Андрей Торгашин – Снежная история (страница 3)

– А что сразу нельзя было сказать короля? Без шахов всяких? – поинтересовался мальчик.

– А я почем знаю,– пожал плечами гном, – Если ему так больше нравится, пускай падишахом будет. Мне все равно. Вот только каждому объяснять приходится, что за гусь такой.

– У вас гусь вместо короля,– изумился Данила, – Поумнее никого не нашли?

– Что ты такое говоришь, какой еще гусь? – нервно оглядываясь, зашептал гном. – Это просто выражение такое, наш великий король, тьфу, падишах Дровус Девятый – самый обычный гном.

– А зачем же вы самого обычного гнома королем,тьфу, падишахом назначили?

Несчастный гном прямо подпрыгнул на ветке и чуть не свалился:

– Великий падишах Дровус Девятый совершенно необычный, а очень выдающийся гном, лучший из всех.

– Выдающийся – это толстый что ли? – не понял Данила.

– Лучше просто молчи и виси, от греха подальше – обреченно вздохнул гном и почти прошептал: – Что есть, то есть. Толстый. Да еще какой.

– Как вас все-таки зовут? Должен же я хоть как-то к вам обращаться. Не могу же я просто сказать: эй, уважаемый гном,– снова спросил Данила.

– Ловилой, меня здесь кличут, – неохотно ответил гном.

– Очень приятно, Данила,– вежливо сказал мальчик.– А могу я спросить, почему вас так называют.

– Потому что я «крепышей» ловлю на верхушке дерева, таких как ты, я в нашем королевстве или шахстве, сам не знаю как правильно, главный ловчий,– ответил Ловила и рассказал, что «крепышами» гномы детей, которые плохо кушают, зовут. Сами гномы маленькие, всего по колено Даниле, и с ребенком сладить ну никак не могут, не говоря уже о взрослых. Но вот те дети, которые кушать отказываются, для гномов лучшая добыча. С одним гномом они еще могут справиться, а вот, когда те вчетвером или вшестером нападают, тут уже их силенок не хватит, повяжут и давай свои правила диктовать. Да еще и издеваются: мало, говорят, ты каши кушал. А потом даже прочел стишок:

– Раз, два, три, четыре, пять,

Ветер будет тебя гнать,

Как достигнешь ты опушки,

Мы возьмем тебя на мушку.

Дровус, который не Девятый а Седьмой еще, то есть дедушка сегодняшнего (тот себя еще по старинке королем называл), придумал устроить ловушку на дереве, на которое ветер детишек приносит. Команда ловчих их хватает, связывает и к главному гному, как бы он себя не называл, ведет, чтобы он сам решил что с ними делать.

Ну а решить он на самом деле может только одно, отправить очередного «крепыша» на Великую стройку. Это когда гномы детей лесной замок им строить заставляют.

Откуда-то из ветвей молча вылезли еще четыре гнома, так же бородатых, но без очков, зато с длинной тонкой веревкой в руках. По сигналу Ловилы они быстро забегали вокруг Мальчика и скоро он оказался туго связан по рукам и ногам. Ловила вытащил огромный сачок, похожий на те которыми ловят бабочек, и ловко подхватил им мальчика снизу. Остальные гномы изо всех сил помогали удержать длинную ручку сачка. Один из гномов проворно забрался на ветку, за которую зацепился капюшон Данилы, и отцепил его. Мальчик плюхнулся в сачок.

Через несколько мгновений Данила уже стоял на земле у подножия дерева. Сачок был снят и унесен на дерево одним из ловчих. Ноги мальчику освободили, чтобы он смог сам идти, а вот руки остались крепко привязаны к телу.

– Ну что? В путь? – спросил Ловила у мальчика, а один из сопровождавших больно ткнул длинным тонким копьем в ногу Данилы.

Мальчик охнул.

– Эй, ну-ка без самодеятельности, – окрикнул его Ловила,– А то «крепыш» подумает, что мы не гостеприимны, – закончил он под дружный хохот остальных гномов.

Шли они недолго, всего минут пять. В лесной чаще тропинка привела к небольшой полянке, в центре которой стояло огромное дерево, вокруг был установлен деревянный заборчик с большими воротами посредине. На ветвях располагалось множество маленьких домиков. Все они были искусно замаскированы и покрашены под цвет ствола дерева, так что человек без фантазии, например кто-нибудь из взрослых, вряд ли бы даже обратил внимание на них.

Но Данила то был мальчиком в самом расцвете фантазии и любознательности и смог по достоинству оценить задумку строителей, выдохнув: – Ух ты, как здорово.

Гномы одобрительно переглядывались и даже убрали копья подальше от ног мальчика.

– Вот оно великое древо,– гордо произнес Ловила,– Владения лесных гномов.

Присмотревшись, мальчик увидел, что забор вокруг гномьих владений покосился, где-то не хватало кусочка, створки ворот были перекошены, а некоторые домики на ветках казалось просто отвалятся и упадут вниз вместе со своими обитателями.

– Что-то вы не очень старались,– заметил мальчик.

– Мы?– возмущенно загалдели гномы,– Мы – отличные строители, а вот вы – «крепыши» так строите, что через день переделывать приходится.

– Правильно,– сказал Данила,– Если я строить не умею, что же у меня получится? Ваше дерево – сами бы и строили.

– Сами мы не можем,– понурились гномы,– Мы обороняться должны от захватчиков. Нам некогда.

– От кого? И кто же это на вас нападает? Белки что ли? Или может воробьи?– усмехнулся мальчик.

– С белками мы справимся, воробьи нас сами боятся. А вдруг другие гномы нападут? Или люди наше дерево обнаружат?

– Понятно,– протянул Данила, – Значит реальной угрозы для вас нет. Одни опасения. А чего же вы тогда…,– хотел спросить мальчик, но процессия уже подошла к дереву, в стволе вдруг открылось отверстие достаточно большое, чтобы мальчик пусть и пригнувшись смог пролезть внутрь.

Внутри было тепло и вкусно пахло свежей листвой, на стенах и потолке сидели маленькие светлячки и словно фонарики освещали путь. Вскоре, коридор стал расширяться и Даниле уже не пришлось даже наклонять голову, чтобы идти. Два причудливо одетых гнома с копьями в руках важно кивнули Ловиле и впустили мальчика в огромную комнату. Комната эта несомненно была тронным залом. Ну хотя бы потому, что в ней точно стоял трон. Тоже деревянный, в несколько ярусов и со множеством ступенек. На вершине восседал очень толстый гном с длинющей бородой, которая наверняка мешала ему ходить, так как была аккуратно разложена почти до пола, а вот ноги гнома заканчивались десятью ступеньками выше. Одет гном был в желтую блестящую рубашку, зеленые шаровары и ярко-малиновый плащ на плечах.

«Наверное, всегда светофором хотел быть»,– улыбнулся про себя мальчик.

На голове гнома было сложное сооружение, которое лишь с трудом можно было назвать головным убором: меховая шапка, сверху к которой был пришит колпак с серебряными звездами как у звездочетов в мультиках, которые смотрел Данила, а поверху колпака еще была надета корона, ярко отсвечивавшая золотом в свете природных фонариков- светлячков. Чтобы вся эта массивная конструкция не падала, а падать она наверняка пыталась постоянно, к шапке были пришиты шнурочки, завязанные бантиком под подбородком хозяина чудо-конструкции.

– Его величество, король, тьфу, падишах Дровус Девятый,– быстро поправился Ловила, громким голосом представив толстяка на троне, и поклонившись почти до пола.

Толстяк принял важный-преважный вид и сказал: Ты забыл сказать великий.

– Великий ко…, падишах Дровус Девятый,– поправился Ловила.

– И справедливый,– снова заметил падишах.

Ловила вздохнул: Великий и справедливый падишах Дровус Девятый.

– Так-то лучше, а то взяли за моду, титулы сокращать. Может вы меня уже Дро Де звать будете? А я великий и справедливый.

– И еще падишах, – с готовностью подхватили гномы.

– Тяжело нашему брату живется сейчас на свете. Никакого, понимаешь, уважения. А мы, а я, не покладая рук…– картинно взмахнув толстыми ручками сказал Дровус и замолк, отвернувшись куда-то в сторону. Остальные гномы терпеливо молчали, по ним было понятно, что сцена эта повторялась постоянно, и проще было подыграть, быстрее закончится.

Вот и сейчас, не выдержав всеобщего молчания великий и справедливый падишах спросил, радостно потирая ладошки: – Нового пленника привели? Молодцы, ценю, давно пора. Что-то ты Ловила мало кого ловишь. Может тебя теперь Упустилой звать, а? И очки главного ловчего у тебя отобрать? (Тут Ловила с испугом схватился за свои огромные очки, которые не снял даже внутри дерева, из-за чего регулярно спотыкался, а раз даже чуть не упал) Нам, понимаешь, пленники нужны. Совсем забор развалился, дома подлатать надо, тронный зал мне украсить, а? Где пленники, я тебя спрашиваю, Недоловила, ты мой. Почему только один? Вот в былые времена по пять «крепышей» в день приводил. Куда остальных четырех дел? Что молчишь?

Ловила склонил голову и пробурчал: – Где же я их возьму. Дети умные стали, кушают хорошо, охота им что ли от ветра летать, по твоему. Спасибо скажи, что один попался. Неделю уже в ловушку никто не попадался.

– Поговори мне еще,– строго оборвал его падишах и повернулся к Даниле. Внимательно осмотрев его с ног до головы, он спросил: – Готов ли ты послужить верой и правдой мне, великому и справедливому падишаху Дровусу Девятому? Отремонтировать все поломанное и построить мне балкончик из тронного зала. Я так давно хочу балкончик, а никто не строит. Ну а мы, в свою очередь, тебя кушать заставлять не будем, обещаю, – после этих слов Дровус оглушительно захохотал, к нему присоединились все гномы.

Только в этот момент Данила вспомнил, что ничего не ел сегодня, в животе заурчало.