Капитан невозмутимо ответил, что подобное может случиться с каждым. И что была бы тут где-нибудь дорога – можно было бы и босиком доковылять. Но переться напрямик через заросли, да еще и с поклажей на плечах – кайфа мало.
Тогда Сергей заявил, что Леха сам виноват, и посоветовал ему сплести лапти, на что товарищ резонно возразил, что он не крестьянин Тульской губернии и понятия не имеет, как их плетут.
Тут в разговор вступила Юлька:
– А может, и в самом деле попробовать обувь какую-нибудь сделать? Из бересты, например.
– Да попытаться-то можно, – тут же пошел на уступку Леха. – Но не факт, что получится. Хотя если вы согласны убить энное количество времени на эксперименты, то давайте попытаемся. Тем более что ты, Юлико, как раз предлагала вылезти поразмяться.
– А вон и место подходящее, – сказал Сергей, указывая на правый берег, где был не слишком крутой подъем, а наверху шелестели кронами березы.
Спустя малое время они уже расположились лагерем на небольшой полянке. Почти сразу же Юлька наткнулась на заросли черники, и с полчаса все трое только тем и занимались, что обрывали с кустиков крупные темно-синие ягоды да отправляли их в рот.
Потом нашли поваленную березу, надрали больших кусков коры и стали прикидывать, как пустить их в дело. После долгих обсуждений и споров сошлись на следующем варианте: вырезать из бересты четыре стельки, склеить их попарно и снабдить завязками, чтобы получилось некое подобие древнегреческих сандалий. Двойная подошва выходила толщиной миллиметра четыре – Леха рассудил, что этого будет достаточно. Клея у них имелся почти целый тюбик (на ремонт лодки ушло совсем немного), а на завязки Юлька решила пустить свою косынку, которой всё равно практически не пользовалась.
Единственная загвоздка – требовалось выждать несколько часов, пока клей как следует схватится, но тогда уже не будет смысла выдвигаться в пеший поход на ночь глядя. Крути не крути, а придется отложить выступление до утра.
Сергея это обстоятельство прямо-таки удручало: он рвался отправиться в путь как можно скорее. Но не оставалось ничего другого, кроме как смириться.
Остаток дня решили провести здесь же. Побродили по округе, нашли немного грибов. Потом Юлька занялась сбором черники про запас, а парни накопали червей и спустились к воде. Леха всё надеялся выловить хотя бы одного рака, но увы – ему опять не повезло. Да и рыба клевала вяло: за полтора часа они вытащили всего пару окуньков. В конце концов капитан плюнул, всучил удочку товарищу, а сам полез наверх – «подсобить Юлико». Сергей лишь кисло усмехнулся.
Он сидел на травянистом бугре, свесив ноги, и глядел на поплавок, который постоянно норовило отнести течением в сторону, под нависшую над водой крону плакучей ивы. В душе засела тоскливая заноза. Старпому казалось, что каждый лишний день, проведенный на этой распроклятой речке, словно бы расширяет пропасть, что так безжалостно пролегла между ним и Аней. Страшно подумать, как сейчас терзается бедная его девчоночка… Он уже двести раз пожалел, что согласился отправиться в этот идиотский поход. Даже когда узнал, что Аня ждет ребенка, это его не остановило. А ведь мог бы отказаться…
…Он хотел поручить Лехе переписать две оставшихся кассеты со свадебным торжеством, а сам стал уже собираться в магазин – затариваться продуктами для похода. Но тут вмешалась Аня:
– Сереж, давай лучше отправим за покупками Алексея, а ты останься: мне с тобой поговорить надо.
Сергей глянул на жену: она покусывала губы, на лице блуждала странноватая полуулыбка.
– Что-нибудь случилось?
Аня неопределенно повела плечами.
– Леший, ты не против?
– Да без проблем, – отозвался товарищ. – Обсуждайте свои секреты, я всё закуплю, что надо.
– Погоди, сейчас денег дам.
Леха отмахнулся:
– Не парься.
Он взял список продуктов, прихватил сумку и ушел выполнять возложенную на него миссию.
Сергей поставил на запись вторую кассету, обнял Аню за талию, спросил ласково и чуть игриво:
– Ну вот мы и вдвоем. Времени у нас – часок. Чем займемся?
Аня опять закусила губу.
– Сереж, я боюсь…
И она принялась сбивчиво говорить про то, что Сергей с Лехой выбили ее из колеи своей затеей, что она теперь места себе не находит, что ей опять не дает покоя мрачное пророчество цыганки, которую она случайно встретила на привокзальной площади несколько дней назад…
Сергей молча слушал, поглаживая ее по волосам.
– Что-то ты совсем у меня расклеилась, Анют, – сказал он наконец. – Разве можно так? Ну ты что, хочешь, чтобы я отказался от похода? Зачем тогда Леху в магазин послали? А насчет цыганки мы ведь с тобой говорили уже. Ты у меня человек образованный, соцфак закончила – так не позволяй всяким проходимкам пудрить тебе мозги. Забудь заботы и печали!
– Да… я понимаю, что это, наверное, глупо, – пробормотала Аня, спрятав лицо у него на груди. – Но я правда отчего-то очень боюсь…
– Слушай, а может, нам лучше тебя с собой взять вместо Юльки? – с улыбкой предложил Сергей. – Лично я буду только за. А сеструхе скажем: извини, мол, но иначе Анюта не согласна, она хочет лично за нами присматривать, чтобы ничего в пути не стряслось.
Аня подняла голову, едва заметно улыбнулась.
– Вряд ли Юлька будет в восторге от такой идеи…
– Это точно, – кивнул Сергей. – Но уж лучше пусть она икру мечет, чем ты у меня страдать будешь в разлуке.
– Да ладно, – вздохнула Аня. – Переживу как-нибудь… Прости, что ною, как маленькая.
– Да нет, это ты меня прости! За то, что волноваться тебя заставляю. Я тебя очень люблю, Анюта! – Сергей покрыл лицо девушки поцелуями. – Наверное, я в последние дни мало времени тебе уделяю: всё с Лехой да с Лехой… Только ты не ревнуй, пожалуйста. Я понимаю: тебе кажется, что с его приездом ты отошла для меня на задний план. Но это не так. Пойми: Леха – это же всего на несколько дней, он ведь скоро уедет. А ты – навсегда. Ну потерпи немного, малыш!
Аня ответила молчаливым вздохом. Потом сунула руку в карман халата и вытащила какую-то небольшую плоскую палочку.
– Что это? – спросил Сергей. Взял палочку, повертел в руках. Один конец у нее был синий, а посредине бледнели две поперечные красные полоски.
– Тест на беременность, – тихим голосом пояснила Аня.
– Тест? И что с ним нужно делать?
– Ничего. Я уже всё сделала.
Сергей в недоумении уставился на жену.
– Я беременна, Сережа.
На некоторое время новоиспеченный муж словно онемел. Потом хрипловато выговорил:
– Ты уверена?
– Уверена. У меня же месячные должны были начаться еще три недели назад.
Сергей неопределенно хмыкнул.
Аня, видимо, ожидала от него иной реакции.
– Что-то ты приезду Лехи был рад больше, чем своему будущему ребенку!
Сергей смутился, обнял девушку и поцеловал.
– Прости, Анют, просто ты меня огорошила… я еще не понял толком… А вообще, это же здорово! Значит, когда он родится?
– В апреле.
– Не верится даже… Надеюсь, это будет девочка. Такая же красивая, как ты, – он снова крепко обнял жену. – А ты чего такая грустная? Радоваться надо!
– Я радуюсь. Только… понимаешь, получается, что мы ребенка зачали не в браке, до венчания…
– Ну и что с того? – мягко возразил Сергей. – Разве от этого ты будешь его меньше любить?
– Я его уже люблю, – улыбнулась Аня.
– И я тоже! – горячо воскликнул будущий отец. – А всё остальное – неважно. Так что выше нос, малыш! И насчет похода не переживай – всё будет хорошо. Тем более что тебе теперь нельзя волноваться.
– Да как же мне не волноваться? Себя-то поставь на мое место…
– Анют, – Сергей заглянул девушке в глаза. – Если так дело пойдет, я и правда от похода откажусь. Мне твое спокойствие дороже.
Аня поколебалась. С одной стороны, ей, конечно же, хотелось, чтобы муж никуда не ездил. Но с другой – будет очень неудобно перед Юлькой и Лехой…
Она высвободилась из Сергеевых объятий, подошла к комоду и включила магнитофон. Зазвучал серебристо-хрустальный голос Энии – песня On My Way Home. В последнее время Аня очень полюбила волшебную музыку этой ирландской исполнительницы.
– Ладно уж, – сказала она, обернувшись. – Езжайте, раз собрались. А я буду тебя ждать.
– А ты обещаешь не волноваться?
– Постараюсь…
