Андрей Васильев – Отдел 15-К. 2 книги. Компиляция (страница 74)
— И она, стало быть, пропала? — задумчиво повторил слова местного полицейского Коля. — Весело. А она вообще как — старушка-божий одуванчик, или крепкая бабка, из тех, что за пенсией бегом бегут?
— Скорее — крепкая, — подумав, ответил Суворов. — Хотя лет ей… Знаешь, я сам местный, неподалеку отсюда, в Росьино, моя родня до сих пор живет. Так вот — Власьевну я с детства помню, и уже тогда она была старая бабка. Сейчас у меня вон волос почти не осталось, и пузо до носа, а она вообще не изменилась, все такая же.
— Коль, а эта Власьевна, часом, не та ли красотка, которая в тридцатых кашу заварила? — вдруг поинтересовалась Мезенцева. — В деле ведь про то, что с ней стало, ни слова нет. Словно всем глаза отвели.
Эта мысль в голову Нифонтову пришла и без нее, но он был рад, что Женька наконец перестала заниматься всякой ерундой и начала думать.
— А как фамилия Власьевны? — спросил у подполковника Нифонтов.
— Орехова, вроде. Но кто ее по фамилии-то называет? Власьевна да Власьевна, — подумав, произнес тот, глянув на сержанта-водителя, сидящего в машине. — Леш, ты же из этой деревни, паспортные данные фигурантки знать должен лучше меня.
Сержант безмятежно улыбнулся и передернул плечами, как бы говоря: «Чего не знаю — того не знаю».
Впрочем, пасьянс уже сошелся. Орехова. Стало быть, права Женька, это и есть та самая молодуха, которая еще тогда, много лет назад, вытащила тени стрельцов из небытия.
Это сколько же ей лет, выходит? Она, по ходу, тете Паше ровесница. А говорят, долгожители только на Кавказе водятся. Да шиш вам, их и у нас, в Средней полосе России, хватает.
Впрочем, возможно Власьевну из этого списка можно уже вычеркивать, коли деревенская ведьма вот так вдруг куда-то запропастилась, значит не все так просто, что-что, а это Коля знал неплохо. Деревенские ведьмы, не оторвавшиеся от своих корней, от века ладящие с лесными и полевыми хозяевами, просто так не пропадают. В плане выживания они куда более опытны, чем их, прямо скажем, изнеженные городские коллеги, избалованные благами цивилизации.
— Власьевна — ладно, мороки тоже, — тем временем вещал Суворов. — Но вот все остальное… Не дай бог какой щелкопер волну в интернете поднимет, дескать, «в районе Сергиева Посада завелся дорожный маньяк-убийца», — и все, пиши пропало. Вот сколько же неудобств у нас стало из-за этого интернета, а, старлей? И, главное, придумывают больше, чем есть на самом деле! Машин нашли три, а напишут — тридцать. А кому отвечать? Мне. Сразу комиссию пришлют, после прокурорские наедут, а следом за ними и служба собственной безопасности припрется, куда без них! Мол — проверка на предмет соответствия занимаемой должности. А мне до пенсии два года осталось. И ладно бы мы ничего не делали. Мои парни все перерыли вокруг, всех опросили. Хотя кого тут опрашивать, в деревне два с половиной старика осталось, молодежь вся давно разъехалась. Ну а дачный сезон еще не начался. Нет, оно и к лучшему, старики аккаунтов в соцсетях не имеют, потому вся эта дрянь в сеть пока и не просочилась. Ну а своим я пообещал головы оторвать, если хоть слово налево уйдет. Они меня знают. В смысле — что это не в переносном смысле сказано, а в прямом.
— И? — поторопил его Коля.
— И, — засопел подполковник. — Выяснилось, что на самом деле таскаются в ночи эти самые мороки. Как стемнеет, от реки они приходят, от Вори, стало быть. В деревню пока не суются, но то пока. Знаешь, у меня оперативники парни тертые, парочка еще с «нулевых» работает, всякое повидали, но здесь их здорово пробрало. Говорят, что даже про оружие забыли, как этих долгополых с топорами на древках увидели. Посидели они на холме, посмотрели, дождались, когда мороки в поле уйдут, да и свалили оттуда подобру-поздорову.
— Мне бабка рассказывала, что такое уже как-то раз случалось, — вдруг подал голос водитель Леша. — Еще до войны.
— Да это всем тут известно, — отмахнулся Суворов. — И князя старого с сыном кто хотел, тот видел. Я и сам по молодости на него бегал смотреть. Но вреда-то от них не было никакого, а тут вон чего началось.
— Про нашего князя даже в книжках написано, — лучезарно улыбнувшись, сообщил Женьке Леша. — У писателя Рыбакова! Я-то его тоже видел.
Было видно, что он гордится этим фактом.
— Так что, старлей, давай, делай что-нибудь, — подытожил подполковник, сняв фуражку и вытерев испарину со лба. — Ровнин сказал, что ты перспективный сотрудник, хоть и молодой, так соответствуй, не подведи своего начальника. Ну а за мной не заржавеет, не сомневайся. Понятно, что представление на новую «звездочку» я тебе написать не смогу, уровень у меня не тот, но медаль «За вклад в укрепление правопорядка» обещаю. Понимаю, пустячок, но приятный же!
— А мне? — взвилась Мезенцева.
— А тебе подарим мешок семечек, — хмыкнул подполковник. — Ты кто? Практикантка небось? Вот и соответствуй. И не лезь в разговор, пока не спрашивают. Так вот, старлей — рой носом, но всю эту чертовщину мне тут пресеки! Ну а от меня если чего надо — людей там, технику, — нет проблем, окажем содействие.
— На гору проехать можно? — уточнил Коля. — Мне бы там оглядеться.
— Можно, — подал голос Леша. — Дороги не развезло еще, снег пока держится. У нас тут не город, труб под землей нету.
— Стало быть, оттуда начнешь? — уточнил Суворов. — Может, оно и верно.
— Сначала дом Власьевны посетим, после по окрестностям покатаемся, а как стемнеет, рванем на гору, — ответил ему Коля. — С нее обзор ведь хороший?
Глава пятая
Старое капище (окончание)
Всю дорогу Коле не давали покоя слова его коллеги из тридцатых годов о капищах. Он и так прикидывал, и эдак, и все понять не мог, как они могли быть связаны с происходящим. Нет, так-то логика вроде есть, и она понятна — капища есть места служения богам, там и жертвоприношения, возможно, совершались, а если место силы вдобавок кровью попотчевать, то всякое разное случиться может, вроде явления призраков, вылезших из дыры, которую плотно заткнули пробкой невесть когда.
Но вот одно обстоятельство просто-таки перечеркивало всю эту теорию. Капища эти являлись местом поклонения старым богам. Славянским, в смысле. А это значит, что как минимум к текущей проблеме, связанной с тенями петровских стрельцов, они точно никакого отношения не имеют. Стрельцы без тени сомнения при жизни были православными, веровали в Христа, и никакой Белобог или Чернобог их тени потревожить не мог.
И потом — ну да, те сущности были сильны, их адепты и сейчас, пусть даже нечасто, но дают о себе знать, но, как правило, никаких пакостей они не совершают. Славянские боги относительно тихо-мирно уступили дорогу новой религии, и скрылись за пеленой времени, оставшись в этом мире в виде монографий, докторских диссертаций и персонажей фэнтези-романов. Нет, волхвы, что им служили, случалось, чудачили, особенно по первости, но к семнадцатому веку они окончательно растворились в лесных чащах, поняв, что их история подошла к концу. Опять же — «растворились» не означает «исчезли», кое-кто до сих пор верен душой Перуну, Велесу и остальным представителям славянского фольклора, но почти всегда это больше игра, чем истинная вера, выражающаяся в безобидном ношении старинных одежд и распевании песен, которые они искренне полагают теми самыми, старыми, хоть это, конечно, и не так. Опять же — в отличие от строгого и торжественного христианства, языческие обряды кажутся веселыми и беззаботными. Прыганье через костер, запускание венков по реке, хороводы, огненное колесо, спускаемое со снежной горки… Все это больше похоже на забаву, а потому выглядит притягательно, потому даже верующие в Спасителя люди в большинстве своем на пару-тройку дней не прочь стать язычниками. На Масленицу, по крайней мере, блины трескают вообще все.
Но капища… Нет, как-то это все не монтируется в общую картину.
Визит в дом бесследно пропавшей Власьевны ясности в происходящее тоже не добавил. Не было там никаких признаков того, что его хозяйку забрали силой. Нет, последние сомнения в том, кем она являлась, у Коли пропали, это да. Ведьма, можно даже не гадать, все атрибуты, свойственные этому племени, здесь присутствовали. Например — сушеные травы всех мастей, среди которых имелись как те, что человеку помочь могут при хвори, так и те, которые его в лучший мир отправят без особого труда. Был старый закопченный котел, стоящий, как и положено, в переднем углу избы, прямо напротив входа, висело и старое мутное зеркало в медной оправе, закрытое холстиной. В принципе, где-то и книга заклятий наверняка лежала, но ее оперативник искать даже и не собирался. Зла ему Власьевна не делала, враждовать с ней особой нужды не имелось, а значит, и имущество ее трогать не стоит. Ведьма, даже если она толерантна к людям, подобного не простит. Книга заклятий для нее все равно что часть тела, тронь — и непременно после на неприятности нарвешься. Не то чтобы Коля этого очень опасался, но — зачем? Нерациональный подход.
Хотя если подтвердится тот факт, что старушку пришибли, придется порыться. Просто так подобную штуку оставлять не стоит, мало ли в чьи руки она попадет?
— Пусто, — утвердительно произнес водитель Леша, когда сотрудники отдела вернулись к машине. — Да?