Андрей Третьяк – Правду пишет победитель (страница 4)

– Договорились, – ответил он, – а теперь о деле. – Быстро он перевел тему. – Мы уже рядом, что ты узнала?

– Здесь правит Альфонсо Эн Диме, – начала она, – его называют Папочка, он правит подпольным рабством в этом районе.

– А стражи? – спросил он, продолжив: – Они куда смотрят?

– Все намазаны, – ответила она, – и ты сам знаешь, как здесь работают стражи. Этот район – часть кусочка круга малого низшего населения города, часть – бедные, часть – преступники, часть – в сексуальном рабстве и малая часть – среднего класса, – но повысила она последний слог, – они хорошо развились, даже из среднего круга города сюда ездят. – Из среднего города, – перебил он. – Интересный человек этот папочка.

Нахмурив брови, Альфред спросил:

– Как он этого добился? Как он привлек их внимание?

– Контроль, Альфред, – ответила она. – Темные дома и прибыль в руках одних людей, и слухи ходят про наркотики под названием Кем.

Кашлянув, она продолжила:

– Уличное сексуальное рабство, как и попрошайки дети, ушли в прошлое. Теперь дети торгуют дешевым наркотиком на улице, а девушки ублажают в темных домах. Они даже поделены по статусам, самые лучшие девушки, конечно, ты понял в каких из них, а средней части города не нужен выездной к этой части города.

– Кем, что это за наркотик? – спросил Альфред. – И откуда ты всё это знаешь?

– Лувр поделился информацией, – ответила она, – а про Кем даже он не знает

– Опять Лувр, – прошипел злобно Альфред. – Как я его не невежу.

– Но благодаря ему мы хоть что-то знаем, – успокоила она его. – А ты вот информацию узнаешь у стражей, я вот их тоже терпеть не могу.

– Он скользкий ублюдок, – злобным голосом ответил Альфред. – При первой возможности он за безделушки не то что нас, он и маму родную сдаст.

– Но собирать безделушки у гномов в крови, – ответила она, посмеиваясь, быстро спросив:

– А ты что узнал?

– Наша цель Михайло Би Зубр, – начал Альфред, достав магическое стекло, которое было у каждого в этом мире. В нём были твои личные данные для стражей, которые часто просили его при въезде в города и районы. С помощью этого стекла можно было связаться на расстоянии с тем, кого ты лично знал и видел хоть раз в жизни, но было условие: ты должен был знать наверняка, что он жив, и его имя. Если тот, с кем ты хотел связаться, поменял имя, а это происходило вместе со стеклом, которое можно было достать за приличные деньги, имея связи, то всё – тупик, ты больше с ним не свяжешься, если только не узнаешь его новое имя и о его существовании. Охотники за головами имели особые привилегии: на него приходили заказы на расстояниях, и самые быстрые хватали их, кто успеет. Вот здесь и была самая большая польза, что они работают вдвоём – кто-нибудь из них успевал ухватить заказ, полутъше, и в данный день это был Альфред.

– 11200 империалов, – продолжил он.

– 11200 империалов, – перебила его Литиция. – Видимо, он сильно кого-то рассердил.

– Да, сильно, – продолжил Альфред. – Он нужен живой, за мертвого мы получим ноль.

И, посмотрев на неё, он строго повторил:

– Ноль, Литиция, повторяю, ноль за мертвого.

– Да поняла я, – радостно вскрикнула она. – 11200, Альфред! Да за такую сумму мы сможем машину купить, и не только!

От радости её большие голубые глаза засветились, и, коварно улыбаясь, она продолжила:

– И ты сможешь привести себя в порядок и найти женщину!

На что он только улыбнулся и, поняв, что она не смогла его задеть, с большим любопытством спросила:

– Что он, интересно, наделал?

– Мне неинтересно, в чем его вина, – ответил Альфред. – Я слышал, что он работал на резервациях фей.

– Фей? – переспросила Литиция.

– Да, – ответил он. – У нас почти все подвязано на их пыли. Феи огня дают пыльцу, которая дает мощную энергию, именно благодаря им мы не ходим пешком.

– Ты их сам видел? – спросила она, продолжив с отвращением в голосе:

– Наш мир против рабства, а как же они, живя в неволе?

– Даже когда я был на службе, я их не видел. Их видят только специальный орган стражей, они охраняют резервации и рабочих на них, – стиснув зубы, он продолжил:

– Неволя. Резервация хуже неволи, можно сказать, они живут на ферме, под контролем бессмертных и их слуг.

– По моим мыслям и данным, – продолжил Альфред, выдохнув и пытаясь себя успокоить, – наша цель здесь. Я пробил, что здесь укрываются много беглецов, да и стекло опознавания ему нужно, мои источники сообщили, что делают их в этом городе, только в этом районе, а крышует их некий Виджел.

– Твои размышления меня всегда удивляли, – похвалила его она, тут же задав вопрос:

– Почему именно в этом городе?

– Резервация от этого города далеко, – ответил он. – На его месте я бы сделал так же. Он в розыске, а искать его начали в ближних городах и селах, и тем более ты сама сказала, здесь стражи примазаны. Он об этом узнал, я уверен заранее, и мой информатор слышал, что это часть города – лучший вариант.

– Об Виджиле, – перебила она, – мне Лувр про него ничего не рассказывал.

– Он и есть тот, кто держит кормушку от этих тёмных домов для папочки, – ответил он. – Мои бывшие коллеги сообщили мне, что в этом районе объявился отличный мастер по подделке стекол, но не смогли на него выйти, потому что местные стражи не дали.

– Но Виджел должен его знать, – перебила она.

– Вот именно, – добавил он. – Мы встанем возле местного бара, клуба или борделя, дождёмся Виджела и проследим за ним, может, он нас и выведет на мастера.

– Может, просто его прижмем? – спросила она и, увидев, что он нахмурил брови, добавила:

– Но сначала попробуем с ним договориться, может, он пойдёт на уступки, но услуга за услугу, например.

– Может, – начал настаивать Альфред, – но сначала попробуем понаблюдать, как я и сказал.

Сделав небольшую паузу, он добавил:

– Вот и мы приехали.

Литиция посмотрела вперед и увидела довольно большое здание, оно было подсвечено разными цветами света, приманивая клиентов. Через десять минут мучений Альфред припарковал свой автомобиль, как ему было нужно, чтобы ухватить обзор главного входа, над которым висело название этого заведения – «Волчья лапа». Волчья лапа, – усмехнулась она, громко добавив: – Что за мудак дал такое название?

– Вот, он так выглядит, – перебил Альфред. – Я тебе отправил его внешность на стекло. Та куш, если он объявится, а он объявится, разбуди.

Альфред опустил сиденье и растянулся на нём, а она, тем временем рассматривая на стекле их цель, выдала: – Смотри, не окочурься от холода в своём корыте, где печка не работает. – На что он, улыбаясь, высказался:

– Если буду дрожать, можешь согреть меня своим телом, ты ведь сама сказала, что мне нужна женщина.

– Да иди ты, – пробормотала она. – Я тебе в бабушки гожусь. – Сказав эти слова, она села поудобнее, начав слежку.

Карты. Свитки. Ложь и Страх.

– Вот карты, – сказала пожилая женщина, тяжело дыша и запыхавшись то ли от усталости, то ли от болезней, которые приходят к старости.

– Спасибо вам, – ответила Русана ласково и искренне улыбаясь, и женщина ей с теплотой ответила взаимностью и так же устало продолжила: – Не за что, Русана, ты единственная, кто приходит ко мне почти 4 года. – Она тяжело вздохнула, посмотрев на портрет мужчины, который висел напротив, продолжив: – Мой муж, как прошло два года после смерти первого сына, попытался открыть школу, но тщетно, мало кто из детей хотел получить знания, да и некогда им, как бы семье помочь, вот их мысли. А после пропажи второго и обвинений не выдержал, оставив меня вдовой. – Женщина переглянулась с ней, кивнув на Георгия, тихонько дрожащим голосом спросила:

– Русана, он случайно не страж? Может, он знал моего мальчика?

– Нет, тётя Лиля, он не местный, – ответила Русана, как её опять перебила женщина: – Видимо, твой кавалер очень грамотен, если попросил сразу столько карт, даже старых времён. – Она перевела свой взгляд на него, задав вопрос: – Простите, юноша, я забыла ваше имя, зачем они вам?

– Георгий, – ответил он. – Как вдруг вмешалась Русана: – Тётя Лиля, он мне не кавалер, я ему просто помогаю, у нас мало времени, тётя Лиля.

– Время, время, куда вы все спешите, – пробормотала она и потихоньку пошла прочь.

Русана тем временем раскрыла одну из карт города, и её внимание привлёк вопрос Георгия: – Ты была знакома с её сыном? – Услышанный вопрос заставил Русану остановить развёртывание карт, но через секунду она продолжила: – Да, знала, его звали Марк, он был стражем и помогал местным детям не попадать к нехорошим людям, которые привлекали их к нехорошим работам.

– Например? – перебил её Георгий. Услышав его, она быстро подняла свой озадаченный взгляд и, смотря ему в глаза, ответила: – Например, следить, докладывать, грабить, а если девочки, то, поверь, им работа найдётся. – Увидев её реакцию, Георгий подошёл поближе, спросив: – По твоим словам, он из немногих, кому ты доверяла?

– Он был такой один, – ответила, не сдержав слёзы, Русана, продолжив: – Вам не понять, бессмертным, как жить оглядываясь по сторонам, чтобы тебя не придушил клиент, а Марк был тем, кто мог за это покарать, он был тем, с кем нельзя было договориться, и поэтому, когда он пропал, девушки стали куклами для битья.

– Ты думаешь, он мёртв? – резко перебил её Георгий.

– Стражи говорят, что он сбежал, – начала, задумавшись, Русана. – Они обыскали его дом, где нашли кучу денег и стёкла личностей пропавших девушек, и якобы это была лишь малая часть денег, остальную он забрал с собой.