Андрей Умин – Мехасфера: Гамма-орден (страница 16)

Людская волна продолжала катить на дамбу. В атакующих летели молнии, распространяя над долиной озон. Солнце вяло плыло по небу, никак не следя за происходящим, птицы не летали, вода просто текла, манусиане в страхе бежали вперед, а легионеры отбивались, не утруждая себя размышлениями. Никто не находился в моменте и никто не прочувствовал эту великую битву – каждый занимался чем-то своим, в основном выживал.

За минуту отряд пигмеев преодолел половину пути наверх, и перед глазами Пуно и Хана открылся вид на внешний уровень ГЭС – галерею примерно на середине высоты плотины, где находились входы в машинные залы и прочие помещения. К этому времени к двум сгоревшим в самом начале пигмеям прибавился еще десяток отдавших душу Манусу бедолаг, до последнего не бросавших свои щиты. Первая волна полегла почти вся, надежда оставалась на вторую и третью, но испуганные видом смерти культисты замедлили ход.

– Они отправились к Манусу! – орал сзади Каспер, срывая голос. – Они прошли земной путь!

Он кричал что-то еще, уже не осознавая этого в экзальтации. Чтобы казаться убедительным, надо самому верить в свои слова, поэтому его так трясло. Он играл пастора – глубоко верующего и заботливого отца.

До первых блокпостов остались считанные метры, и Хан с Пуно, укрывшись за спинами догорающих лесных жителей, принялись отстреливать легионеров. Прицельный огонь с близкого расстояния сразу принес плоды, и четыре врага отправились на рандеву со своим серебряным божеством. Пара оставшихся громовержцев переметнулась на второй укрепленный пункт, где была организована круговая защита с бетонными блоками и мешками с песком. К этому времени потоки манусиан уже огибали этот блокпост, отчего поджигать пигмеев становилось проще простого – их спины оказались беззащитны против стрелявших из укрытия боевиков. Когда Пуно и Хан прорвались за редут и, расстреляв нескольких легионеров, повалили остальных в ближнем бою, бо́льшая часть культистов уже пала.

Инки слишком долго провозились с одичалыми вояками в серебристых плащах и почти упустили возможность ворваться на ГЭС. Подъем и короткий спарринг отняли много сил, поэтому они с трудом вышли из укрепления. Каспер, Лима и Деви уже были рядом. Благодаря остаткам живого щита в них пока не попадали, но защита эта стремительно таяла. Старик насчитал всего полтора десятка манусиан – значит, полегло уже более тридцати. Счет потерь один к трем, как при самом обычном штурме. Очень даже недурно, если учесть, с каким материалом пришлось работать… Жаль, никто больше не писал учебники по военному делу и не мог зафиксировать этот успех.

Типичный для любой битвы запах железа от крови появился только после зачистки двух блокпостов, да и то быстро сошел на нет. Большинство людей в этот день поджаривалось от молний, и флер стоял соответствующий – до тошноты гадкая вонь, от которой выворачивало наизнанку. Почти как химическое оружие, только валит наповал сразу, а не после каких-то там химических реакций в легких.

Добавить к этому страх, быстрый бег в гору, и станет понятно, почему Каспера начало рвать. Деви уменьшила чувствительность сенсоров, а трое инков лишь с ностальгией вспомнили прошлое – битвы с мегамутантами, гладиаторские бои, сотни сожженных каннибалов – вот это вот все.

Пуно и Хан уже почти без живого щита добрались до трансформаторной будки в самом конце подъема. Она отходила от стены дамбы и позволяла укрыться, стоя с фланга у длинного ряда громовержцев, занявших позиции на открытой галерее ГЭС вдоль плотины, за небольшим парапетом, как раз способным прикрыть сидящего человека. Это был нужный уровень – выше подниматься уже не надо.

Пока легионеры избавлялись от последних манусиан, два инка ударили по ним сбоку и ликвидировали еще человек пять. Внезапные автоматные очереди возымели эффект, но лишь ненадолго. Остальные враги быстро пришли в себя, поняли, откуда исходит угроза и, отпрыгнув от парапета, укрылись в проемах больших дверей. Вдоль длинной галереи – на всю плотину – располагались четыре широких входа в машинный зал, в проемах которых окопались два десятка врагов. Еще несколько вели вертикальный огонь с вершины дамбы, толком не видя цель – молнии просто били тут и там, как при безумной грозе.

– Дальше – сложнее, – понял Хан, стреляя вдоль галереи, чтобы легионеры не могли выставить свои пушки.

– Трансформатор вроде рабочий, – предположил Пуно.

– Если его не сожгут! Не дай им высунуться из щелей!

Пока двое инков вели заградительный огонь по засевшим в дамбе легионерам, подошли остальные соратники. Каспер сразу же стал изучать трансформатор и под жарким в прямом смысле огнем противника попытался зарядить аккумуляторы. Невероятно, но разъемы подошли. Вот так просто. Без драматических твистов и незадач.

– Идет зарядка! – торжествующе заревел доктор. – Надо продержаться минут пять-десять.

– Даю нам максимум двадцать секунд, – пессимистично прикинул Пуно.

– Я – пятнадцать, – прозвучал не самый позитивный прогноз следопыта.

Но человек предполагает, а Серебряный легион располагает. Не прошло и пяти секунд, как пущенная с вершины плотины молния разнесла трансформатор в клочья. Легионеры наверху наконец пристрелялись и теперь могли бить гораздо точнее. Пятеро гамма-орденцев уже начали отпрыгивать к стене дамбы, но не успели сделать и шага, как их поразило сразу несколько прицельных выстрелов. Один попал по касательной в лицо Хана, второй угодил в несчастную Деви, а третий задел плечо доктора.

Запахло жаренным.

Кое как путники доползли до стены, вдоль которой между двух берегов тянулась галерея ГЭС. Стрельба сверху больше им не грозила, зато спрятавшиеся в дверях машинных залов легионеры начали высовывать головы. Теперь они все находились у одной боковой плоскости.

– Все живы? – испуганно спросил Каспер, пытаясь потушить рукав и морщась от запаха собственной обгоревшей плоти.

– Деви не двигается! – дрожала Лима. Она донесла гиноида до этого укрытия и теперь держала ее у себя на коленях. – Нужно искусственное дыхание? Ведь нет? Она же не человек. Я не знаю, что делать, – трепетала девушка.

Рядом сидел Пуно и пытался привести в чувство друга.

– Хан, ты меня слышишь?

Лицо следопыта было обожжено красной полосой в области глаз. Он прерывисто дышал, суча конечностями от боли.

– Ты как? – не верил своим глазам Пуно.

– Ничего не вижу.

– Что? Нет. Нет. Только не это! – схватился за голову Каспер. Слева от него без сознания, возможно, мертвая Деви, справа – раненый и, возможно, ослепший Хан. А кругом еще и враги. Отряд в полном окружении.

– Я видел вспышку молнии, – прохрипел следопыт. – Больше ничего. Темнота. Что происходит?

Пуно дрожал так, что запросто мог вытрясти душу из лежащего на его руках друга.

– Я наложу повязку, – коротко сказал он.

Вся эта заминка длилась считанные секунды, в которые бойцы Серебряного легиона осторожно выходили из укрытий и улучшали позиции. Некоторые продолжали беспорядочно метать молнии с противоположного берега, поэтому общий накал сражения оставался на безумном, апокалиптическом уровне.

– Я не понимаю, как ее оживить! – истерила Лима. – Нужна первая помощь или она очнется сама?

– Не знаю! – вопил старик. – Хотя стой. У меня же есть сканер.

Он достал из кармана комбинезона приборчик и направил его на гиноида.

– Так, она не мертва. И не жива. Без сложного оборудования на вертушке не обойтись. Надо ее срочно вытаскивать!

– Хана тоже! – добавил Пуно.

Он уже перевязал другу глаза. Длинный ожог на лице под повязкой делал из следопыта того самого просветленного монаха, которому даже зрение уже ни к чему. Разумеется, было не смешно. Было ужасно. Чертов театр жизни.

Но Хан больше думал о любимой, чем о себе.

– Зачем вы взяли ее с собой, док! Зачем!

– Внизу опасно! Я просто не мог иначе!

– Опаснее, чем здесь? – набросилась на старика Лима. Она знала, что много раз была несправедлива к нему, но теперь он точно сглупил, совершил роковую ошибку и почти уничтожил Землю.

– Мне так показалось! Я действовал по наитию!

Последовала непривычная в такой напряженный момент тишина. Целая секунда без слов и молний посреди адской бойни на огромной жаровне Саяно-Шушенской ГЭС.

Каспер понял, что это конец. Он попытался вернуть контроль хотя бы над дыханием. Он должен был очистить разум от лишнего, сосредоточиться на цели и следовать к ней, пока бьется сердце. Он должен стать самураем, иначе какой смысл лететь в Страну восходящего солнца, Японию? Она не примет в свои объятия слабаков. С другой стороны, слабаки умрут буквально здесь и сейчас. Выживут лишь сильные духом… или просто отмороженные на всю башку. Каспер почувствовал, что больше себя не контролирует, но оно и к лучшему – внутренний голос говорил только жалкие вещи, вроде прятаться и бежать. Так пусть он заткнется под резким порывом безумия.

– В машинный зал! Там должен быть трансформатор!

– Может, долбанем их же оружием? – предложил Пуно.

– Ты знаешь, как им пользоваться? – Старик всплеснул руками. – На тебе же нет костюма, как у них. Ты же сам поджаришься при стрельбе!

Лима поняла, что ждать решительных действий от этих мужчин в данный момент бессмысленно, и взяла инициативу в свои хрупкие женские руки.

– Пуно, вон там деревянные щиты! Кувырками до них. Каспер прикроет!