Андрей Ткачев – Родословная. Том 8 (страница 48)

— Да, это был самый большой просчёт нашего отца. Но его разработки помогли мне значительно продвинуться в собственных идеях. А уж когда ко мне пришли другие мои братья и сёстры… — развёл он руками.

— Маркус, — холодно произнёс я, невольно почувствовав, как кровь закипает в жилах. — Только не говори мне, что ты…

— Да-да, — прервал меня мой брат. — Ты верно подумал, Демиан. Я никогда не считал нас родственниками. Да и разве мы могли считаться родственниками, если изначально были подобраны Никлаусом по всему миру? Только его изменение нашей природы позволило считать нас одной семьёй. Но и то, мы, по сути, были лишь его подопытными. Экспериментами, которые решили, что достойны большего. Так что я не видел ничего такого в том, чтобы использовать наших братьев и сестёр для тестов. Они мне здорово помогли в том, чтобы отработать всё не на себе и в конечном итоге пережить мутацию, которая даровала мне магию.

— Так вот почему о других наших братьях и сёстрах ничего не слышно…

— Ну, не делай из меня прямо монстра, — улыбнулся Маркус. — Большинство наших братьев и сестёр, действительно, просто разошлись по миру и живут свою обыкновенную жизнь, совершенно забыв о том, что они, по сути, превосходят людей и уже давно не являются ими. Нет, они предпочитают скрываться среди обычных смертных и жить скучную жизнь. Но парочка из них пришли ко мне и в итоге стали объектами моих дальнейших исследований. Некоторые даже добровольно пошли на это, просто не понимая, что их ждет.

— Кажется, ты уже повторяешься, Маркус, — спокойно произнёс я, уже готовясь к первому удару.

Всё-таки не просто так по руке моего брата начали проскакивать магические искры. Подобное я уже видел в исполнении Стражей, когда вместе с ними зачищал Разломы. Так что я примерно представлял, что может последовать за этим, казалось бы, безобидным явлением.

— Извини, Демиан, просто не всегда удаётся поговорить с тем, кто в курсе моей истории. Всё-таки я являюсь лидером в нише разработок, направленных на прививание существам других видовых возможностей. На данный момент я даже лучше Никлауса в понимании всех этих процессов. Что, отец бы точно гордился мной. Но, как ты сам понимаешь, уйти отсюда я тебе уже не дам. Да и этот разговор был, скорее, просто ностальгией о прошлом.

— Да, ты всегда был болтливым, — покачал я головой, уже создавая за спиной несколько клинков из крови, чтобы иметь возможность тут же использовать их.

— Просто понимаешь, Демиан, — на удивление дружелюбно улыбнулся Маркус, — я всегда хотел убить тебя, — холодно произнёс он после этого. — И ты сейчас подарил мне большую радость тем, что оказался жив. Нанести тогда тебе удар не напрямую, лишь бы избавиться от тебя, было мне всё-таки недостаточно. Я хотел показать всем, что первый клинок Никлауса не так силён, как все думали. Что тебя не стоит бояться. Что я могу стать сильнее и опаснее. Что я превзойду тебя.

— Ну ты давай ещё рассмейся злодейским смехом, — не выдержав, ухмыльнулся я. — Как будто бы я всю жизнь мечтал стать карателем нашего отца и постоянно путешествовать по миру, уничтожая любого, на кого он укажет. Я бы с радостью отдал эту честь тебе, если бы ты мог нести эту ношу. Но Никлаус решил иначе.

— Вот именно. Он просто не видел моего потенциала! Но я за эти века смог достичь небывалых высот в развитии магии и изменения природы существ. Теперь меня ничто не остановит. Даже ты, Демиан. Пора бы тебе окончательно умереть и исправить это недоразумение. Теперь я понимаю, что зря не перепроверил твоё тело, понадеявшись, что те разрушения, которые причинил тебе Никлаус, будут достаточны для твоей окончательной смерти.

— У всех бывают просчёты, Маркус, — развёл я руками и одновременно рванул вперёд и в сторону.

Этого оказалось достаточно, чтобы разминуться с молнией, которая соскочила с его руки. Я буквально на мгновение опередил моего дорогого братца и оказался скрыт за одной из колб, в которой плавало четырёхрукое существо.

Откровения Маркуса мне были, в целом, понятны. Он всегда желал того, чтобы его признали. Поэтому даже в прошлом был весьма болтливым и хвастливым. Единственное, что меня никогда особо не интересовали его собственные задумки и то, как он к этому пришёл.

Всё-таки в прошлом мне, главное, было добиться, чтобы рядом со мной был нормальный меч и подходящий конь. Иначе дорога занимала бы слишком много времени. Все эти магические изыскания, расчёты — этим вот, пусть Эйгор и Маркус занимаются. Это всегда была их стезя. Меня же волновали более приземлённые вещи.

Но, похоже, наш братец оказался более амбициозным, чем думали все остальные. Да и теперь, если смотреть на всё, что происходило, то в том, что остальные наши братья и сёстры согласились на предательство по отношению к отцу, возможно, была и заслуга Маркуса. Всё-таки, пока Никлаус был жив, он не мог бы так свободно проводить свои зловещие эксперименты. Никлаус этого просто не позволил бы, ведь он всегда хорошо читал Маркуса и выявлял все его задумки задолго до того, как тот успевал воплотить их в жизнь.

По-моему, отца это даже в некоторой степени забавляло, что мы проявляем в какой-то степени своеволие. Но игра с нами довела его до печального финала.

Сейчас же мне предстояло сразиться с Маркусом. И я прекрасно понимал, что в итоге отсюда уйдёт только один из нас. Тем более что я не мог его отпустить после того признания о том, что он погубил кого-то из наших братьев и сестёр.

Пусть и правда, что мы изначально и не были семьёй, но я испытывал довольно тёплые чувства ко всем Первородным, которых создал Никлаус. Как-никак, мы прошли через одно совместное травмирующее событие. Мы перестали быть людьми и стали другими существами. А потом долгое время действовали совместно, отрабатывая навыки и принимая собственную природу. После такого нельзя не сблизиться.

Но, похоже, у Маркуса было своё мнение на этот счёт.

Стеклянная колба, за которой я спрятался, разлетелась на куски, когда в неё попал разряд молнии. Я, конечно, ожидал от своего братца более изящного решения, но, видимо, именно молнии пришлись ему по вкусу. Впрочем, особо ситуацию это всё равно не меняло. Всё равно сражаться против мага — не самое приятное, что может быть.

Впрочем, в моих руках уже было несколько созданных из крови лезвий, которые я метнул в разные стороны. Благодаря телекинезу, они оказались разбросаны на разных участках этого громадного помещения для того, чтобы пригодиться мне в дальнейшем.

— Маркус, это ты, конечно, ярко меня приветствуешь, но, может, поубавишь немного спецэффектов? — выкрикнул я, прикидывая, куда мне двинуться дальше.

— Демиан, неужели ты боишься выйти и сразиться со мной⁈ — насмешливо произнёс Маркус, продолжая атаковать молниями.

Проблема была ещё в том, что мы оба обладали развитыми чувствами, и поэтому прекрасно ощущали друг друга. Если раньше с противниками я мог обмануть их, благодаря тому, что перемещался намного быстрее обычного человека, и благодаря этому мог скрыться из их поля зрения, то Маркус прекрасно меня отслеживал.

Правда, сомневаюсь я, что у него имеется богатый опыт боёв, ведь он всегда был больше исследователем, как и Эйгор, чем воином. Но всё-таки это не отменяет того, что молния — довольно быстрая штука.

Кажется, я теперь догадываюсь, почему он выбрал именно молнию. Похоже, кто-то боялся того, что до него доберутся другие Первородные.

Впрочем, если его слова правда и он в ходе своих экспериментов навредил кому-то из наших братьев и сестёр, я не удивляюсь, что Маркус боялся мести. Пусть и не все из нас были дружны друг с другом, но всё-таки между Первородными образовывались довольно крепкие союзы. И кто-то из братьев и сестёр вполне мог отомстить за своих, даже несмотря на то, что Маркус тоже вроде как один из нас.

Больше скрываться за колбой уже не имело большого смысла. Но до того как я успел переместиться дальше, я почувствовал рядом с собой шевеление. Если в большинстве колб образцы экспериментов Маркуса, пусть и подавали небольшие признаки жизни, но будто бы были в спячке, то буквально в паре метров от меня я ощущал, что часть из них проснулась и начала активно двигаться.

Рискованный, конечно, шаг, но, а почему бы нет?

Импульс телекинеза с силой ударил по колбам широким фронтом, разрушая сразу множество из них. В такой какофонии звуков даже я бы растерялся, а что уж говорить о Маркусе. Поэтому, воспользовавшись общей суматохой, я двинулся дальше, на ходу создавая лезвия из крови. Благо, запаса этой крови у меня было более чем достаточно, чтобы вести даже затяжной бой. Всё-таки не просто так я продвигался к этому месту и готовился к встрече с моим братцем.

Из тех колб, которые я разрушил, начали вываливаться различные монструозные существа, над которыми поиздевался мой брат. И если в колбах их не было слышно, то, оказавшись снаружи, они тут же стали оглашать своими криками помещение, что ещё больше ударяло по органам чувств.

Если уж Маркус хотел меня обнаружить в этой всей какофонии, то теперь ему придётся несладко. Чего, собственно, я и добивался.

Собственно, как я того и опасался, одна из тварюшек даже попробовала напасть на меня, но я располосовал её созданным из крови мечом, тут же притягивая всю кровь убитого к себе.