Андрей Умин – Мехасфера: Ковчег (страница 63)

Когда пять мужчин погрузились в тягач, черные тучи наконец вспомнили, для чего демиург собрал их над этим островом. Какая поездка в глушь опасного края без сильных, затмевающих обзор осадков? В данном случае снегопада. Прожектор пикапа ревностно боролся с черной пургой, разбивая светом заслоняющую взгляд пелену. В раскинувшейся на километры ночной темноте петлял на тягаче крохотный живой мирок, теплящийся в пятерке путников, и ничего за пределами их крохотного обзора не существовало и существовать не могло. Как на маленьком космическом корабле, они рассекали безжизненный космос. Эхо включил все фары и аккуратно объезжал особенно опасные клыки развороченных скал и глубокие овраги — жуткие шрамы земли.

Уже через двадцать минут они уперлись в величественную гору необычной формы. Только знающий человек мог понять, что это выбитый в самом крепком гранитном панцире «Ковчег». Морпехи много раз видели его чертежи и эскизы, созданные по представлению марсианского художника, поэтому даже сквозь ночь и снегопад смогли вычислить эти замысловатые линии.

— Вот он, «Ковчег Судного дня», — с трепетом в голосе сказал Альфа.

Тягач остановился возле сливающейся с горой огромной стальной пластины, и ее осветили прожектора. Это были ворота шириной в двадцать метров и высотой в пять. Над ними скала начинала уходить косогором в безмерную даль. Такой обтекаемый склон идеально защищал от ядерного взрыва практически любой мощности — волна просто рассеялась бы вверх. Землетрясения хотя и могли вызвать некоторые повреждения, судя по всему еще не достигли своей разрушительной цели.

— «Ковчег» на века, — присвистнул Чарли и принялся искать потайной рычаг, чтобы открыть ворота.

— Осторожнее, там несколько уровней защиты, — напомнил ему полковник.

Свидетельством тому были скелеты людей, разбросанные как раз напротив ворот.

Чарли, уязвленный чужими приказами, отошел в сторону. В глубине души он уже не чувствовал ни себя, ни остальных морпехами. Его раздражало, что человек без формы продолжает командовать им. Альфа своими многочисленными, как казалось Чарли, просчетами уже давно поставил крест на военной службе и лишь продолжал бахвалиться званием — такие мысли появлялись в измученном разуме Чарли. Но он подчинился, еще выше подняв градус внутренней ярости.

В это время Эхо обследовал монолитную стену и нашел в ней тайный пульт управления.

— Вот здесь, — показал он полковнику. — Если открыть ворота без отключения охранной системы, турели изрешетят нас, как маринерский сыр.

— Сможешь отключить?

— Конечно. Нужно пару минут.

Через объявленный срок работа была закончена, и система безопасности переключилась в спящий режим. Все с удивлением наблюдали, как ловко сержант нажимает кнопки на маленькой клавиатуре, похожей на пульт скорее домофона, чем огромных ворот, скрывающих ценнейшее сокровище человечества.

— Готово. — Он потянул рычаг, и за метровой сталью раздался громкий щелчок.

Застилаемая черным снегом тишина острова вздрогнула от чуждого ей звука. Из спрятанных глубоко в конструкции входа пневматических рычагов с шумом вырвались и обдали пятерых мужчин струи пара, а вместе с ними и потоки неузнаваемо чистого воздуха. За два с половиной месяца на затхлой Земле даже морпехи забыли, что такое настоящая свежесть, а инки и вовсе не знали, что можно дышать чем-то, кроме выбросов. Пуно и Куско скривились в предсмертном ужасе, решив, что защитная система «Ковчега» выпустила в них смертоносный газ. Они закрыли лица краями шкур и отбежали на безопасное расстояние, чем рассмешили морпехов.

— Что вы смеетесь? — уязвлено спрашивал Куско. — Это что, веселящий газ?

— Это чистый воздух, друг мой, — сквозь смех объяснял полковник. — Каким дышали наши общие предки до отлета на Марс.

— Он безопасен? — спросил Пуно.

— Более чем. Считайте это поездкой в санаторий.

Щель, из которой хлынул древний воздух, медленно увеличивалась, и через минуту вся стальная плита ворот опустилась на заботливо держащих ее рычагах. Прожекторы тягача осветили огромный ангар, растянувшийся на пятьдесят метров вглубь горы. Всюду тянулись ряды пластмассовых ящиков, а на боковых стенах тихо журчали очистители воздуха — намного более мощные, чем в доме Пророка Пита, где пытались создать какое-то подобие свежести. Здесь это были по-настоящему эффективные установки, способные поддерживать нужный для сохранения семян микроклимат.

— Дышите, очищайте легкие, — радостно сказал командир.

Первые метры от входа шла пустая погрузочная зона, а за ней высилась пара грозных турелей с крупнокалиберными пулеметами. Защитные системы пребывали в покое, но мигающие на них красные лампочки не могли не вызывать беспокойство.

— Эхо, они точно выключены? — спросил Альфа. — Им не вздумается включиться в самый неподходящий момент?

— Точно.

— А мы сможем их активировать в случае необходимости?

— С этого пульта управления — нет, — ответил Эхо. — Наш ключ безопасности не подошел, поэтому я взломал систему и пустил ее в предусмотренное для нештатной ситуации зависание. Где-то в другом конце «Ковчега» должна быть дублирующая панель, с которой можно перезагрузить защиту.

— Хорошо. А теперь давайте поищем еду и семена.

Длинные ряды ящиков раскинулись до самого конца «Ковчега». В таком огромном помещении даже пятиметровые потолки казались низкими и вызывали клаустрофобию. Вдоль стен стояли железные стеллажи с консервными банками, и на первый взгляд все выглядело прекрасно. Изголодавшиеся люди рванули первым делом к еде, минуя ящики с семенами, но с ужасом обнаружили, что все банки пусты. Те даже не были запечатаны. Просто жестянки, в которых никогда и не было еды.

— Это что за фикция? — Чарли швырнул одну об стену. — Все пусто!

— С ящиками так же, — выяснил Пуно. — Разломаны и внутри ничего. Кто-то хорошо поработал. Рейдеры прошлись, не иначе.

— Неужели мы опоздали? — опешил Эхо и в смятении присел возле ближайшего пустого ящика.

Полковник задумчиво обошел несколько разбитых рядов и не нашел ничего полезного. Невероятно. Их обманули, обвели вокруг пальца. Главное сокровище человечества украдено. Чарли расхохотался.

— «Ковчег» — липа, только фасад! — у него началась истерика. — Красивый миф для обывателя, чтобы он не терял надежду. Пустая картинка!.. Что мы повезем домой? Пустые ящики и консервные банки?

Отзвуки его слов разлетались по огромному залу и даже пытались вырваться наружу, но быстро топились глухим снегопадом. Чарли не смог долго выносить собственный голос, непривычно режущий уши, и замолчал. Повисла тяжелая тишина, нарушаемая лишь завываниями далекого ветра. Столько труда насмарку, столько бессмысленных жертв.

— Погоди, — сказал Альфа. — Тут что-то не так. Никакой грязи, свойственной рейдерам, никаких следов еды. Только аккуратно разбросанный мусор. Да он чище, чем предметы из операционной.

Только теперь все обратили внимание на нелогичный беспорядок, который не был беспорядком в привычном понимании слова. Да, ящики определенно кто-то разломал, но обломки пластика лежали один к другому, на них даже никто ни разу не наступал. Нигде не валялось ни одного семени, никакой консервированной еды, а пол оставался идеально чистым, разумеется, не считая тех мест, где морпехи и инки уже успели наследить. При детальном рассмотрении пустота «Ковчега» оказалась фальшивой, инсталляцией какого-то мегаобмана.

— Это ширма для случайных воров, — наконец понял Альфа. — Никто не сделал бы самое совершенное хранилище таким доступным для любого желающего. Тут должны быть нижние этажи.

Надежда уже почти упорхнула, но растянувшаяся пружинка веры, так и не отпустившая ее окончательно, теперь сжалась и вернула ее обратно в души людей, да с такой невероятной инерцией, что всех ошарашило. Все будто заново родились. Окажись семена у самого входа, пятеро мужчин обрадовались бы не так сильно, как теперь, при возвращении уже исчезнувшей было надежды. Успев почувствовать себя мертвецами, они увидели свет в конце тоннеля, но не свет смерти, а свет жизни.

— Ищите секретную дверь, — скомандовал осчастливленный Альфа, но необходимости в этих словах не было. Все и так уже бросились нащупывать тайный проход.

Через несколько минут Эхо нашел замаскированную кнопку. С трясущимися от переживаний руками и выпрыгивающим из груди сердцем нажал на нее, и по центру дальней от входа стены открылась маленькая железная дверь. Маленькая по сравнению с воротами. Она тоже была бронебойной, толщиной в полметра — такие двери ставили в свои бункеры обеспеченные земляне задолго до того, как махнули на все рукой и улетели на Марс. Из темного коридора за дверью сразу же выплыл манящий запах еды. Настоящей, чистой еды.

— Только все сразу не заходите, — напомнил Эхо. — Если захлопнется, изнутри не открыть.

— Вот теперь разрешаю радоваться, — опрометчиво сказал Альфа. — Чувствуете, как пахнет?

После четырех дней голода они бы почувствовали еду даже с расстояния в километр. Пахло свежими овощами, консервированной фасолью и соевым мясом, ничем не отличающимся от настоящего животного мяса. Но откуда в недрах горы взяться еде?

— Слышите этот шум? Там работает фабрика. Самая совершенная фабрика — нам говорили, что она должна была разрушиться, — вспомнил Альфа. — Мы увидели пустой зал и совсем забыли об этом факте. Голод нас совсем свел с ума.