Андрей Васильев – Дороги судеб (страница 75)

Амиго кивнул.

– Хорошо. – Я подмигнул Фрэн, достал нож и ударил ее им под левую грудь. Лучше бы в горло, это надежнее, но убивать ее так же, как этих гаденышей, мне не хотелось.

Франческа охнула, завалилась на бок и растаяла в воздухе. Перед моими глазами мелькнуло сообщение о пополнении Свода.

Амиго явно ничего не понял, но говорить ничего не стал.

– Надо было больше оставлять! – попеняла негру Настя, прирезав последнего из душегубов. – Я бы закрепила навыки!

– Ну-у-у, – и Азиз многозначительно обвел глазами поляну, как бы говоря: вон сколько тренировочного материала.

– Не, им и так досталось, – скривила губы Настя. – Да и противно их убивать, если честно. Еще обделаются, вони не оберешься.

– Вот же нищеброды, – проворчал Голд, который в это время обшаривал шалаши бывших хозяев. – Сват, не поверишь, ничего нет. Вообще ничего! Как так можно жить?

– Весело, – предположил я. – Ты еще не понял? Они так скуку разгоняли. Этот хмырь четко сказал: пока так. А потом бы они отправились в большой мир. И знаешь, почему-то мне кажется, что их лидер мог бы пойти далеко.

– Почему «мог бы»? Может, и пойдет. – Голд поднял тряпку, оставшуюся от кого-то из убитых, повертел в руках и отбросил в сторону. – Он ведь скоро воскреснет.

– Не думаю, что он изберет другую линию поведения, – ответил я. – Хотя… В любом случае, пока он ошивается здесь, ему не жить. Человек он умный, говорить умеет, но мне такой не нужен. Это все равно, что пытаться с ядовитой змеей дружить, – смысла нет, все равно рано или поздно ужалит.

– Не знаю, не знаю. – Голд задумчиво смотрел на людей, жавшихся друг к другу. – В любом случае, зря ты его сразу убрал. Я бы сначала информацию из него выжал. Предложение-то было очень и очень неплохое.

– Мы и так этих людей получим. Может, и не всех, но большинство, – успокоил его я. – Сейчас только один вопрос решу и все объясню.

– Объяснит он мне! – фыркнул Голд. – И так все белыми нитками шито! А то я сам не догадался.

Ну да, я знаю, что всех не получим, дай бог половину. Но этого хитрована надо было убить. Я даже знаю, что Голд мог бы мне сказать на все мои доводы: убей этого, но оставь жить следующего, он знает не меньше. Но и его я оставить в живых не мог. Не потому что «аз воздамъ» или из-за излишней совестливости и щепетильности. Нет. Это вообще не про меня. Просто если я пожалею хоть одного такого поганца, об этом непременно узнают все в крепости, шила в мешке не утаишь, а значит, каждый из наших людей будет знать, что ради полезности мы можем оставить в живых убийцу, насильника, растлителя. И именно этот мой поступок может стать самым первым пятнышком ржавчины, которая разъест мою новую семью. Мы сильны, пока нам верят и за нами идут, и ради этого я готов понести некие убытки. Тем более, без этих поганцев даже те, кого мы не получим в ближайшие дни, все равно могут добрести до крепости, их теперь никто убивать не станет.

– Так, народ. – Я повернулся к людям, которые совсем уже не знали, чего ожидать. – Такими, как сейчас, вы мне не нужны. Вы сейчас рабы, бессловесный скот. Я знаю, что это так, и вы это знаете. У вас прямо сейчас есть два варианта на выбор: уйти на все четыре стороны или умереть. Те, кто умрет, забудут, что с ними было, и снова станут прежними, нормальными, не изломанными, тогда они смогут занять свое место среди моих людей, ну, если сами того захотят. Те, кто уйдет… Пусть вам повезет. Но если вы придете в мою крепость, места в ней вам не будет, предупреждаю сразу. Думайте, у вас есть минута.

– Только убивайте быстро, – попросил меня скуластый мужчина лет сорока, один из тех, кто бегал с веткой в заду. – Без вот этого: «Доворачивай нож», – хорошо?

– Конечно, – кивнул я.

– Я тоже выбираю смерть, – сказала грудастая девица, и тут людей как прорвало: – И я! И я!

Ушли только трое. Остальные выбрали смерть.

– Кто исполнит? – спросил я у своих бойцов. – Даже так, кто составит мне компанию?

Непросто это, народ в расход пускать. Одно дело – бой, другое – вот так. Я, конечно, сам это уже сделал, но то одна девушка. А здесь спиной к нам почти четыре десятка человек стоит.

– Могу я, – отозвалась Настя. – Делов-то. Ножом?

– Не надо ножом, – помотал головой я. – Бог с ними, с патронами. Да и ни к чему это, глупость я сказал. Азиз, отработай ты. Чтобы быстро.

Просто я на секунду представил себя самого, стоящего спиной к своим палачам и слышащего приближающиеся ко мне одиночные выстрелы, и меня передернуло. Они же все-таки люди. Нельзя с ними так.

– Ага. – Негр передернул затвор «детки». – Так, человека, ко мне повернись и ровно все встань. По рост вставай! По рост! Будет быстро и не больно!

Спустя пару минут по ушам гулко стегануло несколько пулеметных очередей, и на поляне остались только мы.

– Флай, Амиго. – У меня было ощущение, что я в грязи вымазался, очень хотелось помыться. – Значит, так, ставлю задачу. Вы остаетесь тут.

– Так и знал! – экспрессивно ударил ладонью о ладонь каталонец. – Вот не везет мне!

– Спорный вопрос, – не согласился с ним я. – За старшего остаешься. И не перебивай меня!

– Виноват, – вытянулся «волчонок».

– Сидите тут, собираете народ. Если я правильно понял этого упырька, люди в большинстве своем подтягиваются сюда, так что ваша цель – собрать максимальное количество этих бедолаг. Палим костер, да подымнее, громко говорим, когда народу станет побольше, даже хором поем песни, чтобы себя обнаружить.

– И еще раз в час или даже чаще делайте один-два выстрела в воздух, – посоветовал Голд. – Их в лесу слышно более-менее неплохо, так что будет людям как маячок. Или палкой по дереву бейте, вроде лесорубов, так даже лучше. Этот звук мирный, в отличие от выстрела.

– А кого ненужного на это дело не вынесет? – опасливо спросила Фира. – Парни вдвоем остаются.

– Не думаю, – покачал головой Голд. – Если бы тут такие были, они бы или среди этих упырей числились, или эту компанию перебили давно.

– Да, вот еще что. – Я щелкнул пальцами, мне пришла в голову отличная мысль. Даже странно, как я сразу до этого не додумался. – Это важно. Если заявятся те, которые хозяевами были, держать их под постоянным присмотром, но так, чтобы они ничего не заподозрили. Особенно аккуратно общайтесь с их вожаком – это стреляный воробей, его на мякине не проведешь. Золотых гор ему не обещайте, но и не прибедняйтесь, ведите тонкую линию: мол, знающие люди у нас вверх идут о-го-го как, власть неограниченную получают и над душами, и над телами. Надо, чтобы он поверил и с вами к нам пошел, понятно? И будьте начеку, как он появится, спиной к нему не поворачивайтесь.

– А потом что с ними делать? – Амиго слушал меня очень внимательно, мотал информацию на ус. Молодец.

– В тюрьму их определим, – ответил ему я. – Чего она зря у нас простаивает, место занимает? Наемнику все объясните, пусть он их в одно помещение на ночлег определит, а как все уснут, тихонько этих поганцев схомутает, без шума, без крика. И в узилище. А утром, если кто спросит, пусть отвечает, что ушли люди по темноте куда-то, видно, не понравилось им у нас. Как по мне, самое разумное решение проблемы. Они ведь гнилые изнутри изначально, их не переделаешь, а допустить, чтобы эдакая погань тут постоянно ползала… На кой нам это нужно? Все ясно?

– Да, Сват, – бодро рявкнул Амиго.

– Так их видно будет, – заметила Настя. – Тюрьма же прозрачная.

– Эта янтарная фигня у нас давно стоит, вот от сырости внутри что-то и завелось, – не глядя на нее, бросил я. – Умным этого достаточно будет, а дураков у нас в крепости вроде как особо и нет. Да, вот еще что. Амиго, девушка, что я тебе показывал, обязательно выйдет сюда, у нее точка возрождения где-то рядом совсем. Чтобы до крепости мне ее довел целой и здоровой, понятно?

– А сколько нам тут сидеть-то? – поинтересовался Амиго.

– Хороший и правильный вопрос, – похвалил его я. – Сегодня и завтра. Послезавтра с утра, с теми, кого соберете, отправляетесь в крепость. Сдадите их там Наемнику и сразу обратно сюда возвращайтесь. Я так думаю, что в два дня всех не переловишь, тут неделю отсидеть надо. И вот еще что, прихватите в крепости несколько человек, чтобы здесь все время кто-то был, как пересменка. И еще двоих надо на холме посадить у костра, чтобы их те, кто мимо вас прошел, увидели. Вопросы?

– Нет вопросов, – без особой радости ответили «волчата». С нами им хотелось идти больше, чем сидеть здесь.

– Спать по очереди, ушки держать на макушке, – приказал им я. – Это лес, понятно? Сегодня мы заночуем с вами, нет уже смысла куда-то бежать, да и время терпит, мы вроде даже как с опережением пока идем. Но завтра мы уйдем, а вы останетесь.

– Надо им маленько припасов подкинуть будет, – сердобольно сказала Фира. – Мало ли что?

– Не дам, – буркнула Настя. – Я лично не столько жратву брала, сколько патроны, у меня всех припасов – пять воблин.

– Жадина, – не глядя на нее, процедила Фира.

Я плюнул на эту парочку и пошел собирать сучья для костра. Их надо много, всю ночь жечь будем.

Глава 11

– И все-таки зря ты отказался от предложения этого хитреца, – снова попенял мне Голд. – С ним мы бы процентов восемьдесят людей собрали, а так – дай бог половину получим.

Странно. Вроде опытный человек, а простых вещей не понимает. Впрочем, он аналитик, они эмоции и психологические извивы в расчет не берут.