Андрей Трусов – Колонист (страница 37)

   Мда. Я филосовски вздохнул. Наверно, это неистребимая женская черта: протянешь один палец, а схватят всю руку.

   - Ты чего там вздыхаешь? - Подозрительно спросила Вика.

   - Тебе показалось. - заверил ее я. - Отбой связи.

   Тоннель в котлован, где была реакторная, а так же, по совместительству, склад стройматериалов, находился на уровне самого нижнего, третьего этажа. Не помню, кстати, чье это было решение ввести нумерацию тажей сверху-вниз: первый этаж был самый ближний к поверхности, а третий, соответственно, самый глубокий. Но как-то прижилось.

   - Интерестно, как мы будем нумеровать этажи в надземных зданиях, когда они появятся. - Рассмеялся я пришедшей в голову идее. - Минусовыми? Или будем уточнять: "первый-надземный", "первый-подземный"? Надо будет обсудить при случае.

   В реакторной деталей было ну очень много: собственно, не будь у комбайна в комплекте со станками достаточно длинного манипулятора-руки, он бы наверняка очень быстро оказался в груде им же изготовленных деталей. А так: несколько рельс с низкими тележками на роликах, один транспортер и несколько шкафов-стелажей, куда инженерный робот переодически складывал контейнеры. В голове тут же родился план по оптимизации рабочего процесса: сначала отвезти большинство деталей по тоннелю к лестнице, и только потом поднимать их в грузовой тамбур. Настроение быстро стало боевым и я, насвистывая каккой-то незатейливый мотивчик, принялся за работу.

   Попутно в голову приходили различные идеи по улучшению планировки:

   - Во-первых, мы забыли отдельный выход из реактороной на поверхность. С лифтом! Это важно. Понятно, что изначально мы не планировали пользоваться материалами, изготовленными в реакторной для чего-либо, кроме нашего жилого комплекса и поэтому не стали ничего такого придумывать. А зря! Надо было мыслить на перспективу!

   После дцатой ходки по тоннелю, когда груда деталей, сваленных у лестницы основательно подросла, родилась вторая идея:

   - Во-вторых, в самом жилом комплексе лифт тоже не помешал бы.

   А когда я, наконец, решил что пока хватит и больше уже в грузовой тамбур уже просто не поместиться, родилась и третья идея:

   - И вообще, стоило бы все эти тоннели оборудовать рельсами и самодвижущимися тележками.

   - Ты с кем это там разговариваешь? - Донесся сверху голос сестры.

   - О, Леля пришла! Какими судьбами?

   Сестра проигнорировала вопрос и в лоб спросила:

   - Ты тут чем занят? Тебя Вика уже потеряла.

   - Я тут грузчиком подрабатываю, а что?

   - Иди на верх дуй, грузчик. А то я не знаю, что с тобой сделают.

   Леля спустилась, наконец, по лестнице:

   - А свалку-то развел тут! Так и знала, что нельзя тебя одного осавлять!

   Я пропустил это мимо ушей:

   - Ты снова к своим любимым компьютерам? Уже придумала, как их запустить?

   - Я их уже запускала, чтоб ты знал.

   - О как. Без оффицерского сертификата?!

   - А что такого? Включиться-то, они включились - не так уж это и сложно. Только вот авторизоваться не удалось. Зато удалось проверить какая начинка там стоит. И я даже придумала, как на них работать, чтобы военные к нам не придрались.

   - Здорово. И как?

   - А там можно военную операционку снести и защищенные шины для передачи данных вместе с контроллерами-шифраторами заменить на обычное оптоволокно. Ну отключить еще аппаратные блоки для шифрации и встроенные средства связи. Остальная начинка там, в принципе, те же гражданские модели, только отказоустойчивость повыше. Вот информацию с винтов получить, к сожалению, не получится - только под ноль сносить. Зато потом можно собрать ядро какой-нибудь свободной операционки, той же c-nix, к примеру, и спокойно работать.

   - А справишся?

   Леля беззаботно пожала плечами:

   - Наверно.

   Я задумался:

   - Погоди, а как же защита от вскрытия корпусов?

   - А для этого я позову кого-нибудь к нам из военного лагеря с соответствующими правами: они давно напрашиваются в нашем проекте поучаствовать. Все равно Вика потом к себе переедет и одна комната у нас освободится.

   Что-то зная свою сестру мне не очень поверилось в ее "кого-нибудь". Ну не будет она так легко рассуждать о подселении к нам постороннего человека! Наверняка уже знает кого звать.

   - А ты случайно не в курсе, этот "кто-нибудь" какого пола?

   Леля сделала невинное выражение лица:

   - Ты о чем это? - А потом опомнилась и тут же перешла в наступление: - Ах ты кобелина!

   Я тут же схватил в охапку пару катков от элеватора и побежал вверх:

   - Что-то заболтался я с тобой. Меня уже Вика, наверно, прибьет!

   - И правильно сделает! - Понеслось в догонку. - Стой! Стой, кому говорят!

   Я быстро доюежал до грузового тамбура, бросил бесполезные катки на пол, выхватил скафандр их нишы и затащил внутрь тамбура. Использование, конечно, не штатное, и по уму меня стоило бы наказать за нарушение техники безопасности, но разьяренная сестра опаснее. Поэтому я сначала закрыл внутреннюю дверцу и только потом не спеша начал одевать скафандр. Из-за двери доносились еле слышные удары.

   - А в двери грузового тамбура можно было бы сделать окно. - Продолжил я придумывать рацпредложения по улучшению базы. - Тогда бы я смог показать Леле язык. Ладно. Надо потарапливаться, пока она не догадалась тамбуром для людей воспользоваться для выхода на поверхность. Ей-то можно скафандр не одевать!

   Я пристягнул шлем и запустил процесс открытия внешней двери. Еле дождавшись, когда загориться зеленая индикация на внешней двери я сдвинул створки и выскочил наружу. И столкнулся нос к носу с незнакомой фигурой в скафандре:

   - Простите, а вы не подскажете, как я могу найти Елену? Она должна была меня встретить.

   Я посмотрел на рисунок скафандра. А вот и гости из военного лагеря. И, кажется, судя по голосу, я угадал с полом оффицера-связника.

   - Представтесь, пожалуйста. - Попросил я.

   - Хоанг Ким Май, младший сержант военно-космических сил.

   Час от часу не легче. Голос-то, женский, но лицо через затемненное стекло не видно. Да еще и имя не понятное.

   - Елена сейчас будет, она как раз выходить собиралась. Можете тут подождать.

   - Спасибо.

   А я стоял и тщетно пытался определить национальность по названному имени. Сам факт, что в центре подготовки колонистов множество представителей различных народов, меня ни капли не удивлял. Раджат был индусом (сам он, когда об этом заходил разговор, тут же уточнял свою национальность, но я ее благополучно пропускал мимо ушей). Нильс был датчанином. Да, практически, каждый второй был откуда-то издалека! И в этом не было ничего странного. В конце-концов это даже логично, когда в состав экспедиции колонистов входит максимальное количество различных национальностей.

   - А вы, случайно, не китаянка? - попробовал угадать я.

   - Случайно - нет.

   - Так это же хорошо! - Тут же обрадовался я.

   - Это еще почему? - Хоть лица и не было видно, но по интонации я готов был биться об заклад, что моя собеседница удивилась.

   - Чем больше разных народов, тем лучше!

   Пока Хоанг... или Май?. Не знаю, что из этого имя, а что - фамилия. В общем, пока Хоанг Ким Май переваривала мое сообщение, я решил продолжить "допрос":

   - Так откуда Вы?

   - Из военного лагеря.

   - Нет, вы не поняли, я хотел...

   - Да поняла я! Отец у меня из Вьетнама.

   - А мама?

   Но ответа я так и не дождался, так как из тамбура выскочила злая как черт Леля! Я тут же перехватил иннициативу:

   - Лель, тут к тебе гости.

   - Эээ.