Андрей Васильев – Солнце и пламя (страница 5)

– Я тоже, – мягко произнесла Магдалена. – Меня к нему Эвангелин послала. Эта госпожа, знаешь ли, тоже умела убеждать, особенно в той части, которая касается здоровья и жизни родителей. Вроде она мягкая, добрая, а внутри такой стальной стержень! Правда я, в отличие от тебя, на самом деле урожденная ле Февр, но по сути это ничего не меняет.

– А я все равно его Эрастом буду звать, – заявил вдруг Карл. – Я привык. Настоящее это имя, не настоящее – какая разница? Все равно другое не запомню.

– И я, – поддержала его Эбердин. – Да не дергайся ты!

– Хочу назревшую проблему с именами вот этого поганца решить, – просопела Рози. – Нет человека – нет проблемы!

– Угомонись, де Фюрьи, – посоветовал ей Гарольд. – Скажи, кто среди нас безвинен? Так, чтобы вообще? Никто. Ну случилось и случилось, провели мужчина и женщина вместе одну ночь. Бывает. Он все равно твой, это знают все. Да и если бы не то, что произошло с моей страной и с моей сестрой, про отцовство Эраста никто бы так и не узнал.

Я повернулся к девушке, рвущейся из рук горянки, и кивнул. Та, впрочем, меньше после этого извиваться не стала, но хоть зверский оскал с лица пропал, и на том спасибо.

– Эраст, держи, – сказал Монброн, и когда я снова развернулся к нему, он протянул мне ребенка. – Теперь это твоя ноша. Ты отец, тебе решать ее судьбу, так будет справедливо.

Я не нашелся, что ему ответить, приняв на руки теплый увесистый сверток, в котором причмокивала губами моя дочь.

Наверное, я должен был испытать прилив чувств, мое сердце обязано было налиться нежностью к этому маленькому беззащитному существу, за жизнь которого я теперь несу ответственность, еще стоило бы поблагодарить богов за то, что мой род не прервется, случись чего, но…

Лично я ничего такого не испытал. Абсолютно. Ну ребенок и ребенок, мало ли я их видел? У нас в Раймилле портовые шлюхи каждый год как крольчихи рожали, иные новорожденные умудрялись выжить, но большинство умирало, не дотянув до года, и их тела выбрасывали в море, согласно традиции.

А первое, что мне пришло на ум, так это непристойная ругань. Почему? Да потому что не вовремя все это случилось. Куда мы теперь отправимся с вот этим сопящим грузиком, в какие странствия, к каким эльфам?

И Монброн хорош. «На, держи, теперь это твоя головная боль». Друг, называется.

– Ты вино привез? – тем временем строго спросил у Гарольда Фальк. – Ты обещал тогда весной. Мол – небо на землю упадет, а тебе, Карлуша, я винца силистрийского все одно притащу. Понимаю, что пришлось тяжко, опять же – война, но слово Монброна – оно же крепче обстоятельств?

– Привезли, – отозвался Эль Гракх. – Сейчас принесу. Мы лошадей чуть поодаль оставили, от греха. Кто знает, что нас здесь ждало? Точнее – кто? Может, это не вы, а кто-то другой костер разжег.

– А сигнальный круг? – обличительно вопросил Фальк. – Его какие-нибудь работники ножа и топора небось не поставят.

– Карл, я уже тебе сказала, что безобразие, сотворенное тобой, сигнальным кругом не назовешь, – рассмеялась Миралинда. – Лучше ничего, чем такое позорище. Эраст, дай Люсиль сюда, что же ты ее как мешок держишь? Уронишь еще нашу девочку!

Врать не стану, я с огромным облечением выполнил ее просьбу. Наверное, я полюблю эту кроху, но потом, позже. Когда осознаю, что она появилась в моей жизни, свыкнусь с этой мыслью. Слишком все стремительно произошло.

Столь же стремительным вышел рывок Рози, благодаря которому она все же освободилась из стальных объятий Эбердин и оказалась передо мной.

– Хочешь убить – убивай, – предложил ей я. – Знаешь, нет у меня никакой охоты в обозримом будущем ежедневно выслушивать твои колкости и завуалированные упреки по поводу того, что случилось. Да, я провел ночь с сестрой Монброна. Да, эта связь имеет последствия, хотя я сам пока не могу до конца пока понять, как такое вообще возможно. Ребята объяснили кое-что, но это все надо переварить. Потому – давай решим все здесь и сейчас, не откладывая на потом.

– Толковое предложение, – одобрила Магдалена. – Да и нам наблюдать вашу грызню нет никакой охоты. Рози тихо решать проблемы не умеет, она всех вовлечет в данный процесс. Что до меня – я Эраста не одобряю, но и не порицаю. Ну да, вы когда-то связали судьбы перстнями двух душ, но с учетом всего, что произошло, они свою силу давно утратили. Нет рода – нет связи.

– То есть, по-твоему, Магда, он теперь может делать что хочет? – немедленно окрысилась на подругу Рози.

– Нет, разумеется, – передернула плечами девушка. – Ты чего? Но он мужчина, а они создания слабые. Особенно если вина выпьют, оно их невеликий мозг окончательно затуманивает. Мы, женщины, сильнее и умнее, потому должны прощать их слабости.

– Но не потакать им, – уточнила Миралинда. – Это важно.

– Само собой, – согласилась Магдалена. – Не хватало только.

– Скажи вы такое у нас в Панте – и за ваши головы я не дал бы гроша, – деловито заметил Эль Гракх, на плечах которого висели седельные сумки, набитые до отказа. – Это же злоумышление против порядка, заведенного на тверди земной богами и падишахом. Женщина во всем подчиняется мужчине, так ведется от начала времен и так пребудет вовеки.

– Дикие у вас там места, в Панте, – фыркнула Эбердин. – Рассказать такое в наших горах, вот бы девы-воительницы посмеялись!

– Живи, – буркнула Рози. – Но если еще хоть раз, хоть с кем…

– С кем? – погладил я ее по щеке, отчего девушку даже передернуло. – Скажешь тоже!

– Нет, так-то я хотела разок с Эрастом переспать, – сообщила вдруг всем Магдалена, подбросив в огонь ветку. – Серьезно. После той заварушки на Востоке, в городке… Как его… Забыла. Том, где мы флот Линдуса сожгли. Но это не личное, а нечто другое. Мы с ним на корабле Раваха-аги как одно целое стали, и я так остро ощутила, как он за меня боится, как оберегает… В общем, если бы мы еще и переспали, то это замкнуло бы некий круг и привело к наступлению полной гармонии. Но, само собой, ничего не случилось, я даже не заикнулась о своих желаниях. А потом уже не надо стало, эйфория прошла, устремления пропали.

– Согласна и понимаю, – признала Рози без тени иронии. – И потом – одно дело ты, другое… Монброн, я промолчу. Лучше тебе не знать, что я думаю о твоей сестре.

– Вот и не говори, – согласился Гарольд, прильнувший спиной к стене. – Лучше не знать, твоя правда.

– А мне знаете что интересно? – снова заговорила Магдалена. – Если бы Эраст со мной переспал, я бы могла забеременеть? Ну, так, в принципе?

– Нет, – помотала головой Рози. – Поверь, имейся такая возможность, то я бы второго или третьего ребенка уже вынашивала!

– Само собой, – повертела пальцем у виска Миралинда. – Вы что несете? Он – да, в каком-то роде самозванец, из-за того Луара и понесла. Но мы-то все настоящие!

– Не только самозванец, – добавил Монброн. – Он еще и игрушка богов, их забава. Говорю же – нам Унс на этот счет много чего порассказал.

– Наверное, потому ему иногда так и везет, – заметил Карл, который, сопя, выковыривал пробку из пузатого меха с вином. – Сколько раз сгинуть мог, а все еще жив!

– Сомнительное счастье, – возразил ему Гарольд. – Ты, Эраст, имей в виду: в какой-то момент боги с тобой могут поступить так же, как дети со своими игрушками. Добро, если просто забудут и забросят в угол. А ведь могут и разломать.

– Так они чего, за мной все время следят? – переполошился я. Раньше подобное высказывание за глупость бы счел или за неудачную шутку, но сейчас, после всего увиденного, мне и в самом деле стало страшновато. – Хорош меня уже пугать!

– Ну-ну, ты свою персону не переоценивай, – расхохотался Эль Гракх. – Это он тебе так мстит за то, что случилось, за поруганную честь сестры, за то, что… Монброн, успокойся! Я тоже шучу!

– То-то, – проворчал Гарольд, который как следует перед этим пнул под зад пантарийца. – Я ему мщу за то, что он столько времени нас за нос водил. Ну ладно, на первых годах обучения темнить – это правильно, мы все тогда еще теми идиотами были. Но потом-то можно было сказать? Как будто это что-то для нас изменило бы!

Рози фыркнула, как ежик, бросив на меня столь же колючий взгляд. Похоже, она полностью разделяла мнение Монброна.

– Эраст, с ума не сходи, – посоветовала мне Эбердин. – Сам посуди – на кой ты богам сдался? Ты для них никто, как и любой из нас. Они над тобой потешились, но и только, а после сразу о сделанном забыли. Как, сдается мне, о нашем мире в целом.

– Соглашусь. – Магдалена поворошила длинной обугленной палкой костер. – Потому что не могут мудрые существа, его создатели, безразлично глядеть на все те мерзости, которые в нем творятся. Не имеют они на это права. Но так есть. Вывод? Богам на нас плевать. Ну или они не так мудры, как о них говорят.

– Пусть их, богов, – отмахнулся я. – Чего мы дальше делать станем? Все планы демонам под хвост из-за этой… дочери.

– Не мы, а ты, – заметил Монброн, принимая из рук Карла мех с вином. – Все, мои полномочия как дядюшки выполнены полностью, теперь твоя очередь. Ты отец, тебе думать.

– О чем ты? – у меня под шляпой волосы встали дыбом. – Какой из меня отец? Я не отказываюсь, от нее, конечно, но…

– Попробовал бы ты после ритуала родства это сделать, – хихикнула Миралинда. – Нам его Унс успел показать еще до того, как… До гибели своей, короче. Это магия, ее не обманешь. Да, моя маленькая? Мы уже спим, мы носиком сопим, папу слушаем…