Андрей Величко – Хроники старого мага. Книга 2 (страница 45)

Боже! Кажется, я перестаю воспринимать боль, как нечто чуждое моему сознанию. Я уже встречался с таким явлением. Допустим, вы пробили руку гвоздём. Вам больно. Но вы не можете вынуть гвоздь по определённой причине. Постепенно вы смиряетесь с болью, как с чем-то неизбежным и даже необходимым. Вот так и я стал смиряться с болью моего сознания. Это больно, это неприятно, но можно терпеть. А главное, можно думать. Что же может усмирить мою боль. Кажется, это говорит со мной моя мысль? Или я с ней разговариваю? Нет, что вы? Это не слова, а образ! Инородный образ на ярко красном колышущемся океане моей боли. Интересно. Я вглядываюсь в эту деталь, и боль отступает на второй план. Вот ты о чём, мысль.

Я начинаю следовать мысли.

- Говори…

- Боль рождается от спазмов, расслабь мышцы…

- Интересная ты, разговариваешь…

- Не говори – действуй…

- Да…

- Я расслабляю ноги и руки… У меня нет рук и ног!

- Делай образ…

- Ноги и руки провисли как верёвки. Они расслаблены…

- Теперь грудь… живот… пах… ягодицы… поясница… спина… лопатки… шея…

- Я спокоен… я совершенно спокоен… мой разум спокоен… мой дух спокоен…

- Расслабляется мой затылок… темя… виски… уши… челюсть… щёки… губы… язык. Мышцы обвисли как на корабле паруса в штиль.

- Здесь кругом боль, но я сосредоточен на образе.

- Расслаблены мышцы моего лба… бровей… носа… скул… век… глаз.

- Я расслабляю свой мозг. Все лишние мысли уходят. Моё дыхание спокойно. Вдохи и выдохи. Сердце работает спокойно.

- Я отключаю свою боль. Мой дух – это спокойное озеро в лесу. В нём отражаются небо и окружающие деревья. Это мой образ.

- Вокруг боль. Она как температура воды. Вода нагревается и бурлит. Я охлаждаю воду. Ниже температура. Вода успокаивается. Образ спокойной воды. Ещё ниже температура. Вода успокаивается. Образ спокойной воды.

- Я спокоен… я совершенно спокоен. Образ спокойной воды. Эмоции – это ветер. Вода покрывается волнами и теряет спокойствие. Я успокаиваю ветер. Вода успокаивается. Образ спокойной воды.

- Образ спокойной воды. Мой дух находится возле этого озера. Это безмятежное место. Мой дух безмятежен.

- Боль есть. Она никуда не делась. Но теперь она не обжигает, а лишь согревает воду в озере. Образ спокойного озера.

- Я сконцентрирован на образе спокойного озера. Время не существенно. Есть я и образ спокойного озера.

Моё сознание накрывает благодушие. Мне хорошо. Я сижу расслаблено возле озера с тёплой спокойной водой. И мне хорошо.

- Хаттон! Посмотри. Он спит – раздаётся голос где-то на грани моего сознания. – В первый раз такое вижу. Боль должна была его расплющить.

- У него есть потенциал. – раздаётся рядом довольный голос моего наставника. – Невил! Вставай! Испытание на сегодня окончено.

Я открываю глаза, и меня выдёргивает из моих видений. В теле остаточная боль и сильная слабость. Мне помогают выбраться из гамака и ставят на ноги. Меня шатает от слабости. Моё тело покрыто липким, вонючим потом. Моё лицо кривится от неприятного запаха. Одежда прилипла к телу.

- Сколько времени прошло?

- Двенадцать часов. Остальных уже подняли. Ты – последний. И самый тихий. – Поведал мне наставник, проводивший испытания. – На удивление в этом году этот этап сдали все. Зелье уже вышло из тебя вместе с потом. Тебе надо смыть его, будет сразу легче.

Я кивнул головой. Мой мозг быстро брал тело под контроль. Я прямиком из этого зала отправился в душевую.

Следующий день я снова встречал в этой комнате. Лица окружающих были уставшими. На них отразились следы вчерашней боли. Не было высокомерных взглядов и улыбок. Однако взгляды были заинтересованные. Некоторые смотрели на меня с особым интересом. Мне было не до них. Сегодня нам предстояло особое испытание. Хотелось понять, что оно из себя представляет. Требовалось успокоиться. Снова к нам обращались наставники. Предложений отказаться не последовало. Мы разошлись по своим местам. Я забрался в гамак. Положение остальных меня не интересовало. Требовалось очистить мозг от лишних мыслей. И мысли об окружающих в данный момент были лишними. Они не помогут мне проходить испытание и не пройдут вместо меня. Эту боль и страдание я буду вынужден встречать в одиночку. Ко мне подошёл наставник. Он протянул мне кубок, и я отпил из него глоток.

Мир стал медленно погружаться в туман. Приятное тепло стало распространяться по моему животу. Потом это тепло стало распространяться по телу и, в конце концов, захлестнуло мой мозг. Мир удалился и скрылся за туманной пеленой. Я плавал в состоянии неги и удовольствия. Где-то на грани моего сознания пришла мысль. Я долго её рассматривал, прежде чем осознал. Это испытание? Вчера пытали болью, сегодня – удовольствием. Нельзя погружаться в это. Можно потерять себя. Я попытался сконцентрироваться, изгоняя из сознания состояние удовольствия. Не расслабляться! Потом произошло ЭТО. Сначала из клоков тумана стали собираться расплывчатые образы. Я проявил интерес и сразу же пожалел об этом. Передо мной предстали образы обнажённых женщин. Они улыбались мне. Поняв, что я обратил на них внимание, они стали делать похотливые жесты и движения. Мне приходилось ходить по городам людей. Там мне встречались продажные женщины. Я видел их поведение. Но те были в одежде. И даже в таком виде вызывали сильную похоть. А эти были обнажены. Моё образование предполагало знание анатомии и физиологии. С обнаженным телами мне приходилось работать. Но те, как правило, были либо мертвы, либо изуродованы болезнью. Но в этих образах женщины были здоровы и хороши. Хороши они были настолько, насколько могла вообразить моя фантазия. Это была моя похоть. Это ключевое слово.

Я уцепился за это слово как за якорь. Если это испытание, то связано оно с похотью. Осознав опасность, я стал усиленно бороться со своими желаниями. Преодоление похоти. Что-то такое нам говорили на уроках. Но что… Между тем образы передо мной стали активнее. Они уже не были расплывчаты. Наблюдалась чёткость линий, можно было рассмотреть их тела в мельчайших подробностях. Надо хотя бы отвернуться. Попытка повернуть голову не удалась по причине того, что её просто не было. Здесь были только я и мои образы, собранные из самых моих похотливых фантазий. При этом я чувствовал своё тело где-то за гранью этого тумана. Во всём теле наблюдалась удивительно приятная теплота и нега. А ниже пояса, в моих чреслах, постепенно нагнеталось напряжение. Попытка отвернуть голову не осталась незамеченной. Раздались женские смешки. У меня что? Не только зрительные, но и звуковые галлюцинации? Но это было только пол беды.

- А ты шалун – заговорил со мной один из женских образов – мы же видим тебя, знаем твои желания. Отпусти себя на волю. Дай себе расслабиться.

Голос был нежный и глубокий. У меня снова возникло желание тряхнуть головой, чтобы отогнать морок. Не получилось. Снова раздались женские смешки. Одна из обнажённых женщин моих видений двинулась вперёд и прикоснулась ко мне. Прикоснулась? Ощущение было невероятно реальным. Так не должно быть! Я никогда не слышал, чтобы галлюцинации были настолько реальны. Слышать, видеть, но не кинестетические же ощущения! Это испытание. Проверка на твою устойчивость к похоти. Снова эта навязчивая мысль. И где она? Стоп! А где я нахожусь? Я попытался отстраниться, чтобы привести мысли в порядок. Заметив это, остальные образы одновременно двинулись ко мне. Через мгновение я был окружён женскими обнажёнными телами. Моё сознание было наполнено их телами, прикосновениями к моему телу и запахами их тел. Моё сопротивление было мгновенно сломлено. Мне уже не хотелось сопротивляться, захотелось отдаться этой неге. Запахи? Наставник, почему ты не рассказал, что галлюцинации могут быть настолько реальными? Эта мысль причинила реальную боль.

- Это галлюцинации. Невил, отгони их! – Кажется, я стал говорить сам с собой.

- Мы просто твои желания. Позволь нам сделать тебе приятно…

Напряжение в моих штанах стало невероятно сильным, вплоть до боли.

- Нет, отгони их.

- Но как?

- Глупец, ты слушал наставника?

- Это просто образы. Они не могут причинить мне вред…

- Мысль реальна. С образами борются только образами.

Эта мысль оформилась на грани моего сознания. Сам я был погружён в негу из женских образов, прикосновений и запахов, звуков, издаваемых ими. Мне было одновременно и хорошо, и больно. Хотелось продолжить эту негу. Но в мыслях уже появилась деталь, отличная от окружения. Я видел эту мысль и потянулся к ней. Чем больше я прилагал усилий, чтобы дотянуться до своей мысли, тем приглушённей становились образы, звуки и ощущения.

- Образ. Но как его сформировать?

- Прямо в мозгу.

- Идиот. Мы уже в мозгу.

- Но как…

- Видишь туман? Формируй прямо из него.

Я посмотрел на туман хаоса моих иллюзий. В нём происходило перемещение масс, клочков газовых масс. Но, как же мне хорошо. Не хочу отсюда вырываться. Это испытание. Что будет, если не сможешь его пройти? Кем ты станешь? В кого превратишься? Это были не мысли. Это были образы, рождающиеся в моём сознании прямо за спинами женских похотливых иллюзий. Человек-растение. Погружённый в свои иллюзии. Их держат в домах для психически больных. Их практически не удаётся излечить. Но они хороший материал для изучения и хорошее пособие для учеников. Потому и не убивают. Хотя милосерднее было бы оборвать их жизнь. Я представил себя в такой лечебнице в качестве пациента. Образ вызвал отвращение. Надо бороться. Надо вырваться. На мгновение эти мысли разорвали покров тумана моих галлюцинаций. Где-то там, на грани видений я увидел комнату, в которой мы проходили испытание. Со стороны это выглядело омерзительно. Ученики бились в конвульсиях и исполняли похотливые движения. Раздавались стоны и крики, чмокающие звуки. Чувство отвращения было для меня безграничным.