Андрей Васильев – Файролл. Петля судеб. Том 3 (страница 14)

– Как это все омерзительно приятно, – совсем уж оттаяла Вика.

– А денька через три-четыре, если сами не сбегут, то закройте их в кабинете вечером, – подытожил я. – И чтобы наверняка заколбасило, попроси Жилина сначала стационарные телефоны испортить, а после еще и глушилку для мобильников установить. Уверен, у него такая есть. А если нет, то добудет, Серега на такие вещи мастак. И окна пусть намертво заколотит, так, чтобы не открыть даже с гвоздодером. Ну а двери им сроду с петель не снять, их не сегодня делали. Устроим сестричкам незабываемую ночку, чтобы они потом ее всю жизнь вспоминали!

– Вот вроде двусмысленно фраза звучит, почти пошло, а мне это нравится, – потерла ладоши Вика. – Скажи еще какую-то гадость, а?

– Да ты любительница грязных забав? – скабрезным тоном произнес я и приобнял ее за плечи. – Уф, что за женщина мне досталась!

В столовой, как обычно, в такое время особо никого уже не было, при этом ассортимент блюд меньше не стал. Много за что можно недолюбливать «Радеон», но одно у них не отнять – забота о персонале тут поставлена добротно, без скидок на время и извечное наше «кто не успел – тот опоздал».

Азов появился, когда я уже откушал борща, причем очень вкусного, и принялся за куриный шницель с гарниром в виде макарон с подливой. Он приволок с собой два стакана чаю в подстаканниках и тарелку с пирожками, вроде как не с пустыми руками пришел.

– Вика, душа моя, расскажи Илье Павловичу все то же, что и мне, – указал я вилкой на безопасника. – Только постарайся на этот раз обойтись без предложений по силовому устранению господина Голицина, без всех этих «тормозные шланги ему на машине подрежем» или «и вот тогда я этим шприцем с вирусом его прямо в сраку кольну».

– Ничего такого я не говорила, – возмутилась моя сожительница. – Честно! Ну да, он меня бесит, но если всех за такое убивать, то народу сколько перебить придется?

– Я знаю, – одним глотком ополовинив стакан, уведомил ее Азов. – Это наш мальчик шутит так. Да, Киф? Резвишься, маленький, хорошее настроение у тебя?

– Компания за столом отличная, шницель великолепный, весна входит в ту стадию, когда даже старый пень вроде меня снова ощущает себя деревом, так чего грустить? И потом – хорошая шутка всегда к месту.

– Так это когда хорошая, а твоя так себе. Даже на среднюю не тянет. Мне вот не смешно, Виктория вовсе разозлилась. Ты же разозлилась?

– В общем-то нет, скорее уди… – начала было неуверенно говорить моя подружка, после поймала суровый взгляд Азова, брошенный на нее из-под седоватых бровей, и затараторила: – Еще как! Вот же ты, Киф, скотина какая! Сами посудите, Илья Палыч – я для него и то, и это, даже так, как раньше никогда и ни с кем, а он! Брошу я тебя! Точно брошу!

– Бросай, – разрешил я. – Хоть прямо сейчас. Имеешь право.

– Да хрен тебе! – снова сменила тональность Вика. – Если легко согласился, значит, так тебе нужно. Нет уж, совратил меня прошлой осенью – теперь мучайся. Из принципа никуда не уйду.

– Тогда вернемся в изначальную точку, – не стал спорить с ней я. – Поведай нашему сотрапезнику обо всем, что сегодня случилось.

– В деталях, – добавил Азов, приканчивая первый стакан чаю, – и не спеша.

Надо отметить, что эта версия немного отличалась от той, которую я слышал дома. Она обросла новыми событиями, то ли упущенными Викой ранее, то ли, что вероятнее, придуманными на ходу. И все бы ничего, придумала и придумала, это нормальное явление для женщины, да еще и журналиста, но где полет фантазии? Где искусственно созданная правдоподобность, после которой в услышанное сразу хочется верить? Что за дилетантизм? Наша профессия обязывает сплетать реалистичность и небывальщину в единое целое так, чтобы никто, даже ты сам, распутать этот узел после не смог.

А тут какая-то банальщина. Тьфу!

– Вик, все, замолчи! – в какой-то момент не выдержал я. – Не насилуй наш слух и не оскорбляй наш разум. Ладно, тот момент, где Голицын со здоровым цинизмом подвергал сомнению интеллектуальные способности руководства «Радеона», – это еще ничего, это прокатит. С натяжкой, с сомнением прищуренным глазом, но сойдет.

– Слабенько, но можно, – подтвердил Азов. – Конкретно тебе – можно.

– Но то, что этот хрен с горы таращился на твою задницу, как маньячина последний, – ощутимый перебор, – продолжил я. – Да, ты не поставила данный факт во главу угла, и попа у тебя, спору нет, замечательная, на ощупь приятная и мягкая, ее смело можно проводить по категории «антистресс», но в принципе к чему данный факт было приплетать? На что он повлияет? Тем более что и мне, и вон Палычу предельно ясно – нет у Голицина нет цели тебя совратить. Уж извини, но вот так вот. Как-то привлечь на свою сторону – да, возможно. Купить – запросто. Но через постель… Вик, это абсурд.

– Он Шелестову вашу принципиально на ноль помножить собирается. – Азов отхлебнул чаю. – Я тут кое-что на него нарыл и скажу прямо – человечек он дрянной со всех сторон. Ну и возможно, еще какие-то делишки свои под вывеской «Вестника» провернуть хочет, не стал бы этот вариант исключать. Вернее, не свои, а семейные, только это уже частности.

– Есть такое, – вздохнула Вика. – Увлеклась. А вот насчет купить – интересно, какую цену он мне определит?

– Так возьми и узнай, – предложил вдруг ей Азов. – Почему нет? Не напрямую, разумеется, влетать в его кабинет с табличкой Sale в руках не стоит, но, если дело до такого дойдет, так не посылай товарища с ходу куда подальше. Прояви осторожный интерес, узнай условия, возьми время на раздумья.

– После этого поторговаться еще можно, – поняв, куда гнет Азов, предложил я. – Все же ты своих продаешь, не чужих. Свои всегда стоят дороже.

– Главное, меня ставить в известность о происходящем не забывай, – мягко произнес Азов, пристально глядя на Вику. – И без фантазий, излагая исключительно сухие факты.

– А наш коварный план с тухлой рыбой? – озаботилась Вика. – Его, получается, отменяем? Жалко, мне идея понравилась.

– Какой рыбой? – закашлялся безопасник. – Киф?

– Офисные пакости третьего уровня, – пояснил я. – Не берите в голову. И ты, душа моя, не переживай. Одно другому не мешает. К тому же мы тебя потом спасительницей и выставим, это тоже пойдет на пользу делу.

– Ладно, развлекайтесь. Кстати – почему третьего уровня? Есть какая-то градация?

– Конечно, – кивнул я. – Те, что первого уровня, например, они вообще безбашенные, после них люди психологов посещают, а то и в окно выходят. Второго – помягче, но тоже жесткие. У меня один знакомый был, он рассказывал, как коллектив на выходных заморочился и все кабинеты в офисе местами поменял. А офис-то немаленький, на сотню рыл, если не больше. Решили нового заместителя генерального разыграть, очень он им не нравился. Буквоед оказался редкий. Ни тебе чайку попить, ни покурить сходить.

– Не понял, – тряхнул головой Азов.

– Помещения, как колоду карт, перетасовали, – пояснил я. – Зам пришел, заходит в свой кабинет, а там бухгалтерия сидит. Он им: «Вы почему здесь», а они в ответ, мол, мы всегда тут. Это наше рабочее место. И всегда им было. Короче, он сначала не поверил, начал ногами топать, побежал по другим кабинетам, а все не так, как накануне. А самое главное, все на голубом глазу говорят, что так и обстояло с начала времен, с момента заселения в данное здание. Дескать, здесь сидели, сидим и сидеть будем, пока зарплату платят. Ну, он глазами похлопал и пошел свой кабинет искать.

– Нашел?

– Нашел.

– Тот, в котором генеральный обитал? – предположила Вика. – По старой планировке?

– Угадала. Они даже табличку перевесили, прикинь? Короче, когда шутка вскрылась, всем, кроме этого зама, было весело. Уволить никого не уволили, но дышать ребятам стало попроще. Понял мужичок, что в следующий раз его подчиненные могут чего похлеще выкинуть. Всегда следует помнить о том, что будь ты хоть трижды начальник, у матерых офисных бойцов обязательно найдутся способы, как тебя в задницу шилом ткнуть со всей дури. Причем так, что крайнего не найдешь. А всех сразу увольнять замучаешься.

– Странно, как они моего коллегу на подобное подбить умудрились, – заметил Азов.

– Фиг знает. Может, новый зам решил расходы на безопасность снизить? Или штат сократить?

– Ладно, не суть. Все, ребятки, я пошел, у меня еще сегодня кое с кем встреча назначена. А вы особо не шалите. Вика, не забывай, о чем я тебя попросил.

– Доложу все и сразу, – козырнула моя сожительница. – На подобное я всегда готова подписаться. Ясно же, что после ему моя помощь боком выйдет, а это хорошо. Тут ведь как: сделал гадость – на сердце радость.

– Подросла девочка, – притворно всхлипнул Азов, встал, подошел к Вике и поцеловал ее в затылок. – Совсем взрослая стала.

– А Шелестову за компанию с этим чертом никак нельзя будет в утиль списать? – осведомилась девушка. – Ну, до кучи?

– Да какой он черт? – фыркнул Азов. – Так, мелочь пузатая. Если бы не Макс с его вечной тягой к масштабным связям везде, где можно, то вообще все было бы куда проще и быстрее. Лишний раз просто спорить с ним не хочу.

– Так и не ответил, – глянула ему вслед Вика. – Про Шелестову.

– Умный человек, – произнес я, – опытный. Не лезет в противостояние женщин, поскольку знает, что с выигрышем из него не выйдешь. Тут возможны только потери, причем как морального, так и физического характера. И сразу – я тоже комментировать твое предложение никак не стану, лучше вон пойду котлету себе возьму с пюрешкой. Чего-то не наелся.