Андрей Васильев – Файролл. Снисхождение. Том 2 (страница 10)
– Ну да, ну да, – покивал король без королевства.
Ой, не нравится мне это. Как бы он сейчас какую-нибудь ересь благородную не выкинул, вроде: «Так бери свободу непрошенную» или «Дай мне слово, что не станешь злоумышлять против меня». Это будет самый паршивый из всех вариантов, поскольку он перекроет мне путь к голове Макмиллана. Поди убей его после королевской амнистии.
– Да не так уж она и заплутала, – как-то по-свойски сказал Лоссарнах, внимательно глядя на Мак-Пратта. – Дядюшка, ты же понимаешь, что вдвоем нам на холмах Пограничья будет тесно. Прости уж за возвышенный слог.
– Это все тлетворное влияние Запада, – наставительно сказал ему Макмиллан. – Третесь там, а потом на нашу землю заразу всякую тащите.
– Кто бы говорил, – подал голос кто-то из гэльтов. – Сам нас продал той бабе, что у них на троне сидит, и на тебе – теперь Мак-Магнус виноват.
– Не писал я этого, – хрипло рыкнул Мак-Пратт и мотнул головой. – Не писал! Вон тот паршивец эту пакость состряпал, который клан Линдс-Лохенов к рукам прибрал. На крови поклянусь! Если хотите – могу палец указательный себе отсечь в доказательство.
Забавные тут у них аргументы своей правоты. Отрезал себе палец – не врешь, значит. Если продолжить этот логический ряд, то отсечением руки можно будет даже доказать ложь собеседника. Вот же дикие люди.
А так – дурак он, этот патлатый старик. Теперь даже если король без королевства сваляет дурака, играя в благородство, то я смогу потребовать его крови, как платы за оскорбление. Уровень у него наверняка неслабый, да вот только построгали его уже здорово, так что – управлюсь как-нибудь. Ну, а если нет – то его всяко наши потом добьют, успею я Гедрону про это на ухо шепнуть. Не уйти Макмиллану Мак-Пратту нынче с этого холма, теперь уже по любому не уйти.
– Утопающий и за гадюку схватится – проорал кто-то из рядов нашего воинства, и я с удовлетворением узнал голос Флоси. Жив мой туалетный.
– Да теперь это не столь и важно – писал ты это или не писал, – негромко, но так, что его услышали все, произнес Лоссарнах. – Теперь важен только тот факт, что мы друг другу живыми не нужны. Ты – здесь, я тоже здесь, мечи при нас. И в живых должен остаться только один.
– В чем же дело? – Мак-Пратт снова мотнул головой и его седые патлы подхватил ветер, который невесть откуда взялся здесь, под куполом. – Давай закончим эту тяжбу. Только пообещай мне, что отпустишь моих людей, тех, что уцелели.
– Ты не можешь ставить мне условия, – жестко произнес Лоссарнах. – Я тебе ничего не должен и поединок даю только из уважения к твоим сединам. И не более того. Хотя мог бы просто позволить своим воинам зарезать тебя как корову на бойне. Твои люди умрут, все до единого. Но – в бою, а не от руки палача, это все, что я могу тебе обещать.
– И то хлеб, – произнес кто-то из сторонников Мак-Пратта, несколько игроков, которые стояли рядом с ним переглянулись, лица у них были недовольные.
Оно и понятно – фигня выходит. Бой проигран, ни фана, ни лута не предвидится, а потому умирать страсть как неохота. Им осталось только надеяться на то, что победу нам засчитают после смерти их лидера, после этого купол исчезнет и они успеют смыться с поля боя.
Мак-Пратт вышел из кольца, которое вокруг него создали его сторонники, и сделал некий жест, более напоминавший приглашение к танцу, чем к бою.
Лоссарнах встал напротив него и сделал круговой мах мечом, разминая плечо.
– Ты обещал – палача не будет, – еще раз напомнил ему Мак-Пратт.
– Слово, – подтвердил мой друг.
Мечи столкнулись, еще раз, и еще раз. Это на самом деле больше напоминало танец, чем бой. Никакой бешеной рубки, никаких «дзинь-трах». Два бойца стояли друг напротив друга и каждый из них не спешил.
Замах – и Лоссарнах отбивает удар, тут же, сделав изящный поворот, пытается достать Макмиллана, не достигает успеха – и вот они снова застыли друг напротив друга.
И снова – замах, клинки сталкиваются в воздухе раз, другой, Мак-Пратт пытается изобразить тот же финт, что секундой раньше мой друг – и тоже впустую, с той, правда, разницей, что Лоссарнах хоть и не добился успеха, но остался при своих. А вот Макмиллан ушел в «минус». Вечный минус, поскольку король без королевства поймал его на этом выпаде и его длинный меч вспорол противнику живот.
Мак-Пратт просеменил несколько шагов вперед, потом его ноги подломились, а меч выпал из руки.
– Как говорит мой названный брат: «Вот как-то так», – сообщил стоящему на коленях старику Лоссарнах и снес ему голову.
– Фига себе, – пробормотал кто-то из уцелевших игроков, выступивших за Мак-Праттов, глядя на кровь, хлеставшую из безголового туловища. Его хорошо было слышно, вокруг стояла тишина. – Я про такое даже не слышал никогда.
– Глюк? – неуверенно предположил его сосед. – НПС валит НПС, кровища вокруг. Может, из-за купола? Всякое бывает.
– Глюк, не глюк – но чересчур, – подытожил третий игрок из «Двойных щитов». – Главное, чтобы купол этот исчез, потом думать будем.
Тулово повалилось на землю, но купол не исчез.
Лоссарнах растолкал бойцов Мак-Праттов, которые окончательно смирились с поражением, подошел к флагу, реявшему выше других, и одним ударом перерубил его древко.
«Ба-а-анггггг!» – купол, раскинувшийся над полем, издал дребезжащий звук и исчез.
Секундой позже сверкнуло несколько порталов – это смылись игроки «Двойных щитов», оставив своих недавних соратников на произвол судьбы.
Вот уж совсем неожиданно. Но – приятно. Господи, когда я уже дойду наконец до мастера умений? У меня их там скопилось невесть сколько. Правда, мне и без них своих хватает, вон еще одно перепало.
Лоссарнах тем временем подошел к телу Макмиллана и накрыл его флагом с эмблемой клана «Мак-Пратт». Не стал он флаг в грязь втаптывать, не угадал Гедрон.
– Убейте их быстро, – дал он команду воинам, показав на последних бойцов павшего клана. – Они это заслужили.
Да!!!!! Заключительным. Алилуйя! Неужели? И главное – не надо никуда идти и ничего добывать. Просто постоять в главной зале и смахнуть набежавшую слезу, радуясь за старого друга. И потенциального родственника.
Остатки Мак-Праттов добили почти моментально, да те особо и не сопротивлялись, понимая, что для их кланов все в этой жизни кончено.
– А в-вот теперь – самое в-время выйти на сц-цену тебе, – прошептал мне в ухо брат Юр, покопался в наплечной суме и сунул мне в руку корону. Небольшую такую корону – золотой ободок с острыми зубцами, в каждый из которых был вделан темно-багровый рубин. – В-вперед, мой юный друг, сделай к-короля королем.
Так вот о каких репликах он говорил. Маленькое, понимаешь, но очень ответственное поручение.
Но я – не против. Это и красиво, и полезно. Отличный шанс завершить этот бесконечный квест одним ударом.
– Брат мой! – проорал я, перекрывая гвалт, стоящий вокруг. – Пришло время получить то, что ты заслужил по праву – и крови, и силы.
Народ притих, не зная, чего еще подбросит это безумное утро.
– Ты что имеешь в…? – удивился было Лоссарнах и замолчал, увидев, что я держу в своих руках.
– Сей венец я возлагаю на голову одного из самых доблестных мужей, что рождала земля Пограничья, – начал на ходу импровизировать я, вспоминая романы Вальтера Скотта и Томаса Мэллори. Там подобные речи вели через страницу. – Прими же под свою руку этот край и будь ему добрым королем. Защищай его и делай все, чтобы люди, живущие под твоей десницей, не знали горя. За отвагу, доблесть и подвиги награждай своих подданных, за предательство и трусость – карай. Слава Лоссарнаху Первому Мак-Магнусу, королю Пограничья!
И с этими словами я нахлобучил корону на шевелюру своего друга.
– Слава!!!! – заорали воины, стоявшие вокруг нас.
Громыхнула сталь – Ченд де Бин, а за ним и все уцелевшие рыцари, человек, наверное, восемьдесят, встали на одно колено, причем одним из самых первых это сделал Гунтер. Жив, бродяга. Хорошо.
За ними, чуть помедлив, тот же трюк повторили игроки и даже горцы, причем последние меня немало удивили. С их-то вольнолюбивой натурой?
Спустя минуту на ногах остались лишь несколько человек – я, король без… Да нет, теперь на самом деле – король, без добавления других эпитетов. Еще не встал на одно колено Флоси, замешкавшийся на секунду, правда, как раз в тот момент, когда я на него посмотрел, его резко дернула за рубаху рука в стальной перчатке, да так, что он чуть вовсе не упал. Плюс на обеих ногах остались еще две моих магички да брат Юр. Ну, с ним все понятно – король там, не король, а он ни перед кем на колени не встанет. Не те это люди, казначеи. Не такое у них воспитание.
Я, правда, тоже было собрался преклонить колено. Не люблю выделаться на общем фоне, не слишком это разумно. Не то чтобы – «если все стоят на коленях, то тоже надо на них встать», нет-нет, дело не в этом. Просто есть в жизни моменты, когда быть одним из многих куда разумнее, чем стать «тем самым, который тогда на рожон полез». Тот, кто не умеет в нужный момент найти укрытие от бури, а гордо встречает ее с открытым лицом – он не смельчак и не герой. Он потенциальный покойник. Буря не разбирает, что к чему, она природное явление, не имеющее разума. Ей что дерево, что человек – все едино.