Андрей Третьяков – Проклятый (страница 38)

Повторив с Любовью Михайловной ставший неожиданно привычным ритуал приветствия, мы с Захаром прошли внутрь. Сняв в прихожей лишнюю одежду и заглянув в ванную, мы добрались до кухни как раз к приходу главы семейства. Уж не знаю как, но Палыч успел не только сменить одёжку, но и причесаться, скорее всего, не без помощи супруги.

Дальнейший визит проходил также спокойно, уютно, можно сказать, по-семейному. Обсудив с Мироном вчерашний прорыв, здоровье жены и состояние его любимой «ласточки», я приступил к расспросу, чем собственно живут местные в целом и его семья в частности.

К моему удивлению, практически вся Жуковка была в той или иной мере задействована в делах моего рода, что было, с одной стороны, хорошо, а, с другой, стало внезапно свалившейся на меня проблемой. Конечно, по документам я уже успел изучить, что число работников исчисляется десятками, но как-то не придал этому особого значения.

Одних только грузчиков у меня, оказывается, работало не меньше дюжины. Как-никак, ящики с макрами весят немало, так что без крепких, ответственных мужиков в таком деле не обойтись. В свободное от погрузки время они по мере сил помогали женам таскать корзинки с фруктами, а ещё принимали участие в упаковке продукции.

В общей сложности сейчас в неоплачиваемом отпуске находилось около тридцати человек, ведь деятельность рода была приостановлена. Помимо работы на изнанке, ещё пять человек, включая жену Палыча, работали в поместье Майских. Сам же староста выполнял роль бригадира, отчитываясь напрямую Захару о всей проделанной работе.

В целом, не самая сложная родовая деятельность, но для мага проклятий вроде меня это уже было не так-то просто. Особой деликатностью и прозорливостью в таких вопросах я никогда не отличался, а потому пришлось как следует перебороть себя и вникать в сложившуюся ситуацию.

Проведя не меньше часа за обсуждением, я успел неплохо узнать как старосту, так и его супругу. Они оказались действительно преданы роду и до конца верили, что всё наладится. Даже зная, в какой ситуации сейчас оказались Майские, пусть и не видя полной картины, они как могли пытались помочь и ни разу не жаловались на своё положение. Не самая строгая проверка лояльности, конечно, но вполне достаточная.

За время моего отсутствия Аркадий успел достаточно изучить все моменты касательно принятия в род доверенных людей, и всё оказалось не настолько сложно, как я поначалу подумал. В большей степени, с моей стороны, приглашение было формальностью, а окончательное решение об официальном принятии выносилось лично богом-покровителем. Как говорится, моё дело — предложить.

Не став откладывать на потом то, что можно сделать уже сейчас, я тут же предложил семье Палыча стать Промайскими за выслугу лет, преданность и лояльность роду. С десяток секунд помолчав, похлопав глазами с сомнением, Мирон и Любовь обрушили на меня столько благодарности, как будто я им не фамилию дать собирался, а… даже не знаю что.

Настолько бурной реакции я совершенно не ожидал и даже в какой-то момент подумал, не спихнуть ли дальнейшие разборки на Аркадия, но всё же стойко выдержал это испытание и приступил к официальной процедуре. Повезло, что Захар оказался специалистом и в этом вопросе, а то немного неловко бы вышло принимать в род по инструкции. А так, с подсказками слуги всё выглядело, словно так и задумано, солидно и в меру пафосно.

Попросив нас встать рядом друг с другом, мой слуга приступил к церемонии.

— Повторяй за мной, — обратился Промайский к Палычу. — Я, Мирон, с этой секунды бесфамильный, прошу тебя, граф Майский Николай Александрович, взять меня в слуги рода. Обязуюсь быть преданным душой и телом, всегда делать всё во благо рода Майских и тебя, его главы, лично. Сделаю всё от меня зависящее, дабы привести род к процветанию, клянусь в этом!

Дождавшись, когда староста закончит свою речь, Захар повернулся ко мне.

— Теперь вы, выше сиятельство, — дождавшись моего кивка, Промайский продолжил. — Я, граф Майский Николай Александрович, прошу тебя, Мирон, не имеющий фамилии, войти в мою семью слугой рода! Со своей стороны, обязуюсь заботиться о тебе, как о члене рода, защищать твою честь и интересы, как своего слуги!

Повторив всё, что требуется, я вместе с Мироном вопросительно посмотрел на Захара, который задумчиво что-то прогудел себе в бороду, но вскоре продолжил.

— Я выступаю свидетелем. Великий Жук, если ты не почувствовал фальши в наших намерениях и готов принять в свои последователи Мирона, позволь ему впредь называть себя Промайским!

Где-то на границе сознания раздался знакомый стрёкот, а на пальце старосты на мгновение появилось и исчезло кольцо с изображением Жука. Довольно кивнув, Захар подытожил.

— Жук одобрил. С этого момента ты, — повернулся он к Палычу. — Мирон Промайский. Добро пожаловать в род!

Успокоив растрогавшегося мужчину, мы повторили те же действия и с его супругой, также получив от Жука молчаливое одобрение.

Я уже подумал, что и этого недостаточно для восстановления моего покровителя, но вдруг услышал на границе сознания знакомый щёлкающий голос.

— Будет тебе награда, за это можешь не переживать, — выдал Жук, на этот раз без призыва в своё личное пространство. — Возвращайся к себе в поместье, лучше вообще в кабинет, там поговорим уже без спешки и лишних ушей.

Кивнув, я настойчиво и в весьма деловом темпе начал собираться обратно. Новые Промайские на это ничуть не обиделись, понимают, что у главы рода хватает своих дел, и, ещё раз поблагодарив за всё, отпустили.

Уже подъезжая к поместью, я всё же сообщил Захару, что, скорее всего, у нас скоро будет пополнение, так что пусть рассчитывает ужин с учётом трёх персон. Пока что я ещё не решил, что буду делать с своим третьим телом.

Не задерживаясь по пути, сразу же по приезду я поднялся к себе, на всякий случай прикрыв за собой дверь. Нужно будет, Захар и сам откроет, а так, вроде как и без лишних ушей, как и попросил Жук.

Присев в кресло, я выжидающе посмотрел перед собой и тут же ощутил, что уже оказался в известном мне туманном пространстсве. Покровитель, на этот раз заранее вылезший из-под земли, уже ждал меня, помахивая усами.

— Молодец, отличная работа, — искренне похвалил меня Жук, сделав что-то вроде кивка головой. По хитиновому телу было не очень понятно. — Сначала я хотел просто выдать тебе ещё одну оболочку, но смотрю, ты и без этого хорошо справляешься. Такими темпами ты быстро получишь полный набор, так что я решил порадовать своего последователя чем-то более стоящим!

— Благодарю, — кивнул я покровителю, с интересом выгнув бровь, ожидая продолжения.

— И есть, за что, на самом деле, — довольно застрекотал Жук. — Ты один из немногих, кто удостоился подобной чести! Знакомься, это Бах, мой внук, младшенький. Он ещё молод и слаб, но помочь тебе явно сможет, будь уверен.

Прямо передо мной из-под земли, со свистом вылетело существо, лишь отдалённо напоминающее жука. Скорее уж, это была жирная, на вид крайне ленивая личинка.

«Сам такой, — раздался у меня в голове крайне сонный, но при этом ехидный голос. — Не я виноват, что пришлось вылезать в этой форме! Все вопросы к деду, будят тут всякие, когда ещё и половина тел не собрана!»

— Потому и будят, что половина тел не собрана! — строго прогудел Жук. — Сам знаешь, почему так!

«Знаю, знаю, но призывать-то зачем? — недовольно проворчал личинус. — Сделали бы привязку, а вызвали бы, когда уже в полной форме был! Можно я пойду уже? Позовите, когда летать можно будет спокойно.»

— Да тебе, бездельнику, полезно будет для разнообразия поползать! — угрожающе взмахнул крыльями Жук. — А ну, давай по-нормальному, пока я добрый!

«Ладно-ладно, деда, спокойно, не ори, я ведь чего, я ничего, я согласился уже, да и вообще…»

— Николай, можешь смело пинать его, если захочешь, — вздохнул Жук, вовлекая меня в их семейную идиллию. — Не волнуйся, ничего с ним не будет, а манер станет побольше. Ты не смотри… и не слушай, он полезный!

— Верю, — натянуто улыбнулся я. — Понял, а проклинать его можно?

«А⁈ За что⁈»

— Можно, — махнул усами покровитель. — Но вряд ли сработает, всё же внучок мой — тот ещё жук, живучий, но в этой форме, может, чего и прочувствует. Главное, не балуй, его доча и так разнежила, скоро сам личинкой станет и в настоящем теле! В общем, отдаю тебе его на воспитание. Удачи!

Туман рассеялся, и вот я уже вновь сижу у себя в кабинете за одним единственным исключением — прямо передо мной на столе валяется огромная, жирная гусеница, смотря на меня своими чёрными бусинками глаз.

«Ну, привет, — услышал я всё тот же ехидный голос. — Как сказал деда, теперь мы вместе, пока не передумаем, или кто-то из нас не скопытится. Надеюсь, ты не против?»

Хотелось бы сказать, что лучше бы мне выдали новое тело, но я сдержался. Как-никак, о петах я уже успел узнать, ещё когда изучал историю мира в целом и легенды про покровителей, в частности. Слишком уж редко боги одаривали своих сторонников чем-то настолько ценным, так что глупо было бы отказываться от такого подарка.

«Наш подход, уважаю, — довольно прогудел личинус. — Да не смотри ты так, ну да, умею в голову лезть, но не злоупотребляю этим, только когда про меня думают!»

— Ясно, — кивнул я ему. — Как ты уже понял, я не против. Главное, не мешать, а помогать друг другу, иначе непонятно, зачем вообще мы собрались.