Андрей Ткачев – Родословная. Том 8 (страница 21)

Поэтому я не стал собирать её в больших количествах. Да и не нужно было привлекать лишнее внимание. Пусть отряд мне доверяет, но некоторые особенности моей природы лучше не демонстрировать.

Я продолжал делать своё дело тихо и быстро, не мешая остальным работать. Отряд уверенно продвигался вперёд, прочёсывая Разлом.

Глава 12

Дальнейшая зачистка этого Разлома была не сказать, чтобы напряжной. Мы встретили на своём пути ещё пару поселений, но они оказались куда меньше того, что попалось нам первым. Жители пытались сопротивляться, но мало кто из них был по-настоящему подготовлен к бою.

Игнорировать их, конечно, нельзя. Любая тварь Разлома неизбежно стремится уничтожить людей, вторгшихся на её территорию. Им неважно, что мы даже не собирались их трогать, неважно, что мы пришли лишь закрыть Разлом. Если бы можно было пройти мимо без кровопролития, зачистка проходила бы куда проще. Но реалии Стражей таковы: любое живое существо внутри подобных мест готово тебя убить. Значит, и сдерживаться нет смысла.

Зато постепенно я впитывал всё больше крови различных существ. Это позволяло мне продолжать собственное восстановление в достаточной мере. Конечно, в идеале было бы найти кого-то наподобие того лиса, что я обнаружил у оборотней во время их «развлекательной программы», но здесь подобных тварей не наблюдалось. Как и орков, чья энергия мне особенно подходила. Поэтому я просто помогал Амелии и её отряду добросовестно выполнять задачу.

Главное было в другом: после закрытия этого Разлома мне должны были поднять ранг. А значит, откроется доступ к более опасным, интересным и насыщенным энергией Разломам — как раз тем, где можно будет в одиночку охотиться на, действительно, стоящих противников. В первую очередь я был заинтересован в том, чтобы полностью восстановить прежнюю мощь. А уже потом решать, как её применять.

Что же касается добычи, то её было достаточно. Больше чем достаточно. За окупаемость этого рейда можно было не беспокоиться. Куда важнее, что Амелия и её команда не пострадали. Вскоре мы сделали крюк, зачистили последние участки и вышли к исходной точке. Вот только второй команды здесь не наблюдалось.

— Хм. Ну и где они? — тихо спросил Кайл, оглядывая пространство.

Но рисковать и отправляться по их следам мы не собирались. Для подобных ситуаций существует регламент, и действовать нужно строго по нему. В первую очередь доложить о происходящем в Гильдию Стражей. Уже там решат, кого отправить на поиски и какие меры предпринять.

В любом случае, с нашей стороны задача была завершена, а то, что вторая часть команды где-то запропастилась, уже относилось к совершенно другому вопросу. Мы принесли достаточно доказательств того, что мы активно зачищали Разлом, а не просто бродили по окраинам, избегая серьёзных сражений.

К тому же внутри самого Разлома встретилось несколько поселений, и это автоматически повышало его класс — не по уровню опасности, а по интересу Гильдии Стражей. В подобных местах почти всегда можно найти что-то ценное, редкое или просто необычное. Я знал это по собственному опыту: наш трёхуровневый Разлом принес роду достаточно денег, чтобы понять, что Гильдия сейчас ухватится за возможность застолбить этот.

Тем более что Разлом официально не принадлежал ни одному роду и остаётся собственностью Гильдии. Им определённо повезло.

Меня же это мало волновало. Этот поход был мне нужен лишь для того, чтобы подтвердить повышение ранга, и не более того.

— Ну что, на этом, я так понимаю, мы расходимся? — спросил я у Амелии после того, как она, как официальный лидер нашего отряда, отчиталась перед сотрудниками Гильдии Стражей.

— Да, думаю, на сегодня всё. Искать остальных смысла не вижу. Мы собрали достаточно трофеев и выполнили свою часть работы, — тепло улыбнулась она.

— Дружище, рад был снова с тобой поработать, — Кайл похлопал меня по плечу. — Жалко только, что так редко пересекаемся… с тобой всегда весело. А то сам понимаешь — я один, а их двое…

Он явно хотел добавить что-то ещё и наверняка что-то неприличное, но тут же огрёб от Амелии по затылку. На этом мы и распрощались. Лишь Софи, как всегда смущённая, тихо помахала мне рукой.

Я в ответ кивнул и отправился домой — снова заниматься делами рода.

После последней вылазки дела закрутились так стремительно, что почти две недели я не выбирался из поместья. То одним нужно было помочь, то другим, то Бьянка привлекала меня очередной просьбой достать ей какую-нибудь редкую книгу. Она пару раз намекнула, что её ковен был бы рад получить доступ ко всей информации, найденной нами, но в первую очередь она хотела изучить всё сама, поэтому реальное взаимодействие с её сёстрами проходило без моего участия.

С другой стороны, меня такое положение вещей полностью устраивало. Пусть я и Первородный, но против настоящей магии иногда могут оказаться недостаточными даже мои способности. Ведьмы и колдуны всегда были опасными противниками, особенно, если сражаются на своей территории или заранее готовятся к встрече. Сомневаюсь, что ковен Бьянки не знает, кто я такой, и сомневаюсь, что они не понимают, чем рискуют в случае конфликта. А значит, я не собирался провоцировать даже малейшую ссору. Пока они лояльны ко мне и моим птенцам, трогать их я не буду. Если же нападут первыми, сдерживаться я, разумеется, не стану.

Пару хлопот доставляла Катрина, но волчица была куда больше погружена в попытки усмирить собственную агрессию. Делала она это единственным способом, который знала, раскидывая моих бойцов по тренировочной площадке. Тем самым она тренировала их противостоять противнику, который ничем им не уступает в силе. А если Катрина ещё и злилась, то сдерживать её можно было только группой.

Преобразование в вампиров, конечно, давало моим людям массу преимуществ, но без опыта и навыков с разъярённым оборотнем не справиться.

Остальные направления рода развивались без моего вмешательства. Маги занимались отработкой заклинаний под руководством Агаты, Тея пропадала в лабораториях, Елена по уши утонула в бюрократии. Направлений бизнеса у рода стало столько, что даже её новые помощники не всегда справлялись. Зато состояние казны росло, и это говорило о том, что мои люди стали куда более самостоятельными, а возможности рода выросли в разы.

Меня же всё чаще накрывал простой факт. Мне становилось скучно.

Я перерос этот город и все его опасности. Мои птенцы стали самостоятельными, а местные Разломы перестали быть вызовом. Я сам настаивал на том, чтобы всё работало без моего постоянного участия. И, как оказалось, добился слишком большого успеха в этом направлении.

Вот и получалось, что чем больше проходило времени, тем навязчивее я ловил себя на одной простой мысли: близлежащие Разломы перестали быть интересными. Они не давали мне достойных противников и не могли предложить кровь достаточной силы, чтобы ускорить моё восстановление.

Все остальные дела уже полностью решали мои люди. Род функционировал без своего главы. Идеальное условие. И в то же время это означало, что у меня попросту не оставалось дел. Ничего нового, ничего волнующего, ничего, что могло бы хоть как-то встряхнуть моё существование.

Я всё чаще ловил себя на ощущении скуки. А скука для существа, вроде меня, потенциально бессмертного Первородного, была чертовски опасной вещью. По крайней мере, так я всегда считал. В отличие от своих братьев и сестёр, я прожил не так много. У меня не было пары столетий, чтобы перебеситься, обрасти новыми привычками, увлечениями или хотя бы найти себе развлечения.

К тому же я проснулся в мире цифровых технологий, где нельзя просто «пойти подебоширить», как мы делали раньше, не попадая никому на глаза. Любая вспышка силы — и завтра уже начнется расследование, скандалы, допросы. Не то чтобы я не смог отбиться или скрыться, но теперь у моего рода в регионе был вес. Мои действия могли привести к последствиям, затрагивающим всех моих людей.

Вот так мысли и возвращались к одному и тому же: было бы неплохо найти кого-то из моих братьев или сестёр. Пока что я пересёкся только с Вивьен и Крисом, и этого было недостаточно, чтобы понять, что на самом деле происходит с нашей, так называемой, семьёй.

И вторая мысль шла рядом, как тень. Маркус.

Если по миру бродят твари, чьи когти могут вскрывать бронированный поезд, значит, он определённо не потерял интереса к своим исследованиям. А если Маркус что-то делает, то в мире очень скоро появится проблема, которую придётся решать кому-то вроде меня.

Ну а почему, собственно, и нет, если я как раз свободен?

— Демиан, ты точно в этом уверен?

Елена стояла в моём кабинете, почти упершись в край стола, в попытке нависнуть надо мной, и уже в который раз задавала один и тот же вопрос. В её голосе слышалась смесь беспокойства и попытки быть рациональной.

— Куда уж точнее, — улыбнулся я, подписывая последние документы. — Сама посуди. Вы здесь и без меня прекрасно справляетесь. Мне бы хотелось немного изучить этот мир, который успел измениться за пять веков моего отсутствия.

Я поставил размашистую подпись и отодвинул очередную стопку бумаг.

— Раньше мне казалось, что мне вполне хватит того, что я имею сейчас. Но практика показала, что мне становится скучно. А предаваться скуке я точно не намерен, особенно, когда у меня есть полная свобода действий. Теперь моя часть рода не загнётся через неделю без моего участия. Ты и девочки прекрасно справляетесь со всеми задачами, которые я вам поставил. И я не думаю, что моё отсутствие как-то серьёзно на этом скажется.