Андрей Величко – Хроники старого мага. Книга 2 (страница 48)

Я сидел в глубокой яме по пояс в какой-то жидкости. Дно ямы было склизким и комковатым. Снова я карабкаюсь вверх. Тело в слизи, а одежда в грязи и крови. На спину мне падает тело. Не успеваю сбросить. Меня вжимает лицом в кровавую лужу. Тьма и удушение…

… Тьма и удушение…

… Тьма и удушение…

Не сдавайся! Или из испытания не вырваться… Тьма и удушение…

Я потерял счёт своим смертям. Однако наловчился двигаться на разрушающихся и расползающихся от разложения трупах. Я был весь перепачкан слизью от разлагающейся плоти и протухшей кровью, когда мне, наконец, удалось вырваться на поверхность. Меня ждала равнина из гниющей плоти, залитая потоками крови. Стоял удушающий смрад. Но меня это уже не трогало. Оскальзываясь, я сделал шаг. Ещё шаг. Это мои иллюзии, значит, их надо изменить. Шаг за шагом. На небе рассеиваются тучи, а небо светлеет и приобретает синий оттенок. Шаг, ещё шаг. И поверхность становится твёрдой. Вокруг простирается равнина. По ней проложена дорога. Я начинаю уверенно шагать по ней. Слизь и кровь высыхают и осыпаются с меня. Меня обдувает свежий ветерок.

Меня грубо стали трясти за плечо. С трудом открыл глаза, и некоторое время пялился, не понимая происходящего. Надо мной стоял наставник. Я весь был покрыт липким, холодным потом. Запах от меня стоял столь гадостный, что даже мне стало неприятно. Ужасно хотелось пить. Наставник подал мне чашу с водой. Я залпом осушил её. Испытание закончено?

До этого испытания с первого раза дошло всего пять человек. Мой приятель, с которым нас привёл Хаттон, остался на предыдущем испытании. Нас уложили в гамаки. На это испытание я шёл с чувством спокойной обречённости. Мне дали кубок, и я отпил. Прежде, чем надо мной сомкнулись клубы тумана, меня накрыло волной беспричинного гнева.

Я стоял на каменистом плато. Под ногами были рассыпаны небольшие камни размером с кулак, а вокруг на расстоянии нескольких шагов плато медленно растворялось за клубами тумана. Было непонятно, куда идти. Но это было неважно. Меня раздирал беспричинный сильный гнев. Он доводил меня до бешенства. Прежде, чем я успел осознать эту причину, на меня напал Джордж – один из моих сокурсников. Хотя мы и учились вместе, но добрых отношений между нами так и не возникло. Обычно всё заканчивалось актами холодного противостояния. Мы терпеть не могли друг друга, но до ненависти и открытой агрессии не доходило. Мы чаще обменивались колкостями в отношениях. Но сейчас, увидав его, я испытал необоснованный приступ ненависти и гнева. Он тоже был сильно разгневан и раздражён. Мы кинулись друг на друга и сцепились в рукопашной схватке.

Бой продолжался не долго. Он был сильнее меня и крупнее. В жизни это не мешало. Я был подвижнее и быстрее. Он атаковал меня всей силой и массой и опрокинул меня на спину. Попытался прижать меня к земле, но я выкрутился, и мы покатились по земле. Бороться было бессмысленно. В Академии от драк нас сдерживала угроза наказания. Но здесь ведь никого не было. Только мы двое. Мой гнев требовал выхода. Под руку попался камень, и я схватил его. При очередном повороте я ударил его камнем по голове. Он схватился за голову и застонал. Я вскочил на ноги и снова ударил его камнем. Я бил до тех пор, пока он не перестал двигаться.

Передо мной лежало его мёртвое тело. Ошибиться я не мог. Он был мёртв. Голова, разбитая камнем, была залита кровью. Моя одежда и камень в руке были испачканы кровью. Что это такое? Мы, конечно, не любили друг друга. Но убивать? Я у-у-убил… Это… Да так ему и надо, твари. Собаке собачья смерть. Пусть гниёт здесь! Он не заслужил могилы. Да я ему сейчас… Гнев захлестнул меня с новой силой. Рука сжала камень я стал подниматься с земли, чтобы… Зачем? Он же мёртв. Тело подёрнулось дымкой и растаяло. Я стоял ошарашенный этим зрелищем. Где он? А… Я оглядел себя. Кровь с одежды и камня исчезла. Что это?

На меня снова с криками бежал Джордж, размахивая кулаками. Раздумывать было некогда. Я снова вступил в бой. В руке я сжимал своё оружие… Сколько раз я его убивал в тот день мне не известно. Кажется, я насытился убийствами. Только тогда я стал замечать, что время между появлениями моего противника напрямую зависит от величины моего гнева. А это значит… Я в очередной раз убил сокурсника. Нет, так не пойдёт. Откуда такой сильный гнев? Да и где я? Как я мог забыть? Это же испытание. Значит, меня испытывают гневом. Вывод: надо научиться управлять им. Он снова напал на меня. Ещё один труп подёрнулся дымкой. Как укрощают гнев? На ум всплыла схема взаимодействия магических элементов. Да это то, что нужно. Что в схеме? Чем разрушают гнев? Печаль. Я снова убил его. Печаль? Я почувствовал новый прилив гнева. Ну, создавать нужные эмоции нас учили. Я сел на землю и скрестил ноги. Для печали нужен образ. Мой старый городок, дом, родители, братья и сестры. Как я по вас соскучился. Конечно, я давно вас не видел, но ваших прежних образов достаточно. Я весь обратился в слух, ожидая нападения. Я опечален, скучаю по моим беззаботным дням. Внутри меня развернулась борьба. Гнев против печали. Я искусственно усиливаю печаль. Гнев отступает. Это не лёгкая борьба, но я этому обучен. Раздаются шаги. Появляется мой сокурсник. Но не нападает. Он тяжело дышит, потом садится рядом на землю. Вот как? Оказывается, мой гнев провоцирует его на нападение? Мы сидим рядом и просто ждём. Может надо покинуть это место? Где моя иллюзия дороги? Кажется, я под неё засыпаю. Ну, это лучший способ провести это испытание. А мой враг пойдёт за мной?

Меня трясут за плечо. Я открываю глаза.

- Вижу, что сегодня ты не уснул. Хорошо. Испытание было тяжёлым.

Я поднимаюсь. Тело устало. Одежда мокрая. Я покрыт липким потом. Это испытание прошли все.

- Вижу, что здесь собрались самые крепкие. По опыту скажу, что больше отстающих в этой группе не будет.

Его слова сбылись. Мы пятеро прошли эти испытания с первого захода. Мыться и спать. Хорошо, что других занятий нет. Нас освободили от них на время прохождения испытаний.

На следующий день было испытание страха. После принятия зелья я провалился в свои кошмары. Меня накрыл мрак, и второе видение в нём не работало. Ни основным, ни вторым зрением я не мог ничего рассмотреть. Я был безоружен. Страх поглотил меня. Я понимал, что это испытание, но взять себя в руки не получалось. Беспомощность и неизвестность навалились на меня, уничтожив мою волю к борьбе. Из тьмы на меня стали выползать все мои детские и взрослые страхи. Тьма была живой. Она рождала образы и внушала их мне. За эти часы со мной случилось очень многое. На меня нападали большие и малые пауки. Меня кусали и заглатывали змеи и ящеры. Из тьмы вытягивались руки и хватали меня с разных сторон. Я оказывался на вершине отвесной скалы. Меня закапывали заживо. Я оказывался в горящем лесу и убегал от огня. Образы шли один за другим, не давая мне возможности осмыслить происходящее. Это сводило с ума, доводило до ужаса и безумия. Где-то на грани моего мозга опять появилась мысль. Я смотрел её сквозь ужас происходящего, прежде чем смог осознать её. Это была схема взаимодействия магических элементов. Разум снова подсовывал мне решение моей проблемы. И я ухватился за неё. Чем разрушают страх? Беспокойством? За что? Нет, вопрос поставлен неправильно. За кого? Ты будешь бояться до тех пор, пока тебе не о ком беспокоиться. Но за кого беспокоиться мне? Друзья? Наставник? Нет. Семья? Они счастливы без меня. За себя? Но я не такой уж и эгоист. Значит, надо найти того, кто слабее тебя и побеспокоиться о нём. Не обязательно реальное существо, или всё-таки реальное. У меня же есть младшая сестра. Я помню её совсем маленькой. Больше мы не виделись. Но как образ подойдёт. Я вспомнил её. Маленькую веснушчатую девчушку, ещё ребёнка. Создал её образ перед собой и посадил себе на колени.

- Не бойся, милая, всё будет хорошо.

Надеюсь, я не сказал эти слова вслух. Я сконцентрировался на ней. Искусственно я создавал эмоцию беспокойства. Страх отступил. Теперь картины, всплывающие из моего сознания, уже не пугали. А потом я взял её за руку, и мы шагнули на дорогу моих иллюзий.

Испытание печали для меня началось с недоумения. Тумана не было. Вокруг протиралась равнина из пепла. Серое небо закрывало куполом это место. Солнца или луны не было. Но света было достаточно. Глазу не за что было зацепиться. Сначала я принял эту иллюзию за свою дорогу. Вот только дороги здесь не было. Унылый пейзаж. Врагов не было. Я побрёл по ней. А потом равнина стала рождать у меня образы в виде воспоминаний. Нет, я никуда не погружался, не переходил из одной иллюзии в другую. Просто я вдруг вспомнил, что моя деревня сожжена орками. Моя семья полностью погибла. Я же сам был на месте деревни и видел их могилы. Вспомнил, как брёл потерянный между земляных холмиков с могильными знаками, и знал, что в них покоятся мои родные. Вспомнил, что неприступная Академия была разрушена в войне. Я сам был на руинах Академии. Бродил среди обломков и братских могил. Видел разрушенные залы, сгоревшую библиотеку, обвалившиеся неприступные башни. Вспомнил разрушенные и разорённые города и сёла. Обезумевших женщин и стариков, схоронивших детей. Эти воспоминания давили с такой силой, что хотелось прямо сейчас покончить жизнь самоубийством. Пришлось тряхнуть головой и напомнить себе, что это всего лишь испытание. Эти картины – просто иллюзия. Снова схема взаимодействия магических элементов. Печаль разрушают Радостью. Это легко. Сначала я прыгал и танцевал как безумный. Я смеялся и радовался своим мыслям и фантазиям. Вот так, танцуя, я и вошёл на тропу своей иллюзии.