Андрей Васильев – Слеза Рода (страница 9)
– Не забудь с шаманами поговорить в Москве. Не думаю, что их у вас там много. Настоящих, имеется в виду, а не шаромыжников из телевизора.
– Зачем? – уточнил я.
– Экий ты глупо́й. Аркашка, поганец, Мискува убил, верно?
– Верно.
– И что теперь?
– А что теперь?
– И вправду обалдуй! – возмутился колдун, а после недоверчиво глянул на меня. – Стой-ка. Ты впрямь не понимаешь, о чем я?
– Нет. – Я подал знак таксисту, мол, сейчас-сейчас.
– Эх, молодежь! – всплеснул руками старик. – Мискув был шаман, причем не просто так, в которого дух таежный или горный вошел и выходить отказался, а родовой. Наследственный, понимаешь? Его просто так, без последствий, убить нельзя. Вот если после обряда, специальным заговоренным ножом грудь вспороть, сердце вынуть и на костре его сжечь, тогда да, может, и пронесет. И то не поручусь. Но вот так, пулями, только тело прибьешь, а дух – шиш! Потому Аркашка твой вместе с кладом такое проклятье на свою голову заполучил – что ты! Я даже точно не знаю, какие именно напасти на него сейчас сыплются – может, он заживо гнить начал, может, сны его терзают, да такие, что седым проснешься, может, смрад от тела идет жуткий, который никто из рядом стоящих выдержать не сможет. Одно скажу точно – чем дальше, тем ему будет хуже. Так что без шамана, причем очень сильного, от этой напасти не избавишься, только он посмертную кару Мискува от него отведет. И то не факт, что кто-то согласится на себя такой груз принять. Опять же – не любят шаманы тех, кто убивает их собратьев, потому ни на Урале, ни на Алтае, ни на Кольском рад паскуднику никто не будет. Скорее, в жертву принесут, чем помогут. А вот в Москве – кто знает? У вас там царство денег, может, найдется какой двурушник. И времени у бывшего дружка твоего всего ничего осталось, недели две, не больше. Потом сожжет его проклятие – сначала душу, после тело.
– Я понял. – Ощутил, как в душе зажегся маленький огонек, означавший одно – теперь у меня есть теплый след, по которому можно идти. – Спасибо тебе, Геннадий Мефодьевич. Если свезет и жив останусь – сообщу, чем все кончилось. А то и в гости на будущий год заеду.
– Ага, как же, – усмехнулся старик. – Я, когда молодой был, тоже кажен год своему бате сулил, что об следующее лето на покосе помогу. Угадай – хоть раз приехал? То-то и оно. Все, бывай.
– До встречи, – я обнял деда. – А про Матвея Верховина я не забуду, при случае привет от тебя передам. А то и чего покрепче. Чтобы проняло его до самых кишок.
– Та штука, что вы все ищете, силу не только отдавать умеет, – шепнул мне на ухо колдун. – Если по уму с ней обойтись, так она ее и забирает. Иной раз вместе с жизнью.
На кладбище я успел до темноты, посидел с полчаса у могилы Мишани, разделив с ним напополам, как это водилось между нами, бутылку хорошей водки и рассказав о том, что, скорее всего, с его убийцей расчет произведен полностью. Уверен, что кто-то из тех охранников жрецов, что мы перебили на площадке, Мишаню и порешил. Вряд ли у поклонников Куль-Отыра очень большой штат профессиональных бойцов, это штучный товар, такого много не бывает.
Не знаю уж, в водке было дело или в том, что погибший друг одобрил то, что услышал, но после того, как я покинул кладбище, у меня на душе стало спокойно и светло. И даже если меня не пустят в поселок, то, скорее всего, никакой грусти по этому поводу не возникнет. Нет так нет, поехал бы в Кольцово, ибо в Екатеринбурге меня теперь совсем ничего не держит. Может, так даже и лучше. Хлопот меньше.
Но нет, никаких проблем не возникло. Более того, Марина меня, похоже, очень ждала, ибо прямо с порога окатила, как из ведра, кучей упреков на тему: «Ну ты где катаешься, все давно остыло».
– Можно подумать, ты сама готовила, – усмехнулся я, сбрасывая с плеч рюкзак.
– Нет, – честно ответила девушка. – Но я придумала меню, а это тоже очень важно.
Надо заметить, что сегодняшний день она явно потратила с немалой пользой для себя любимой, ибо от вчерашней замарашки в ней не осталось ничего. Марина даже прическу и ту поменяла, изрядно укоротив свои волосы.
– Да-да, – верно расценив мой взгляд, подтвердила она. – Все возможные женские радости косметологии получила. А главное – вот, ноготки сделала. Даже не знаю, что меня бесило в пещерах больше – то, что я там могу сдохнуть, или отсутствие маникюрши.
– Марина Вадимовна, – негромко произнес Константин Николаевич, который по традиции отирался неподалеку от моей собеседницы. – Данные, пожалуйста.
– А, да! – щелкнула пальцами Белозерова. – Точно! Макс, у тебя же есть паспортные данные Аркаши? Не говори, что нет, не поверю.
Я глянул на нее, на охранника, а после нахмурился.
– Ой, ладно, – отмахнулась девушка. – Глупо отказываться от помощи, когда ее можно получить без каких-либо обязательств, так говорит мой папа, а он очень умный человек. Возможности Савельева – это начальник охраны – очень велики, так давай их используем? Ну как эта падла белобрысая где засветится? Не знаю, как ты, но я очень хотела бы с ним еще разок повидаться.
– Резонно. – Подумав еще пару секунд, я достал смартфон. – Константин, у тебя номер какой?
Я фоткнул паспорт Стрелецкого еще в Москве, в аэропорту, представилась мне тогда такая возможность, вот привычка грести под себя всю информацию, которая подворачивается под руку, и сработала. Но пригодилось же?
– Пробьем, – заверил меня охранник и отошел к двери, набирая чей-то номер, меня же Марина потащила в столовую, где я увидел богато накрытый стол.
– Сама не ела, тебя ждала, – сообщила она мне. – Хоть и хотелось! Так что мой руки – и за стол.
Похоже, ей нравилось изображать из себя эдакую хозяюшку. Пусть. Чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не острыми и колющими предметами.
– За Костика не переживай, – десятью минутами позже, уминая сложносочиненный салат, успокаивала меня Марина. – Он деталей не знает, для него Аркаша просто некий человек, который кое-что у нас украл. И – все!
– Хорошо, – разрезая кусок свинины, одобрил ее слова я.
– А мы завтра летим в Москву, – уведомила меня девушка.
– «Мы» – ты и охрана?
– «Мы» – ты и я. Ну и они тоже, куда деваться, – пояснила Марина. – Ты же все дела тут поделал?
– Все. А как же Дубай?
– Ну на фиг. Чего я там не видела? Да и день рождения у папки скоро. Юбилей! Наверняка устроят большой праздник, он порадуется, если я на нем появлюсь. В том году не вышло, я… Короче, приболела немного, пришлось в Европу ехать лечиться. Причем в редкостную дыру, где даже мобильной связи нет. Все общение по электронной почте, как в каменном веке. Представляешь?
– В самом деле жуть, – согласился с ней я, застыл на миг, отложил вилку и нож в сторону и припечатал ладонь себе ко лбу. – Блин! Вот же долбень!
Глава 4
– Еще и самокритичен, – отметила Марина, разрезая кусок мяса. – Ну, не совсем идеал мужчины, но близко к тому. Очень близко.
– Рад, что смог угодить, – на автомате ответил я, доставая из кармана смартфон. – День прожит не зря.
Вот она, моя любовь к сложным окольным путям. И так прикинул, как бы с Шлюндтом связаться, и эдак, а об одном совсем простом факте, с которого, по сути, все и началось, забыл.
Электронная почта! Он же мне тогда письмо прислал, в котором и сделал предложение на него поработать. Ну да, конечно, там мог быть одноразовый ящик, зарегистрированный для конкретной цели, и после обмена письмами он заброшен, но отработать-то данный вариант обязательно надо? Тем более что Карл Августович мне показался господином крайне основательным, ну как он его нет-нет да и проверит?
Хотя, конечно, куда проще просто взять и позвонить, у него, в отличие от меня, такая возможность есть. Но кто знает, какие у него были договоренности с Аркашей? Он же для него до сих пор сотрудник, не вызывающий недоверия, вот и ждет антиквар заветного звонка, что дело сделано. А я так, исполнитель, чего со мной лишний раз разговоры разговаривать?
Если только этот паршивец и на самом деле таковым не является. Но в этом случае я со Шлюндтом точно в ближайшее время не пообщаюсь.
Подробности тут будут лишними, к ним мы перейдем при разговоре, если таковой, разумеется, состоится.
– Макс, это просто невежливо, – сообщила мне Марина с явным неудовольствием. – Все понимаю, но хоть за ужином мне можно время уделить?
– Можно, – кивнул я, кладя телефон на стол. – Итак – ты возвращаешься в Москву.
– Мы, – чуть устало снова поправила меня девушка.
– Ну да. Со временем уже определилась?
– Утром, – неуверенно произнесла девушка. – Наверное. По крайней мере, меня бы это устроило. Но вообще надо у Константина спросить, подобные вопросы в его компетенции. Хочешь еще салата?
Если честно, я немного опасался того, что после ужина начнутся разговоры на тему «к тебе или ко мне», поскольку очень уж происходящее напоминало мне тот самый спектакль, который мужчины и женщины разыгрывают друг перед другом с начала времен, но нет, обошлось. После десерта Марину мигом потянуло в сон, и минут через двадцать она, извинившись, покинула столовую, направившись в свою комнату, чем, признаться, меня немало порадовала. Думаю, папаша Белозеров, при всей его лояльности и дружелюбии, все же не очень одобрит связь дочери с обычным наемником вроде меня. Можно сколько угодно шутить по поводу того, что принцессы иногда выходят замуж за свинопасов, но шутки и останутся таковыми. Большие деньги любят браки с большими же деньгами, так сказать династические. Не стремятся их обладатели пускать в свой круг невесть кого, и плевать на то, что отпрыски истерят и катаются по полу. За кого сказано, с тем отбрачуются, а после хоть трава не расти.