Андрей Трусов – Смысл Камня. Современный кинематограф Южной Кореи (страница 15)
О дружбе и любви
Канон жанра о северных и южных товарищах задал фильм «Тайное воссоединение» (Чан Хун, 2010) о двух бывших шпионах.
Упомянутый выше Блейк Снайдер дает такое определение интересующему нас типовому сюжету:
Сам сюжет строится до неприличия просто: наша горячая парочка объединена общей целью и для ее достижения вынуждена действовать сообща. <…> Разумеется, из-за этой пресловутой непохожести, тотальных и непреодолимых расхождений мировоззрений товарищи поначалу друг друга на дух не переносят. Их конфликтные взаимоотношения во многом и притягивают зрительский интерес на протяжении всей истории. Однако, проходя через испытания, они понимают, что нуждаются друг в друге. <…> Волею обстоятельств наши герои расходятся. Вот тут-то они и понимают, как здорово они сработались, какой слаженной командой стали за это время. И в финале нас ждет воссоединение друзей»93.
В общем-то все вышеописанное замечательно работает и с любовными историями. Там тоже нередко герои друг друга на дух не переносят, но, переживая совместно разные испытания, постепенно влюбляются.
Сон Канхо, прославившийся ролью северокорейца в «Тайном воссоединении», играет за КР, красавец Кан Донвон — за КНДР. Таким образом «свой» для южнокорейских зрителей отныне предстает комичным, не очень удачливым, совсем обычным, но порядочным и добрым человеком. «Чужой» должен быть хорош собой, физически безупречно подготовлен. Драться, бежать, стрелять, как супергерой, при этом страдать скрыто, а любить и дружить всей душой — таков отныне канонический образ северного корейца в мелодраматичных боевиках о двух товарищах.
Жанр подразумевает большое количество боевых сцен и смертей. Они дают возможность северокорейскому товарищу продемонстрировать навыки боевых искусств, силу и стать и при этом нежелание убивать невинных. Герой Кан Донвона спасает ребенка северокорейского перебежчика в первой же боевой сцене. Что, согласно «Спасению котика», делает героя запредельно положительным персонажем. И добавляет мелодраматизма, конечно.
Все фильмы заявленного жанра (может быть, кроме «Выпускника» Пак Хонсу, 2013) содержат множество комических ситуаций. В «Тайном воссоединении» комедийную составляющую удалось сделать как бы вторым слоем. Драма не переплетается с ней, а словно проступает сквозь комедийные приемы. Иногда видная в большем масштабе, иногда едва заметная.
Аналогично строятся боевики «Стальной дождь» (Ян Усок, 2017) и «Кооперация» (Ким Сонхун, 2017). В «Стальном дожде» супергероя с севера играет Чон Усон, в целом специализирующийся на положительных персонажах. Южнокорейского госслужащего — Квак Товон, он представлен зрителям, когда проводит время с детьми в супермаркете накануне Рождества. Он выглядит крупным ребенком, милым увальнем. Сказочность обстановки работает и на привлекательность его героя, и на привлекательность капиталистического образа жизни в целом. Излишества и атмосфера праздника противопоставляется открывающей сцене на убогом рынке в КНДР, где герой Чон Усона пытается нелегально купить дефицитное лекарство. Беспечность и изобилие против нищего быта и постоянной опасности. Однако персонажи оказываются более сложно устроенными и обнаруживают в себе довольно много общего, так что быстро начинают понимать друг друга без слов. Ради общей цели — спасти раненого лидера Северной Кореи, предотвратить военный переворот и таким образом защитить полуостров и в целом мир от ядерной катастрофы.
Во второй части «Стальной дождь: Саммит» (Ян Усок, 2020) те же актеры, но сюжет и роли новые. Чон Усон теперь изображает нереально чистого душой и помыслами южнокорейского президента, Квак Товон — злодея-северокорейца. За товарища в этом фантастическом фильме сам лидер Северной Кореи в исполнении Ю Ёнсока. В Северной Корее никогда не было такого стройного лидера. Но в фильме вся ситуация в целом пугает смелостью фантазии: главы двух корейских государств и президент Америки оказываются в заложниках на подлодке и очень быстро в экстремальных условиях проходят путь от недоверия и неприязни до дружбы и взаимопомощи.
Не только товарищи
Ни один из жанров не табуирован по отношению к северокорейской теме. Примерно можно разбить массу фильмов с упоминанием КНДР на такие распространенные жанры:
1. Боевик (военный и шпионский прежде всего)
2. Триллер с элементами чистого зла
3. Эксцентричные и романтические комедии
4. Драма маленького человека
5. Документальные свидетельства
6. Притчи
Героический боевик в основном представлен упомянутым режиссером Кан Джегю. К его шпионским работам относится сериал «Айрис» (2009, 2013 гг). Этот продукт представляет шпионские страсти, которые едва ли переменятся, если перенести действие в любую другую страну хоть в Европе, хоть на Ближнем Востоке.
Боевики, даже взявшие за основу реальные события, концентрируют внимание на зрелищности и потому понятны зрителю вне контекста (если в дело не вступают разговоры политиков). Так что и «Сильмидо» (Кан Усок, 2003), и «Северная пограничная линия» (Ким Хаксун, 2015) могут восприниматься иностранным зрителем как просто боевики.
Шпионский боевик, например: «Шпион пошел на Север» (Юн Чонбин, 2018), где Хван Чонмин играет южнокорейского шпиона, «Берлинское дело» (Рю Сынван, 2013), в котором великолепно срежиссированы взаимодействия спецслужб из множества стран, и «Якша: суровые методы» (На Хен, 2022). Последний, может быть, даже слишком голливудский для поклонников азиатского кино.
Особняком стоит «Тайная миссия» (Чан Чхольсу, 2013). Первая часть этого фильма показывает мирную жизнь трех северокорейских шпионов, засланных в южнокорейскую глубинку, — как они оттаивают сердцем и начинают любить жизнь и людей вокруг. Первая часть по жанру — эксцентрическая комедия. Вторая часть, по сути, сплэттэр, забрызгивающий кровью всё вокруг, в попытках спецподразделений Севера и Юга убить трёх симпатичных парней, полюбившихся зрителю в первой половине фильма.
Этот странный гибрид выносит тему противостояния идеологий и укладов за пределы противостояния стран. Конфликт разворачивается между войной и мирной жизнью, верностью военной присяге и гуманностью, героической смертью и возможностями обычной жизни. За войну сражаются спецслужбы (пусть и не вместе), за мир — вчерашние шпионы, мечтающие о любви и дружбе. Пока что побеждают спецслужбы. Но среди них есть агент, сочувствующий шпионам. И просто люди, бывшие соседи северокорейских шпионов, сохранившие добрую память о погибших.
«Охота» (Ли Чонджэ, 2022) стоит повторного упоминания, потому что из-за сложности политического контекста может показаться еще одной запутанной стрелялкой. А между тем в основе фильма — идеологическая схватка двух человек, и сражение их тем более удивительно, что оба они хотят справедливого мира и добиваются его террором. А убеждения у обоих так глубоки и сильны, что в момент покушения на южнокорейского диктатора оба вдруг разворачиваются против своих. Северокорейский шпион палит в убийц из КНДР, чтобы предотвратить развязывание войны через убийство президента. Его южнокорейский противник, наоборот, бежит с пистолетом за машиной президента. Красота шпионской игры в том, что за добросовестным выполнением обязанностей прячется работа на другую разведку, а за ней еще много личного. Эта история о «двух товарищах» могла бы закончиться хорошо, если была бы сказкой вроде «Стального дождя» и «Кооперации».
Триллер с элементами чистого зла — «V.I.P.» (Пак Хунджон, 2017) объединил особенно любимую тему кино последних лет (не только корейского) о маньяках с противостоянием Севера и Юга. На экран выведен дипломатически неприкосновенный сумасшедший садист, с которым абсолютно невозможно договориться. Но, поскольку от маньяка страдают люди и в Северной Корее, и в Южной, и в любой стране, куда бы его не занесло, этот маньяк выступает как бы порождением социалистической системы, а не корейской нации. Удивительно при этом, что маньяка играет популярный актер, пришедший из модельного бизнеса, — Ли Чонсок. Как будто северокорейца невозможно больше изобразить внешне непривлекательным.
Эксцентрическая комедия оказалась перспективным жанром для демонстрации преимуществ человеческого общения перед дикостью войны. Корейские романтические комедии часто наполнены эксцентрикой, почти как немые комедии. Например, «Любовь Севера и Юга» (Чон Чхощин, 2003). Но и более поздние фильмы в этой категории сохраняют внешнюю веселость и живость картинки, не скрывая при этом подлинно трагическую основу событий.
Стоит отметить как минимум три фильма: «Добро пожаловать в Тонмакколь» (Пак Кванхён, 2005), «Западный фронт» (Чхон Сониль, 2015), «Дети свинга» (Кан Хёнчхоль, 2018). В этих фильмах северные и южные корейцы абсолютно одинаковые люди с одним языком, ценностями, отличающиеся друг от друга лишь военной формой, — волей случая оказавшиеся по ту или иную сторону. Действие всех трех фильмов происходит во время гражданской войны 1950—9153 гг.