Андрей Труфанов – Воевода (страница 4)

– А ты что ж, лиходей какой, чтобы тебя Бог наказывал, – ответил Федьке отец Евлампий.

– Ну, дедушка меня наказывает? – не унимался Федька.

– То Бог, а то дедушка. Бог где? На небе. У него другие полномочия, дружок, а дедушка, он здесь, на земле. Ежели он что и делает неправильно, так на все воля божья и за грехи свои все отвечать будут. И я, и ты, и дедушка твой. Только, брат, о нас на этой земле, кто-нибудь да помолится, а лиходеев проклинать будут, и никто свечку за упокой души их не поставит. Вот так, брат. Понятно тебе? – произнес отец Евлампий.

– Понятно, дедушка, – ответил Федька.

– Ну, беги с Богом, – сказал отец Евлампий и шлепнул Федьку под зад.

– Вот бесенок, – усмехнулся Архип и посмотрел в сторону убегающего Федьки.

– Тут Сопля мне по секрету рассказал, что из лука стрелять учится, хочет, чтоб как у тебя получалось. Ты уж поучи его. Я ему обещала, – произнесла Даша.

– Обещала, подучу, но вот секреты чужие разбалтывать нельзя, правда, отец Евлампий? – спросил Архип.

– Ну, вообще-то, да, – пожал плечами отец Евлампий.

– Ну, я же знаю, что вы не расскажете, – обижено сказала Даша.

– Ладно, малая, успокойся и иди лучше Лукерье помоги, видишь с котлом корячится, – сказал отец Евлампий и указал в сторону Лукерьи.

– Да, пусть делом займется, – проворчал Архип.

– Ты мне, друг, лучше вот, что скажи, что ты думаешь про нападение на рать нашу. Кто это мог быть. Ведь не Малюта с Чахлым орудовали. Эти супротив наших ратников слабаки, – сказал отец Евлампий.

– Нет, отец Евлампий, это не Малюта, конечно. Судя по тому, что я увидел, работали профессиональные бойцы и было их много. И полегло наших ратников вчетверо больше, чем ворога. По труппам лиходеев можно подумать, что это разбойники, но очень хорошо экипированные, сытые такие. Ходят слухи, что по лесам новгородским объявился разбойник по кличке Вепрь, может это он был? – задал Архип вопрос больше себе.

– Дружинный очнется, узнаем, – молвил отец Евлампий.

– Ладно, мне шкурки надобно разложить, люди купца Харитона должны на днях пожаловать. Харитон много серебра дает за них, не то, что этот Тимофей, скряга. Дашка-то подросла уже, скоро женихаться к ней будут, надобно что-то и в приданное ей скопить. Только, вот беда, с женихами у нас не густо, а в Новгород Великий не хочу отдавать ее, боюсь, – высказал свою мысль Архип и пошел к своему дому.

Архип мыслил правильно: мужиков молодых, сильных, статных в окрестных деревнях почти не было, в остроге – только кузнец, да и то ему девка Фирса-калеки приглянулась и дело, по всей видимости, шло уже к свадьбе. И обстоятельство отсутствия жениха для Дарьи очень тревожило Архипа. За делами и заботами Архип не заметил, как наступил вечер, он умылся, потушил свечку и лег спать. В эту ночь ему снились в кошмаре искривленные лица погибших воинов, которых он вчера видел на дороге; Люди-оборотни, которые превращались в волков; страшные варяги с размалеванными лицами, которых он видел украдкой в разоренных деревнях. Его бесило то, что он не мог ничего сделать. Их было много, а он один, совсем один. Ему казалось, что они придут и заберут Дашу. И он не сможет ее защитить, это еще больше вызывало у него гнев. Потом на него бежал бородатый варяг с топором и хотел его убить. В этот момент он проснулся. На дворе уже светало. Он сполоснул потное лицо, вытерся и вышел на крыльцо. Небо было ясное, день ожидал быть теплым. Во дворе стояла коза и блеяла. Он посмотрел на нее и улыбнулся. А жизнь все же идет и в ней не все так уж и плохо, как в ночном кошмаре, – подумал он, еще раз улыбнулся и пошел будить Дашу.

Через час на ногах уже был весь отрог. Бабы суетились, готовя еду. Платон и Калаш рубили дрова, Сазон с Соплей носили из реки воду, Егор-конюх чистил лошадь, Рябой бодяжил из меда какой-то волшебный напиток с добавлением каких-то лечебных трав, Антип убирал кузню и лишь один Егорка сидел у ворот и дремал.

– Дедушка, дружинный очнулся, – бежал и кричал Федька.

– Очнулся, говоришь, ну пойдем к нему, – сказал отец Евлампий, остановив бежавшего Федьку. Когда они зашли в горницу, дружинный немного приподнялся на подушках и слезящимися глазами смотрел на вошедших. Отец Евлампий подошел к нему и потрогал голову. В этот момент в горницу вошли Архип, Даша, Антип и Лука.

– Где я, – напрягаясь, спросил Савва.

– В Лебяжьем остроге, мы тебя на дороге нашли, – ответил Евлампий. Савва прищурил глаза и стал всматриваться в присутствующих, видно узнав Луку, он произнес: «Лука, ты что ли?»

−Да Савва, это я. Поведай нам, что случилось. Вон, отец Евлампий тебя с того света вытащил. Да девочку эту поблагодари, это она тебя нашла. Еще бы чуть-чуть и душа твоя могла бы встретиться с Всевышним, – произнес Лука. Савва в знак благодарности кивну Даше.

– Что со мной? – спросил он.

– Сильно раздроблено плечо, повреждена лопатка. Повезло, удар в спину пришелся вскользь. Я думаю, что дня через два ты можешь уже подниматься с постели. А сейчас нужно хорошо есть и спать. Сон лучшее лекарство, – произнес отец Евлампий.

– Савва, поведай нам, что случилось, я был на том месте, там жуткая картина. Гора трупов. Там была жуткая бойня. Расскажи, если помнишь? – попросил Архип.

– Это были люди Вепря, слышали про такого? Шайка профессиональных наемников. Хорошие бойцы. Они выскочили внезапно, не успели мы выхватить мечи и приготовиться к битве, как несколько наших дружинников легло от стрел. В дружине было много молодых неопытных ребят. Многие растерялись. Все длилось не так долго. После не помню. Меня сбил огромной булавой какой-то громила, по-моему, они звали его Гудыма. Что с моей дружиной? – закончив рассказ, спросил Савва.

– Мы насчитали убитыми двадцать четыре ратника и еще каких-то людей, не разбойников, – сказал Антип.

– А купцы, купцы! Со мной было два купца – Радим и Неклюд, – сказал Савва.

– Купцов не было, – ответила Даша.

– Значит они взяли их в полон и будут просить за них выкуп. Нужно оповестить князя. Мы не ожидали такого большого сборища разбойников. Князю и владыке часто поступали жалобы, что небольшие группы разбойников нападали на деревни и грабили. С ижорских земель поступали сведения о варягах, которые частенько заплывали в устье Невы. Но они от берега далеко не уходили. Грабили только прибрежные деревни. У побережья озера Ильмень и вдоль Волхова, чудь распоясалась. Были случаи нападения на дорогах крестоносцев. Те, и грабили, и людей забирали для продажи в рабство. А про Вепря слухи ходили, но мы думали, что он на псковской земле лихо действует. А как у вас, спокойно? – спросил Савва, удобней усаживаясь на подушки.

– У нас тут есть разбойники, главный у них Малюта. Но их немного, может быть человек восемь или десять, – сказал Архип.

– Что ж вы его не прижмете? – спросил Савва.

– Да как его прижать-то. У нас людей толковых, смыслящих в ратном деле, по пальцам пересчитать можно, – ответил Лука.

– Это да, людей у нас мало, – подтвердил кузнец. В этот момент в горницу прибежал Сопля.

– Что тебе, окаянный? – спросил отец Евлампий.

– Там к дядьке Архипу купец пожаловал, Харитоном назвался, – выпалил Сопля.

– Пошли, – сказал Архип и пошел на выход. Сопля пошел за ним. Архип подошел к воротам, где сидел сонный Егорка.

– Чего смотришь, открывай, не слышишь, купец к нам пожаловал, – грозно сказал Архип.

– А кто его знает, купец он или разбойник, – огрызнулся Егорка.

– Хватит болтать, открывай, – строго сказал Архип и подмышку поднял Егорку.

Тот, не спеша, поплелся к воротам. Ворота открылись и в острог въехала телега, а за ней вошло человек десять людей. Архип поздоровался с Харитоном, и они пошли к дому Архипа. Там их уже ждала Дарья.

В горнице отца Евлампия остались Антип и Лука. Пока Архип ходил к купцу, Лука предложил составить послание тысяцкому, в котором сообщить ему, что Савва находится в Лебяжьем остроге. Отец Евлампий начал писать. Через полчаса послание было готово, и довольный отец Евлампий передал написанное Луке.

– Вот теперь, может быть, и поможет нам княже. Может быть, людей к Савве пришлет, – сказал Лука.

– Может и пришлет. Главное, чтобы купец добрался до Новгорода. Я понимаю, он сейчас туда собирается, – сказал Антип.

−Архип говорил, что туда. Ладно, пойду, отдам купцу послание, – сказал Лука и пошел во двор.

Архип продал Харитону меха свои, получил обещанное серебро. Купец любезно согласился взять послание и доставить его тысяцкому в Великий Новгород. Архип держал в руках мешочек серебра и как бы его взвешивал. Даша стояла рядом и смотрела на брата.

– Это тебе, приданное! – весело сказал Архип. Дашка покраснела и убежала в горницу.

Лагерь Малюты

Малюта был обычный разбойник. Он собрал небольшую группу из девяти человек и просто грабил на дорогах одиноких путников и людей, которые были явно слабее его. С купцами и, тем более, с ратниками он предпочитал не связываться. Его люди были либо смерды, либо разбойники-одиночки. Хорошими боевыми навыками они не обладали, но были молодые и здоровые лоботрясы, которые не хотели честным тяжелым трудом зарабатывать себе на жизнь. Лагерь их находился к востоку от Соснового леса, недалеко от Черной Топи. Черной Топью называли почти непроходимые болота. Множество людей сгинуло там. Из острога пройти там могли всего два человека: охотник Архип и сестра его Дарья. Он с детства водил ее туда, и она научилась там ориентироваться. Малюта со своими людьми, будучи человеком суеверным и немного трусоватым, предпочитал туда не ходить. Так вот, лагерь его ничего особенного из себя не представлял. Пару шалашей, палатка, сделанная из парусины, которую они взяли из разграбленного ими обоза, место для костра, вертел. Вооружение его людей желало быть лучшим. Но у всех было металлическое оружие. Хромой, был вооружен огромной дубиной, а Паленый – предпочитал рогатину. У четверых были копья, у остальных – плотницкие топоры. Чахлый – правая рука Малюты, был вооружен боевым топором, деревянным круглым щитом, ножом, который висел на грубом кожаном ремне и был одет в кожаные доспехи времен эпохи одиннадцатого века. Сам Малюта был вооружен железным треугольным щитом и большим обоюдоострым мечом скандинавского образца, которым очень гордился, и умел неплохо им пользоваться, за что получил уважение у своих братьев по грабежам. Тело Малюты было облачено в короткую металлическую кольчугу легкого воина пехоты, на голове был шлем кнехта, а на ремне, как и у Чахлого, висел большой боевой нож. На всю компанию было четыре лука, которые чаще всего использовались для охоты. Но охотиться они не любили. Им было проще сделать набег на деревню и отобрать у крестьян кур, гусей, увести козу или барана. Вот и сейчас им повезло, Чахлый и Паленый в соседней деревеньке украли овцу. Они решили закатить пир.