Андрей Васильев – Файролл. Снисхождение. Том 2 (страница 4)
«Почему все полководцы всегда говорят одно и то же? – подумалось мне. – Ну никакого разнообразия».
– Кровь и смерть! – голос Лоссарнаха летел над полем, даже зрители затихли, только «мусорщики» о чем-то бранились друг с другом, как видно – делили шкуру неубитого медведя. – Смерть и слава! Вот все, что нужно воину!
Финальные строки явно писал Валяев. Его стиль я где угодно узнаю.
Чпппо-о-о-оккк! И долина словно оказалась под прозрачным колпаком, который накрыл ее с довольно противным звуком.
С той стороны поля до нас донесся глухой гул и недовольные выкрики.
Я так и знал. Ну вот не уважают нас «Двойные щиты», ни в грош ни ставят. И опять собрались провернуть все тот же трюк, что и в прошлый раз – открыть портал у нас за спинами в самый неподходящий момент и всех перерезать.
А вот – фиг вам. Можете долбиться сколько угодно, проку только не будет. Зря я, что ли, с Валяевым и Костиком по этому поводу столько разговоры разговаривал?
Так что сегодня все будет по-честному и победит тот, кто достоин этого на самом деле. Для меня это непривычно, но иногда для разнообразия можно и так сыграть. Справедливо, в смысле.
– Прозвучит странно, но я впервые в жизни радуюсь чужому горю, – неожиданно весело произнесла Кролина. – Вы гляньте на «мусорщиков»!
Да, это было приятное зрелище. Кучка оборванцев как будто осатанела, они били по прозрачному куполу клюками, ногами, руками и, несомненно, мерзко сквернословили. Оно и понятно – добыча, которую они уже считали своей, улизнула от них. Особенно неистовствовал один из них, с ником «Трактор». Под конец он и вовсе повалился на траву ничком и начал валтузить кулаками ни в чем не повинную землю.
– Психи, – только и смог сказать на это я. – Их лечить надо. Лучше всего – электричеством.
– Вот задница, – перед нами появился Амадзе, расстроенный и растрепанный. – Не успел покинуть поле. Кро, сними хоть битву, потом запись посмотрю. Меня сейчас того, уже и счетчик пошел. Блин, специально пораньше встал!
– Не вижу никакой проблемы, – я шустро открыл меню управления кланом. – Лови приглашение, а потом, если захочешь, покинешь наши ряды.
– Вариант, – обрадовался рога. – Вот спасибо!
– За «спасибо» некрасиво, – Кролина сурово сдвинула брови. – Воевать за нас будешь.
Ба-а-а-а-аммммм!
Над полем прокатился колокольный звон, означающий, что битва началась.
– Эй, – донесся до нас крик с той стороны. – Вы не забыли договор, что был заключен на совете?
Растолкав воинов, стоящих в первой шеренге, вперед шагнул Гуард, в белой рубахе, с длинным горским мечом в руках.
– Все-таки без доспехов будем драться, – расстроенно поморщился я. – Экая досада.
На самом деле это было плохо. Снаряжение здорово усиливало меня, и снимать его крайне не хотелось. Речь шла не обо всей амуниции, только о шлеме, плаще, наплечниках и нагруднике, но все-таки.
– Где же ты, выскочка? – разорялся Гуард, уверенно шагая к центру поля. – Или ты силен был только там, в присутствии Фергуса, голову которого я тоже собираюсь сегодня взять?
– Да не ори ты! – крикнул я. – Иду уже.
Я стянул доспехи, оставшись в красной рубахе, которую таскал на себе еще со времен Архипелага, мимолетно порадовавшись тому, что хоть не по пояс голым надо сражаться. Вот народ бы вдохновился, увидев мои татуировки с лодками и прочей пиратской символикой.
Зато у меня не болела голова по поводу того, каким я получусь на фотографиях и видеозаписях, которые, скорее всего, будут делать люди. Никаким я там не получусь, Костик клятвенно меня заверил, что мое лицо на них будет не совсем моим. Похожим – но не им. Не знаю, что он имел в виду, но обещания звучали очень и очень убедительно.
– Хейген, может, я помаленьку в тебя качать жизнь буду? – тихонько спросила у меня Тисса. – Аккуратненько.
– Не надо, – отказался я. – С той стороны наверняка это мониторить будут, и если смогут доказать, что мы нарушили правила поединка, то оспорят результаты битвы. Оно нам надо? Там же такой народ – только дай вцепиться в ляжку, по пояс тело обглодают.
Может, это и не так, но я все равно предпочту сразиться честно. Во избежание. Да и потом – я уже как-то раз подрезал этого пухлика, на втором же выпаде. Годи Оэс, который мог бы ему помочь – в гостях у Барона Сэмади, так что чего мне бояться?
Я не торопясь подошел к противнику, который насмешливо рассматривал мою красную рубаху.
– Это теперь мода такая? – полюбопытствовал он язвительно. – Или просто денег на хорошее белое полотно у тебя нет?
– Это чтобы тебя не смущала твоя же кровь, которой я свою рубаху заляпаю, – припомнился мне древний анекдот. – Да что моя рубаха, вот ты подготовился – так подготовился. Сразу надел коричневые штаны.
– А что здесь такого… – начал было говорить Гуард, но потом сообразил, что к чему, и, злобно засопев, выставил перед собой меч. – Ну всё!
– Как скажешь, – покладисто согласился я, поднимая щит на уровень глаз и крутанув меч. – Всё – так всё.
Ну да, у него клинок длиннее, но это ничего не значит, с ним еще надо уметь управляться. И потом – тяжел такой меч, если как следует дать противнику побегать, то он быстро выдохнется, а потом – делай с ним что угодно.
Нельзя сказать, чтобы Гуард совсем уж не умел орудовать горским мечом, пару раз он меня чуть не задел, а один удар я еле-еле принял на щит.
Сам я толком его не атаковал, не было в этом смысла, для меня было главным – не пропустить удар. Но при этом я не бездействовал, при каждом удобном случае нанося ему урон, зачастую совсем плевый, но очки жизни с этого толстяка снимающий. Курочка по зернышку клюет – и тем сыта бывает.
Лицо Гуарда постепенно наливалось кровью, рубаха его там и сям была уже здорово уляпана красными пятнами, дыхание становилось все более прерывистым, он неразборчиво орал проклятия, перемешанные с оскорблениями, требовал, чтобы я не крутился, а дрался, но это мне было безразлично. Я то и дело наносил ему точечный урон и ждал того момента, когда жизнь моего противника уйдет в желтый сектор, отлично зная, что после этого он ослабеет, а значит – откроется. И вот тогда у меня будет возможность нанести решающий удар. Красивый и показательный, поскольку этот поединок не просто «кто кого убьет». Он имеет, если можно так сказать, пропагандистское значение и влияет на дух войск.
И я поймал этот момент.
Лезвие моего меча вошло в живот Мак-Пратта легко, как горячий нож в брусок сливочного масла.
Я немного довернул клинок, вспарывая живот Гуарда, он глухо охнул, меч беззвучно выпал из его рук на траву, дородное тело моего врага как-то сразу обмякло, шатнувшись ко мне. Он еще и руки раскинул, словно хотел меня обнять.
– Девки в озере купались, их надежды оправдались, – сообщил я застонавшему от боли Мак-Пратту. Лезвие легко вышло из его тела, и толстяк, потеряв опору, опрокинулся на землю.
Гуард скорчился, повернувшись на бок, прижал руки к животу, и еле слышно заохал.
– Добей его, – донесся до меня голос, который я узнал. Это было голос Саймона Мак-Анса, за сына которого я вскоре выдам Трень-Брень.
К нему присоединились еще несколько голосов, причем один из них подозрительно напомнил мне… Да нет, откуда ему здесь быть?
– Пощади, – произнес Гуард и протянул ко мне руку, измазанную кровью, которой здесь вроде бы и нет. – Пожалуйста.
– Извини, – развел руками я. – Одно дело, если бы мы личные счеты сводили, тогда – может быть. Но тут-то дело общественное, так сказать – политическое.
Я толкнул его тело носком сапога, переворачивая на спину, и вбил острие меча в левую часть груди.
Глава вторая
в которой звенит сталь и льется кровь
– Какой доспех? – пробормотал я, глядя на тело.
И то – нет у него никакого доспеха, только вон рубашка драная, вся в кровище, да портки. Кстати – этот хитренький был, не то что мой приятель Лоссарнах, он килт надевать не стал.