Андрей Царев – Игры выживальщиков (страница 10)
– Андрюха, сдавай сюда! – крикнул я и махнул рукой.
Пока «Дастер» ехал задом, я контролировал пустые машины и пространство за ними. Внезапно, понял, что нужно очистить дорогу от трупов. Машина забуксует по телам!
– Вадим, – повернулся я к напарнику, – гони этих двоих сюда, пусть трупы психов с дороги оттащат.
– Кого двоих? Олю с Настей? – удивленно переспросил Вадим.
– Нет, хипстера Колю и его друга качка. Мы с тобой контролируем сектора, Андрюха водила, а эти пусть дорогу расчистят.
Вадим вернулся к машине, и вступил в дискуссию с двумя беженцами. Те отнекивались, как могли. Пока я не заорал на них, так и боялись подойти к трупам.
– Они заразные! – яростно доказывал качок.
– А ты за ноги хватай, и в сторону, не запачкаешься, – возразил я, – вон, перчатки возьми автомобильные.
– Сам то чего не хочешь? – спросил Николай, одевая перчатки из моей машины, который подал Андрей.
– а кто будет контролировать дорогу? – хмыкнул я, – сейчас еще набегут, и сожрут вас. Вместе с нами. Естественно, – добавил, немного подумав. – Хотя, нас то вряд ли, мы уедем, а вот вы…
Последний аргумент был самым весомым. И работа закипела. Когда три дохлых тела наши новые знакомые выбросили на обочину, «Дастер» подъехал ближе к стоящему «Мерседесу», и я достал трос из багажника. Подцепил «Мерседес», и мой «Дастер», с пробуксовкой, но все же оттащил машину метров на десять в сторону. Отлично! Теперь столкнуть «Приору» с бордюра. Коля с качком, и Вадим, вполне себе справились. Ключи оказались прямо в машине, и завелась «Приора» с пол оборота.
– Отгони в сторону, пригодится! – скомандовал я.
На лобовом стекле машины болтался мусульманский брелок. Ну конечно, кто еще на легковушке через такой бордюр полезет? Только гордые гости с Кавказа. Или с Закавказья. Сразу за «Приорой» стоял «Солярис», и тоже, с ключами в замке зажигания. Видимо, люди в спешке покидали машины. Скорее всего, бежали вон туда, в поле. Много следов указывало туда, в сторону леса. В «Солярисе» стояло детское кресло. У меня даже комок к горлу подступил. Интересно, где теперь этот малыш? Успел ли убежать?
– Внимание! Движение впереди! – снова крикнул я, заметив мелькнувшую тень. Тень быстро спряталась за машинами. Так, еще один. Они теперь прячутся? Психи стали умнее. Это не есть гуд.
– Вадим, прыгай в «Приору», бери с собой этих охламонов, – указал я на качка и хипстера, – я сам в «Солярисе», уезжаем отсюда.
Быстро сел в машину и поставил ружье на пассажирское сиденье.
– Еще пристегнуться не забыть. – Сам себе сказал, сам и посмеялся.
Подъехал к «Дастеру». Андрей открыл дверцу пассажира и ждет моих указаний. Девушки тоже в машине, бледные, но спокойные. Все прошло нормально, но осознание придет через некоторое время.
– Андрюх, давай за мной, пару километров проедем, и встанем где-нибудь.
«Солярис» бодро катил по асфальтовой дороге. Ну чему тут удивляться? В сериале «Ходячие мертвецы» «Хюндай солярис» основной транспорт был. Именно его выжившие выбирали из кучи машин. Нет, мы то понятно, почему его взяли. Другого ничего не было. Но что-то мне подсказывает, что в той ситуации, что случилась на шоссе, выжить можно было только на внедорожнике.
Через три километра я прижался к обочине. Впереди ровный участок, справа и слева поля, можно остановиться и спокойно обсудить дальнейшие действия. Я притормозил, и «Хюндай», взвизгнув тормозами, прижался к обочине дороги. «Приора» и мой «Дастер» встали следом. Солнце уже поднялось достаточно высоко. Посмотрел на часы. Семь часов сорок минут московское время. Утро. Я бы даже сказал, раннее утро. Даже пробок толком в городе в это время не бывает. Люди только – только выходят из домов, а кто-то еще просыпается и идет пить кофе. Но все это было в другой, прошлой жизни. В нашей, новой жизни, теперь утро начинается с рассветом и день заканчивается с наступлением темноты. Главное сейчас, что бы жизнь не замерла насовсем. Вышел из «Хюндая» и подошел к своему «Рено».
– Андрюх, все, приехали. Вон твоя новая тачка, а эту верни хозяину, – постучавшись в окно, пошутил я и показал на «Солярис».
Водитель и две девушки, озираясь по сторонам, вылезли из машины. Из «Приоры» показались Вадим и двое спасенных парней. Посмотрел на здорового. Вся спина в царапинах.
– Дружище, тебя психи поцарапали? Одежда где верхняя?
– Да это, – замялся тот, – из города ехали, нас так – то четверо было. Двоих догнали, – и отвел взгляд вниз.
– Ты смотри, укус этих психов – гарантированная инфекция. Дня три и человек превращается в животное. – провел я краткий ликбез.
– Да это мы уже знаем, – подтвердил мои слова подошедший Вадим.
«Вепрь» он так и не выпускал из рук. Да и сам приосанился. Даже ростом повыше казался.
– Но только за укусы такое известно, царапины не факт. – продолжил он, – там в слюне, видимо, зараза.
– Ладно, парни и девушки, давайте решать, что дальше, – взяв ключи у Андрея от машины, я обошел ее вокруг, с сожалением потрогал вмятины и сколы на кузове своей машины. Вот, вроде бы, мелочь, а почему то сожалеешь об этом. Ну скол, ну, вмятина. А нет, гложет внутри…
– Я в город, а вам советую к Петровичу. Поселок Рузаевка, это по прямой все время ехать, и свернуть на указателе, – показал я рукой, как нужно ехать и сворачивать.
– Олег, а вы почему не с нами? – обратилась ко мне Оля.
Девчонке лет двадцать. Сколько она всего пережила за последние две недели? Не знаю. Но круги под глазами и морщины о многом говорят.
– Оля, потому что я майор, старший опер СОБРа, потому что мое место там, – и я показал рукой в сторону города, – на своем рабочем месте.
– Какое место? – вмешался в разговор Андрей.
Он уже осматривал угнанный мною «Солярис». Николай, тот самый хипстер с айфоном, ему в этом помогал. Точнее, Коля просто шарил в бардачке машины.
– Менты все зомбанулись, военные тоже. Нет там никаких мест, писец там в чистом виде. Большой и с пушистым хвостом, – продолжил Вадим.
– А мне наплевать, кто и куда зомбанулся. Мне на службу надо, – упрямо повторил я.
Действительно, какая служба? Что там у нас, на базе? Прививки бойцам сделали. Теперь они все или бегают по городу как эти зомби, или… Или уже сожраны другими. А те, кто выжил, давно сбежали. А я не все, я не побегу. Мне некуда бежать. Или есть куда?
– В город поеду, ребята. – задумчиво проговорил я, доставая из пачки последнюю сигарету и прикуривая на ветру, – на базу к себе заеду. Может. Кто и выжил и сейчас там, – я вздохнул и выпустил дым.
– Ура! Нашел! – внезапно раздался радостный крик.
Тот самый придурок с айфоном прыгал около «Соляриса» и размахивал шнуром.
– Что? – переспросил я, – Что ты там нашел?
Последний раз я так радовался, наверное, когда из армии на дембель уходил.
– Зарядку для айфона нашел! – продолжал прыгать Николай.
Я докурил сигарету и выбросил окурок на дорогу. Интересно, это что. Последствия вируса? Может, у парня первая стадия безумия? В мире эпидемия. В нашем городе по улицам бегают толпы зомби. Привычный мир рухнул к чертям и люди спасаются как могут. Мы сами сейчас на грани выживания. Да что мы, все человечество! А парень нашел в трофейной машине зарядку для своего айфона и радуется! Да он когда от психов убегал, айфон из рук не выпусках. Зачем тебе айфон, чудила? Связи все равно нет. Фоточки делать и видосики снимать? Так выложить их некуда.
– Коль, успокойся, – обратился я к прыгающему хипстеру, – лучше расскажи мне, что там в городе делается? А вы, кстати, что встали, как бедные родственники? У меня тушенка в багажнике, налетай! Все равно, может, в последний раз едим, правда, Коля? – подмигнул я хипстеру.
Мы открыли багажник и каждый вскрыл свою банку тушенки. Калининградская, «войсковой спецрезерв» называется. Я не спец по консервированным продуктам, взял из-за названия. И еще, потому, что открывается легко. Потянул за кольцо на крышке и все. Пока подкреплялись на обочине, нас быстро обогнал «УАЗ Патриот». Здорово шел, километров под сто тридцать. Машина подняла такой столб пыли, что наш импровизированный пикник на обочине с открытыми ртами посмотрел вслед автомобилю. Кто-то вырвался из города. Может быть, не один. Сколько людей находилось в машине? Я не разглядел. Доел свою банку и посмотрел по сторонам. А что я, типа, за чистоту? Размахнулся и швырнул пустую банку из под тушенки в поле, да подальше. Экология, твою мать.
– Олег, а можно мне еще одну банку? – из раздумий вырвал меня тот самый здоровяк.
Он уже не стоял с голым торсом. Андрюха дал ему свою футболку. Правда, в одном месте футболка уже треснула, но ничего, лучше уж так.
– Да, конечно, бери, – кивнул я, – все равно пропадет, если не съедим.
Захотелось снова курить. Но сигарет ни у кого не было. Ребята попались не курящие. Оно, может, и к лучшему. Тот же самый хипстер оказался футболистом. И Качек, которого звали Миша, тоже, спортзал часто посещал. Только оружие у них было всего одно. Спортивная форма. Однако, что бы убежать от психов, им оказалось достаточно.
Коля с Мишей сидели дома, когда все это началось. Они приятели. Родня уехала на дачу, теперь о близких ни слуху, ни духу. Отрывались два дня, потом просто сидели и смотрели, как люди вокруг в городе сходят с ума. А вскоре интернет тоже обрубили. Когда закончились продукты, собрались сделать вылазку в магазин. Даже урвали немного еды и воды. У Миши была бейсбольная бита, и несколько психов он здорово приложил. Так и спаслись. После, завели стоявшую во дворе «Мазду», и хотели ехать на дачу к родителям Николая. Попали в затор сразу после того, как проехали мост. «Мазда шестерка» – не полный привод. Застряла сразу, и на них набросились психи. Психов в пробке, по словам Миши, полно. Но их сразу не видно. Копошатся, ползают, жрут что-то. Или кого-то. В самом городе проехать можно. Машин почти нет на улицах. Бандитов и грабителей пока тоже. Мародеры встречаются. Но все, кто смог, город покинули. Причем, в основном, бежали либо по Московскому шоссе, в сторону Москвы, либо на юг, в сторону Арзамаса. На Бор мало кто пытался уйти.