Андрей Варнавский – Последний герой фэнтези (страница 17)
– Грязновато тут… Лили, придется тебе тут навести порядок.
– С какого это перепугу? – удивилась магиня. – Все равно мы тут ненадолго…
– Как это? Я думал, что ты девушка и потому тебе захочется привести все в порядок…
– Я не девушка, я принцесса! Нужен порядок – сам его и наводи. Я не собираюсь такой ерундой заниматься. Вообще через час нам надо быть на торжественном ужине в нашу честь, мне еще накраситься надо…
Народу собралось немало. Похоже, все разбойники собрались посмотреть на спасителей Греты.
Их – кроме Коня, разумеется, – усадили за огромный стол в центре, рядом сели сам Циклоп, Грета и еще десяток разбойников, очевидно приближенных главаря. Конь устроился под столом.
Стол был накрыт без особых изысков. Алкогольные напитки подозрительного вида и мясные блюда.
«Эх, хоть бы на денек в родной мир вернуться, поесть до отвала, – мечтательно подумал Иван. – Пельмешек, например. Со сметанкой. Борща. Пирожков с капустой. Салата зимнего. Картошечки жареной. Или пюре. С котлетами».
Он сглотнул набежавшую слюну и уныло посмотрел на плохо прожаренное мясо.
– Ну все собрались? – громко, на весь зал, вопросил Циклоп, поднимаясь. – Я хочу сказать речь! Сегодня мы собрались здесь, чтобы воздать почести тем, кто спас мою дочь! Давайте выпьем за них – до дна и стоя!
Все разбойники дружно поднялись, подняли кружки, до краев наполненные чем-то высокоградусным, чокнулись и выпили до дна.
…Иван с трудом разлепил ставшие тяжеленными веки.
Голова гудела. Ныли мышцы. Все тело болело так, будто Ивана пинали всю ночь. Каждое движение причиняло неимоверную боль.
«Что вчера было?» – подумал Иван.
Воспоминания обрывались на том месте, где он выпил третий бокал вина.
Иван облизнул пересохшие губы. Что-то на них было. По вкусу напоминающее застывшую кровь. Он поднял руку, намереваясь стереть кровь. И в изумлении уставился на нее. На руку – не на кровь.
Стертые в кровь костяшки пальцев. Синяки, царапины, ссадины. И кровь, много крови… Только, кажется, чужой.
Прилагая неимоверные усилия, Иван попытался подняться. Тело ответило вспышкой дикой боли. Так уже было один раз… когда он подглядывал за Лизой, своей одноклассницей и первой любовью. Ну или одной из первых. Тогда он, прихватив морской бинокль, стоял в подъезде дома напротив и наблюдал за девушкой, ожидая, когда она начнет переодеваться. Ждал долго, и наконец заветный час настал! Готовясь ко сну, она начала переодеваться и уже снимала блузку, когда…
Откуда было знать Ивану, что старший брат Лизы, гроза всей школы и своего двора, известный детской комнате милиции хулиган, как раз в это время отмечает день рождения лучшего друга? А живет тот друг в том доме и в том подъезде, в котором обосновался Иван. И как раз в тот момент, когда Лиза снимала блузку, ее брат вместе с друзьями отправился за «добавкой» горячительных напитков.
Завороженный зрелищем, Иван потерял связь с реальностью… И очень быстро обрел ее вновь. Когда пьяный хулиган Вася увидел, что его любимая «груша» наблюдает в бинокль за окнами дома напротив – за окнами
Вот сейчас Иван чувствовал себя так же, как на третий день после того случая, когда начал периодически приходить в сознание.
Не выдержав, он снова упал, только уже на другой бок. И едва не заорал от ужаса.
Рядом с ним лежало… нечто.
Маленькое, сморщенное… Похожее на мумию существо. Приглядевшись, Иван обнаружил, что это не мумия. И не неизвестное науке существо. А очень, очень старая женщина. Вся в морщинах, с пожелтевшей кожей, редкими желтыми зубами, седыми, грязными волосами…
Близость к такому кошмару заставила Ивана подняться.
Совсем рядом он обнаружил гнома. Весь в крови, тот лежал в обнимку с любимым топором, а на губах застыла счастливая улыбка.
Возле него лежал эльф. Тоже весь в крови, сжимая в руках арбалет… и с той же счастливой улыбкой на устах.
Немного поодаль лежал Конь. Крутые бока мощно вздымались при каждом вдохе, а окрестности оглашал громкий храп. И тоже – кровь…
Кровь была везде. Иван наконец-то оглядел пространство вокруг.
Везде лежали тела – мертвые тела. Кто-то с арбалетными болтами в различных частях тела, кто-то порублен на куски. Трупы везде – в траве, на деревьях, в развалинах домов…
Дома. Домов больше не было. Лишь кое-где виднелись обломки. На месте других – лишь кучи пепла.
Вот тут-то на Ивана и нахлынули обрывки воспоминаний.
…Гном, бешено вытаращив глаза, с пеной у рта, с топором в руках гонится за каким-то здоровым типом.
– Ну я вам сейчас покажу! Вы мне за все ответите! Столько лет унижений! Вы ответите за всех тех, кто меня обижал в детстве!
…Эльф, спрятавшись в кроне дерева, стреляет из арбалета.
– Ну что, у кого плохое зрение, а? Что вы сейчас скажете?
– Я трус? Я – трус? – надрывался Карапуз. – Да я никогда трусом не был!
…Лили, мечущая фаерболы в снующих людей.
– Получайте! Получайте! Наконец-то я оторвусь! Столько лет сдерживать свой дар! Не применять его из опасений плохо выглядеть! Черт с ней, с внешностью, сегодня я повеселюсь! Как бы потом ни выглядела!
…Молнией летающий Конь. Потоки огня, сверканье рогов и копыт, клацанье челюстей.
– Что, человек – царь природы? Я вам покажу венец эволюции! Ну кто еще считает, что он стоит выше коней в пищевой цепочке?
…А он сам? Что делал он сам? Иван вспомнил мельтешение рук и ног, кулаков, локтей и колен. Потом ему в руки попалась какая-то оглобля… Вон она, кстати, рядом валяется. Вся в крови. Потом – вилы… Потом он как-то так хитро бил с двух рук – оглоблей с одной, вилами с другой… А вот потом сознание совсем отключилось.
Лили застонала. Пошевелилась. Открыла глаза.
– Иван… – Голос напоминал скрип несмазанной телеги. – Принеси… воды…
– Воды? Ладно, сейчас принесу…
Забыв о боли в теле, Иван бегом рванул к колодцу.
Колодец тоже был весь в крови. Парочка трупов рядом. И один – в воде, плавает на поверхности. Ладно хоть ведро с веревкой уцелели. Иван, стараясь не смотреть на труп, спустил ведро. Потащил вверх…
Ведро оказалось очень тяжелым. Надрываясь, из последних сил, Иван поднял его…
В ведре оказался еще один мертвец. Иван разжал руки, и ведро улетело вниз. Пересилив себя, Иван вновь взялся за веревку. В этот раз ведро оказалось легче – значит, он зачерпнул только воду! – и Иван вытащил его.
– На, Лили, попей, лучше станет. – Иван протянул ведро, думая, что принцесса отопьет прямо из него. Кружек-то поблизости не было.
Потянувшись к ведру, Лили глянула в воду:
– Ах!
Всплеснув руками, принцесса упала, потеряв сознание.
– Что это с ней? – вслух подумал Иван. Потом догадался: – А, отражение свое в воде увидела! Тогда понятно… Ладно, надо будить остальных. Или опохмелиться вначале? Нет, разбудить всех. А то вдруг кто из местных жив остался? Ух, не обрадуются они тогда встрече со мной!
Разбудить гнома и эльфа оказалось делом непростым. Вначале пришлось покричать, потолкать, похлопать по щекам, облить холодной водой. Только суммарное применение всех этих действий произвело нужный эффект.
За это время успела очнуться Лили. Очнуться, еще раз глянуть на свое отражение и вновь потерять сознание.
Спросонья Карапуз и Меткий Стрелок соображали туго. Долго оглядывали себя, свое оружие, окрестности…
– Что здесь было? – тупо спросил Карапуз.
– А ты сам не помнишь? – Кажется, у эльфа память лучше. – Ты же все и начал!
– Я?
– Как завопил: «Ты мне педикюр испортил!» И давай топором махать…
В глазах гнома мелькнула тень воспоминания.
– Ну так… Я два месяца ногти отращивал! Ухаживал за ними! А этот гад… Наступил мне на ногу – и сломал ноготок… Мне же теперь их все обрезать придется и заново отращивать! И вообще… вообще это ты начал!
– Я??? – изумился эльф.
– Конечно! Кто кричал: «Я самый меткий стрелок, положите яблоко кому-нибудь на голову, и я попаду в него со ста шагов!»? А сам шатается из стороны в сторону…