Андрей Васильев – Файролл. Квадратура круга. Том 2 (страница 15)
Девушка наконец поняла, что над ней изысканно издеваются. Ей, несомненно, очень хотелось стукнуть проказливого бога, но инстинкт самосохранения на пару с разумом подсказывали, что делать этого не стоит.
– Да-да-да, – Хануман снова сорвал колпак с головы. – Понимаю твоё замешательство. Они все одинаковые, а цена ошибки ох как дорога!
– Невероятно, – процедила Кро.
– И снова я, твой поклонник… да что там – уже обожатель, приду к тебе на помощь, – бог тенью скользнул к моей спутнице, пристроился около её локтя и вкрадчиво шепнул: – Есть вариант. И подвеска тебе достанется, и лук, и стрелы, и ещё вкусностей разных со своих подземных кухонь тебе отвешу без меры. Варенья там, печенья. Выполни только одну мою мааааленькую просьбу. Вот такусенькую!
– И какую же? – поморщилась Кролина, посмотрела на сведённые пальцы Ханумана, которыми он обозначил крохотность своего пожелания, и с невыразимой сладостью в голосе осведомилась: – Я должна тебе отдаться?
– Да что ты, что ты! – замахал лапками бог. – Нет. Моё желание гораздо проще и целомудренней. Убей вон его. Здесь и сейчас. И как только этот человек испустит дух, всё вот это станет твоим. И поддельные подвески – тоже. Просто мне ужас как надоел за последнее время твой приятель.
Кро задумчиво посмотрела на Ханумана, печально на лук и колчан, перевела глаза на меня, после уставилась на потолок зала, пытаясь пробить его взглядом, достучаться до небес и спросить у них: «Доколе. Доколе вы меня мучать будете?».
Закончилась же вся эта пантомима презрительным плевком под ноги бога. Просто плевком. Без комментариев.
Знаете, а мне её жалко стало. Ведь сейчас всё существо прекрасной эльфийки, весь её игровой опыт буквально орал:
– Убей!!! Убей Хейгена!!! Один хрен ничего с ним не сделается! Он поймёт и простит, он тоже геймер!
Но – нет. Плюнула Кролина на свои инстинкты, сочтя, что самолюбие ей дороже. И я это оценил.
Впрочем, Хануман – тоже.
– Если бы мы все сейчас оказались в забавной побасёнке из числа тех, что нянюшки в рыцарских замках сопливым наследникам благородных семейств рассказывают, то я должен был вас похвалить и сообщить, что всё ранее происходившее являлось испытанием, – с невероятно довольным видом прокудахтал он. – Но то побасёнка. А в жизни всё случается куда проще и кровавей.
В стенах открылись проходы, и из них, громко топая, гремя сталью и выставив мечи перед собой, двинулись не пойми кто – то ли рыцари, то ли мертвецы в доспехах, то ли вообще ожившие статуи. Были они величественны, высоки ростом и выглядели абсолютно несокрушимыми.
– Ух! – Хануман с ногами забрался на трон и приготовился созерцать сцену расправы. – Вот и конец вам пришёл!
– На редкость глупый поступок, – как можно безмятежней сообщил ему я. – Ну, убьёшь ты нас – и что? Выгода в чём?
– Не всё на свете делается ради выгоды! – крикнул бог. – Иногда надо убивать и для удовольствия!
Воины тем временем образовали вокруг нас круг, перехватили мечи поудобнее и застыли, как видно, ожидая приказа.
– Зарекалась с тобой связываться, – Кролина чуть не плакала. – И тот лук не получила, и этот сейчас потеряю! Ох, какой я тебе счёт выставлю!
– Не вздумай защищаться, – приказал я. – Если что – пусть рубят. Но в драку – не лезь. А потери я компенсирую, слово даю.
И я не вру. В данном случае косяк на сто процентов мой, потому будет Кролине лук из числа уникальнейших. С Костиком я договорюсь. В лепёшку расшибусь – а договорюсь. Опять же – шантаж, смешанный с угрозой физического насилия, всегда даёт отменный результат. Проверено опытным путём.
Но это потом, если все-таки мы тут умрём. Пока мы живы, а значит, ещё есть шанс побарахтаться.
– Хануман, – крикнул я, не обращая внимания на то, что существа в доспехах сделали маленький шажок, приближаясь к нам. – Ты не находишь, что выбран очень банальный способ убийства? Как сказал бы мой приятель Барон – примитивный. Что там! Для такого мастера интриги, как ты, просто унизительный.
– Ты о костлявом уродце с островов ведёшь речь? – уточнил бог. – Меня не волнует его мнение. Что же до способа – кризис жанра, надоедливая муха, кризис жанра. Возвращаюсь к истокам. Времена нынче такие наступили, что не до изысков.
Воины сделали ещё шажок, мечи поднялись выше.
– Времена всегда невесёлые, – возразил ему я, чуть отступая назад и прижимаясь своей спиной к спине Кролины. – Вопрос в другом – как их прогнуть под себя. Я – смог. А ты, похоже, нет. И кто из нас больше бог?
– Вот наглец! – возмутился Хануман, на этот раз неподдельно. – Эдак ты скоро скажешь, что такие, как я, будут работать на посылках у таких, как ты.
– Это вряд ли. Боги есть боги, смертные есть смертные. Высшие существа всегда будут пытаться навязать нам свою волю, просто в силу того, что мы по земле ходим, а они на вершинах горних возлежат. Но если ты и дальше будешь сидеть в этой конуре, шутить свои шутки и выбирать, к кому бы примкнуть, то от нас скоро отличаться точно ничем не будешь. Хотя нет, вру. Будешь. От меня – точно. Потому что я уже избран одной из тех, кто скоро вернёт себе силу и власть. Я не встану рядом с её троном, но займу место неподалёку от него. И вот тогда я вспомню этот день, этот зал и этот разговор. Может, даже попрошу её, чтобы ты выполнил пару моих поручений. За окороком мне в трактир сбегал или пивка принёс. Так что я, как и моя подруга, плюю на тебя. Ты – никто. И ничто. Твоя власть кончается вон за той дверью, именно поэтому ты нос за неё высунуть боишься.
И я плюнул в его сторону, правда, попал в одного из железных болванов, что немудрено – они вот-вот начнут нас крошить в капусту.
– Стойте, – неохотно произнёс Хануман и щелкнул пальцами.
Кролина шумно выдохнула, опасливо покосилась на меч, зависший прямо над её головой, и прошептала:
– Ты чёртов псих, Хейген. Не буду я тебя искать в реале. Я тебя боюсь теперь.
– Он не псих, а редкостный хам, – расслышал её слова бог. – А ещё склонен к нелепым и пафосным речам, которым грош цена. Они хороши только для скверно сложенных баллад, которые любят петь дикие северяне. Но, как это ни неприятно признавать, всё-таки он кое в чем прав. Ну, говори.
– Мне надо знать, где находятся развалины храма Тиамат, – выдав самую застенчивую улыбку, безмятежно произнес я. – Ты же наверняка это знаешь?
– Наверняка знаю, – согласился Хануман. – Но я хотел услышать от тебя другое. Что ты там говорил про богиню, трон и всё такое прочее?
– Твои родственнички там, наверху, уже вовсю власть пилят, – я потыкал пальцем в направлении потолка. – Кто-то лидирует, кто-то отстаёт, но никто не стоит на месте. Мало того – они уже добрались до делёжки людской веры. Вот и рассуди – когда пирог будет съеден и победитель отряхнёт со своих ног пепел побеждённых, что он сделает первым делом?
Хануман молчал.
– Правильно. Он начнет разбираться с теми, кто мог ему помочь, но не стал этого делать. А ещё с теми, кто в перспективе может оказаться для него соперником. В обоих случаях этим «кем-то» окажешься ты.
– Вон та подвеска, – сказал внезапно бог… Хотя – какой он бог? Божок. – Второй ряд, третья слева.
– Добраться бы до неё, – Кролина все ещё опасливо глядела на застывших воинов – Очень уж тесен круг вокруг нас, не пролезешь.
Хануман щёлкнул пальцами, существа в доспехах убрали мечи в ножны, развернулись и, чеканя шаг, отправились обратно к стенам.
Девушка бросилась к шкафу и почти уже цапнула указанную цацку, но в последний момент всё же отдёрнула руку.
– Это точно не очередная шутка? – уточнила она у божка.
– Бери смело, – отмахнулся тот. – Ситуация изменилась.
Кро сняла подвеску с гвоздя и замерла на месте, словно окаменела.
– Вот сейчас не понял! – взбеленился я. – Это что такое?
– Просто заклятие недвижимости, – замахал лапками Хануман. – На несколько минут она превратилась в статую, неподвижную, глухую и немую. Не люблю я решать серьёзные дела при свидетелях. Потом она отомрёт и даже не вспомнит, что с ней случилось. Итак, ты служишь Тиамат, я верно понял?
– Ты об этом узнал куда раньше, – хмыкнул я. – Как только я вошёл в твой храм. Не говори мне, что ты не увидел на мне её метки.
– На тебе меток, как на горилле блох, – резонно возразил мой собеседник. – И чем дальше, тем больше.
– Служу, – решил не спорить с ним я. – Причем честно и верно. И сейчас ищу руины её старого храма, того, что ещё до Исхода был построен. Только вот не получается у меня ничего…
– И не получится, – захихикал божок. – Ни у тебя, ни у других. Их нет на этом пласте бытия.
– Поясни, – попросил я. – Если можно.
– Можно, – покладисто согласился Хануман. – Но только после того, как ты поклянёшься мне в том, что скажешь ей, кто именно пришёл к тебе на помощь в тот момент, когда ты отчаялся. И добавишь, что я это сделал в память о том времени, когда сопровождал грозную Тиамат в её прогулках по джунглям.
– Замётано, – согласился я.
– Это не всё, – погрозил мне кулачком Хануман. – ещё скажи ей, что я буду рад встрече с ней. Если она захочет меня видеть, пусть пришлёт к моему храму одного из своих вестников.
Змею, что ли? Скорее всего.