Андрей Васильев – Черная Весна (страница 8)

– Саймон-лучник сгинул неизвестно куда. Рицци тоже, и еще несколько человек из тех, что были верны вашему отцу, – продолжил Джок. – А куда? Ответа нет.

Куда, куда… Лежат где-нибудь, землей присыпанные. А может, с камнем на шее в пруду рыб кормят.

– А дядюшка, стало быть, теперь себя хозяином почувствовал здесь? – подытожил Гарольд.

– Так оно и есть, – подтвердил привратник. – Поговаривают даже, что скоро король ему бумагу даст на то, чтобы он на матушке вашей женился и полноправным владетелем всего состояния семьи Монбронов стал.

– А тетушка Маргарет? – уточнил Гарольд.

– Так она уже года как полтора в усыпальницу переселилась, – бойко ответил Джок. – Простудилась, говорили, сильно. За неделю сгорела. Так что дядюшка ваш опять мужчина свободный.

– Ну да, все верно. – Рози щелкнула пальцами. – Траур по усопшему супругу в Силистрии длится год, но король вправе сократить его срок или вовсе отменить. Генрих перед королем отрекается от наследства, твои сестры не в счет, им разве что приданое надо будет выделить, если кто на них жениться надумает, так что главная наследница твоя мать. Точнее – ее будущий муж, ибо состоянием всегда управляет мужчина. А тебя вообще в расчет не берут, Монброн, потому что ты умер.

– Умер, – неистово закивал Джок. – Про то и письмо было, сразу после того, как старого хозяина в усыпальницу, стало быть, определили. Мол – погиб месьор Гарольд Монброн на войне, где-то в западных землях, пал при штурме какой-то крепости как герой.

– Это Кройцена, что ли? – спросил у нас Карл. – Вот дела!

– Какая поразительная осведомленность, – заметил я. – И про войну, и про штурм. И еще – как скоро вести сюда донеслись. Сколько с осады прошло? Месяца два? А здесь уже про это знают. Как по мне – это быстро. Причем письмо-то не морем шло. Понимаете, о чем я говорю?

– Скажи мне, ты еще что-то хочешь спросить у этого бедолаги? – поинтересовалась Рози у Монброна, переваривающего новости, и показала рукой на привратника.

– Да нет, – отмахнулся тот. – Что он мог, то уже рассказал. Об остальном я либо догадываюсь, либо про это надо узнавать у людей, которые ситуацию знают куда лучше. Например, у того же Генриха.

– Резонно. – Рози наклонилась над Джоком. – Послушай меня, дружок. Сейчас ты забудешь все, что было. И то, что ты нам что-то рассказывал, и то, почему ты это сделал. Поверь, это в твоих интересах, причем полностью. Сам подумай, что с тобой сделают люди дядюшки Тобиаса, если узнают, что ты развязал перед младшим сыном покойного месьора Монброна язык. Ну а если они тебя за это не прирежут, что вряд ли, то тебе сильно не повезет. Тогда с тобой за болтливость рассчитаемся мы. Ты ведь знаешь, куда два года назад отправился твой молодой хозяин?

– На колдуна учиться, – пролепетал Джок, уже поняв, в какую сторону гнет эта красивая благородная мистресс, и глядя на нее так, как птичка смотрит на подползающую к ней змею.

– Верно, – одарила его улыбкой Рози. – И он преуспел в этом деле. Мы все тоже учились с ним. Причем хорошо учились. И, если будет надо, устроим тебе такую длинную предсмертную агонию, что ты непосредственно кончины будешь ждать как спасения.

– Я все понял, – заверил ее Джок. – Да я вас вообще не видел!

– А вот тут погоди. – Рози повернулась к Карлу. – Фальк, вытащи-ка его наружу и вон под дерево положи. Только ноги сначала ему свяжи, от греха. И руки. А еще рот заткни.

– Да, это правильно, – одобрил я ее действия. – Ни к чему ему слышать наши разговоры, тем более что обсудить есть чего.

– За что люблю фон Рута, так это за то, что он мало что делает, но всегда произносит последнее веское слово, – хмыкнула Эбердин.

– Это тоже талант, – заступилась за меня Рози. – Говорить можно много, но прислушиваются всегда к тому, кто подводит итоги.

Карл тем временем спутал Джоку ноги и руки позаимствованной у него же веревкой, поворошил на столе валявшийся там хлам, отыскал какую-то тряпицу, заткнул ему рот и, забросив себе на плечо, покинул домик.

Вернулся он через пару минут, пахнущий утренней росой.

– Скоро рассвет, – сообщил он нам. – Так что, если чего решать – то быстро.

– Разумные слова, – одобрительно кивнула Рози, подошла к нему и резко стукнула кулачком в лоб. – Это тебе за «мозгоеда».

– Чего? – возмущенно пробасил Карл. – Чем плоха была идея? Вон старика как перекосило!

– Фальк, ты идиот! – потрясла руками в воздухе моя девушка. – Невероятный идиот, небывалый! Какое счастье, что мы не можем иметь детей! Тебе нельзя размножаться, это может привести к гибели мира! Я не очень его люблю, мне многое в нем не нравится, но все-таки я не хотела бы, чтобы он сгинул!

– Как много слов говорит твоя женщина, – пожаловался мне Карл. – Ужас просто!

Я пожал плечами, давая понять, что остановить Рози все равно не представляется возможным. При этом я прекрасно понимал, что она имеет в виду, и был с ней согласен. Дурака Карл свалял невероятного.

– Фальк, все очень просто, до такой степени, что это даже не смешно, – с жалостью проговорила Рози. – Если Джок сболтнет про увиденное кому-то из прислуги, то уже через час все вон в том здании будут знать о том, что мы держим при себе тварь из Бездны. Демона, проще говоря. А если это так, то мы черные маги или того хуже. Новость непременно дойдет до ушей дядюшки Тобиаса, после чего ему останется лишь совершить неспешную конную поездку в ближайшую миссию Ордена Истины. В Силистрии терпимо относятся к магам, но к тем, кто не практикует черную магию. А нас со всем усердием и прилежанием, разумеется, после допросов с пристрастием в экзекуторских, сожгут именно как прислужников Тьмы. И никакие доводы на служителей Ордена не подействуют. Им в радость лишний раз показать народу Силистрии, что они о нем пекутся, а королю на нас вообще плевать. С чего ему нас защищать? Отец Монброна мертв, а близ него новый придворный, которому больше доверия, чем любому из нас.

– Вот же. – Карл тряхнул мешок, в котором зашебуршился Фил. – Я и не подумал.

– Вернулись к тому, с чего начали. – Рози посмотрела на дверь. – Монброн, тебе очень дорог этот привратник? Я его, конечно, напугала, но все равно опасность того, что он развяжет язык, существует.

– Не то чтобы… – задумался Гарольд. – Но уже почти рассвело.

– И потом – куда труп девать? – заметил я. – Не тут же закапывать, правда?

– Ладно, оставим это на потом. – Рози подошла к столу и побарабанила по столешнице пальцами. – Сейчас самое главное решить, что делать дальше.

– Что предлагаешь? – поднял голову Гарольд и взглянул на девушку. – Судя по всему, из нас всех именно ты сегодня мыслишь разумнее других.

– Я? – пальцы Рози выдали дробь, похожую на стук копыт. – Вам, мальчики, не понравится то, что я хочу предложить. Это не в вашей натуре. Но тем не менее. Лично я бы сейчас на нашем месте прирезала привратника, тихонько покинула дом через ту же калитку, в которую вошли, прикупила лошадей за любую цену и к тому моменту, когда взойдет солнце, постаралась удалиться от Форессы мили на три минимум. А лучше – на пять. И гнала бы этих лошадей без жалости до самой границы с соседним королевством.

– Бежать из своего дома. – Гарольд потер щеки ладонями. – Звучит как бред.

– Это самое разумное из того, что может быть на текущий момент, – жестко произнесла Рози. – И не бежать, не бежать, не передергивай. Это политика, Монброн. Нет, это даже не политика. Это борьба за место под солнцем, а она другой не бывает. Ты здесь и сейчас один. Тебе нужна поддержка. И самое лучшее, если это будет поддержка венценосная. Фольдштейн, вот куда тебе следует направиться. К Рою Шестому. Он влиятельный монарх и твой родственник по материнской линии. Возьми он тебя под свою защиту – и полдела сделано.

Я, Карл и Гарольд тут же обменялись взглядами. Повод для этого был веский.

– Э-э-э-э, – протянул Гарольд. – Не факт, что он захочет это сделать. Видишь ли, прошлым летом получилось так, что я… Точнее мы. Да. Мы с ним немного повздорили.

– Как? – опешила Рози, не знавшая истории о том, как я послал короля Фольдштейна куда подальше. – Каким образом?

– В Форнасионе, – уклончиво ответил Монброн. – Как раз в тот вечер, когда Рой Шестой лишил Аманду титула и наследства.

– Как видно, кто-то мне не все рассказал? – уточнила у меня де Фюрьи.

– В целом Рози права, – бодро произнес я, стремясь неприкрытой лестью увести разговор в сторону. – Нет, кое в чем она ошиблась. Ты не один, дружище, с тобой мы. А все остальное – верно. Отдельно замечу, что с королем повздорил я, на тебя он особо не гневался. Тем более что ты тогда чудеса боя на ристалище демонстрировал, да и родство кое-что значит. Надо в Фольдштейн ехать. Что до меня – отсижусь где-нибудь на границе с этим королевством. Найду местечко поглуше, да там вас и подожду.

– Ерунда это все, – бухнул вдруг Карл. – Сколько мы в этот Фольдштейн добираться будем? Он у демонов на закорках находится, на границе с королевством эльфов. Туда месяц с гаком, обратно столько же, да там невесть сколько. Пес с ним, что нас потом Ворон за такую долгую отлучку с дерьмом съест, не привыкать. Но вот Тобиас за это время на мамке Гарольда сто раз жениться успеет. Тем более, что она, я так понимаю, не сильно сопротивляется.

– Фальк, ты все-таки о моей матери говоришь, – возмутился Монброн.