пограничной крепости, когда одержал свою первую победу. Его же я использовал в сражении с армией орков возле арки портала. Им же сражался с армией мёртвых в эльфийской столице. И каждый раз успешно. Теперь настал черёд применить его здесь. Голендил подсвечивал мне фонарём. Выбрав объем грунта и кирпичей, я произнёс заклятие. Эта груда исчезла передо мной и с грохотом рухнула возле двери. Пришлось повторить это действие несколько раз, сбрасывая строительный мусор по обе стороны ворот. После этого пришлось всё-таки поработать руками, создавая из этих куч каменно-земляные упоры для дверей. За делами я и не заметил, как пролетело почти четыре часа времени. После чего началась подготовка к бою с акромантулами. Было решено, что Грундир всё-таки наденет горже и шлем на время боя. К этому моменту дым практически перестал идти из зала. Под куполом туннеля стелилась тоненькая струйка. Мы выстроились боевым порядком. Пора было начинать. Я направил посох в сторону двери.
- Алохо море.
Двери дрогнули, и стали медленно разъезжаться в разные стороны. Так же медленно они стукнулись в упоры, и замерли. Несколько плотных клубов дыма вылетели из зала вслед за раскрывшимися створками и, повинуясь тонкому потоку воздуха, поплыли к потолку и дальше по туннелю над нашими головами. Из провала дверей на нас глянула тьма. Из зала доносилось непонятное шебуршение, но нападения не последовало. Подождав некоторое время, мы решили посветить в зал светом фонаря. Когда свет фонаря, удерживаемого рукой Балина, проник в зал, то прямо на входе в туннель высветилась большая куча шевелящихся тел.
- Что это? – Проговорил Балин одновременно удивлённым и напуганным голосом.
- Это пауки. – Проговорил Голендил. – Когда загорелась паутина, они рванули к единственному выходу из зала. А мы его заперли. Они и оказались в ловушке. А вокруг было много дыма. Вот они и отравились. Если дать им возможность подышать свежим воздухом, они, может быть, и отойдут. А сейчас они в полудохлом состоянии. Самое время их сейчас перебить.
Мы переглянулись. В глазах окружающих застыло недоумение. Лезть к этой шевелящейся куче никому не хотелось. Тогда я решился.
- Я попробую.
Направив посох на вершину шевелящейся кучи, я взглядом вычленил отдельного паука и сосредоточился. Взмахнув посохом по сложной траектории, я произнёс.
- Вингардиум левиоса.
Выбранный мною паук поднялся над кучей своих собратьев. Совершив очередное движение, произнёс новое заклинание.
- Локомотор.
Приложив мысленное усилие, я заставил его плыть прямо на нас, а после затормозить прямо перед щитом Грундира. Все заворожено смотрели на висящего в воздухе паука. Движением посоха я перевернул паука вверх лапами и отменил заклинание.
- Фините Инкантатем.
Паук приземлился на землю лапами вверх. Лёжа вверх лапами, он продолжал вяло шевелиться. Но перевернуться в нормальное положение даже не пытался.
- Теперь добить. Вон туда, – я указал глазами – прямо в сочленение лап.
- Топором? – Задал вопрос Грундир.
- Почему нет? Рискни.
Отбросив в сторону щит, Грундир сделал шаг вперёд и, с хекающим криком, всадил свой огромный топор в грудь пауку, разрубив того почти пополам. Топор вошёл в тело членистоногого практически по самую рукоятку. Когда он вырвал топор из его груди, то на грудь и лицо Грундира брызнул целый шквал белесой жидкости, заменяющей пауку кровь. Эти брызги стали стекать по пластинам доспеха. Акромантул последний раз дёрнул лапами и медленно опустил их на землю. Он был мёртв. Грундир сделал шаг назад и повернул ко мне лицо. Сквозь глазные прорези забрала на меня смотрели безумные глаза, в которых плескалась злость, перемешанная с ненавистью.
- Следующего. – Прохрипел из-под забрала его хриплый голос.
- Молодой человек, переправьте, пожалуйста, этого паука по тому же адресу, что и предыдущих. Не за бесплатно, конечно. – Вклинился в разговор Балин. В его глазах плескалась алчность и расчётливость. Мне даже показалось, что был слышен стук костяшек внутренних счёт, а в глазах отразился большой лист пергамента с колонками цифр, подсчитывающих прибыль.
Я усмехнулся. Это дело. Даже если паук ещё жив, то мороз его точно добьёт. Миг концентрации, взмах посоха. И акромантул исчезает из прохода. Дело было налажено. Одного за другим я выдёргивал пауков из общей кучи и подавал Грундиру под топор. Это была не битва, а бойня. И Грундир в тот момент был не воином, а палачом. Доблести в этом не было никакой, только работа. И в глазах гномов было видно, что эту работу они предпочитают открытой схватке лицом к лицу. Так продолжалось до тех пор, пока в проход не была закинута паучиха. Она была намного крупнее самцов, которых мы уничтожили до этого. Потребовалось два удара, прежде чем её панцирь был разрублен основательно. Её брюшко выгнулось в последний раз и замерло. На конце её брюшка торчало жало. Я и Голендил уставились на него. Это не ускользнуло от взгляда Балина.